Контрольный выстрел

А мой шеф оказался не таким жлобом, как мне поначалу подумалось! Дал-таки отгул на сегодня!

С другой стороны – почему бы не дать?

Полгода кряду я пашу на частное охранное предприятие «Радар», и практически – без выходных!

Уже и пообтрепался, можно сказать, каждый день в одном и том же, – пора менять прикид. Да и оттянуться не мешало бы по полной программе, как положено молодому холостяку. Тем более что и юная дева подвернулась, которая на меня явно глаз положила. А что? Я парень ничего себе. К тому же и зарплата за два месяца

получена – четыре штуки баксов! В общем, гуляй – не хочу, а отгула-то как раз и нет. Уперся шеф – и все тут. Работы, говорит, ну совсем невпроворот. Прокол за проколом… То налет на инкассаторов, то наезд на обменный пункт. Кругом одни убытки. Везде глаз да глаз нужен. Потерпи, говорит, с недельку.

И вдруг – через час после очередного отказа – сам подошел. Завтра, говорит, можешь расслабиться. Отдыхай! Чтоб на службу нос не совал. Потом такого случая долго не представится.

И вот назавтра я, Владимир Кирсанов, иду, посвистывая, по Невскому, разглядываю витрины магазинов – думаю, где бы отовариться.

И вдруг, совершенно случайно, натыкаюсь на пункт обмена валюты, которую охраняла как раз наша доблестная контора. И вижу на дверях этого пункта табличку: «Закрыто по техническим причинам». Совсем недавно один такой пункт у нас уже ломанули, и я, естественно, насторожился.

Ко всему прочему у дверей с табличкой ошивался некий косорожий амбал, воровато зыркая по сторонам. А у меня глаз наметанный – сразу смекнул, что дело явно нечистое.

Подхожу к пункту с намерением открыть дверь и прояснить ситуацию.

Но косорожий очень проворно перегородил вход.

– Вы… разве не видите? Написано же: «Закрыто».

По тому, как он это произнес, мне стало ясно, что слово «вы» этот немытый хорек произносит впервые в жизни.

Я пробормотал нечто невразумительно-извинительное и повернулся к нему спиной, как бы намереваясь сваливать. Меж тем, сложив руки в замок, я, с хорошей скоростью разворота, ударом, который в теннисе называется «бек-хэнд двумя руками», прицельно поразил его в височную кость.

Голова амбала откинулась назад. Другой стороной виска он приложился к бетонному краю дверного проема так плотно, что посыпалась штукатурка. Парень стал медленно оседать, причем без единого звука.

Не обращая внимания на заполошный гвалт мигом столпившихся зевак, я бросился к поверженному пацану, но совсем не для того, чтобы оказать ему первую медицинскую помощь. Я был в отгуле и, значит, без пушки, а она мне сейчас, чуяло мое сердце, наверняка должна пригодиться.

И точно! В подмышечной кобуре налетчика, стоявшего на шухере, я обнаружил ТТ, боезаряд которого оказался в полном порядке.

Осторожно толкнул дверь в пункт. Она оказалась открытой.

Войдя, я увидел следующую картину. Два застывших у стены оболтуса – случайные, надо понимать, посетители, – как загипнотизированные, наблюдали за налетчиком в черной маске, набивавшим черный кожаный баул баксами вперемешку с деревянными. Молоденькая кассирша, видимо совсем очумевшая от страха, ему в этом усердно помогала.

Положенного по штату охранника нигде не было видно, наверно вырубили и оттащили в сторону.

– Вам помочь? – с ухмылкой процедил я, сделав пару шагов вперед, и, когда грабитель в черной

маске вскинул на меня свои зенки, мгновенно нанес ему нокаутирующий удар ногой в челюсть.

Оставалось доделать кое-какие мелочи: вызвать ментовку и «скорую» (кстати, почему не сработала сигнализация?), скрутить бандита подручными средствами, пока он не пришел в себя, найти исчезнувшего охранника и, если потребуется, оказать ему первую помощь…

– Брось пушку! И без глупостей! – раздался вдруг скрипучий голос за моей спиной.

Я почувствовал, что в мою поясницу уперлось нечто весьма напоминающее ствол пистолета.

На такой случай у меня припасен один прием – рискованный, правда, но я пару раз успешно применил его на практике. Делается нечто вроде кувырка вперед, при этом пятка правой ноги выбивает наведенный на тебя ствол.

Я мог применить подобный маневр и сейчас, но не стал этого делать по одной простой причине: я узнал голос человека, угрожающего мне оружием, – это он давал мне на сегодня отгул.

Почти две недели я проторчал на рыбалке, на своем любимом месте, озере Отрадном, но на душе кошки скребли, потому что я был не в отпуске – без работы. Два месяца назад в добровольно-принудительном порядке мне пришлось оставить охранную фирму «Радар», на благо которой, будь она проклята, я самоотверженно трудился целых полгода.

А все произошло из-за того, что в свой выходной я случайно заглянул в пункт обмена валюты, охранявшийся нашей гребаной фирмой, и остолбенел – какой-то хмырь в черной маске грабил кассира, молоденькую девчонку. Я в темпе вырубил грабителя – выбил ему челюсть и уложил на пол мордой вниз.

В тот момент я и подумать не мог, что этот налет – заранее спланированная акция, инсценировка, разыгранная моим шефом совместно с ушлыми хозяевами «менялки», нашими клиентами. Вооруженное нападение на обменник, естественно, происходило в присутствии актеров – «свидетелей». И если бы не я, все прошло бы как по нотам.

Шеф «Радара» был вне себя от бешенства. Дескать, я псих ненормальный – покалечил человека и вообще отправился «в дозор», не согласовав этот визит с ним. Я посчитал такую оценку моего высокого профессионализма тупым идиотизмом, о чем заявил в полный голос и не выбирая выражений. Шеф, конечно, еще больше взбеленился, а я в прямом и переносном смысле громко хлопнул дверью, полагая, что с моей квалификацией спецназовца найти работу – раз плюнуть.

Поиск подходящего места службы, однако, затягивался. Деньги таяли как апрельский снег.

Предложения, конечно, поступали, но каждый день рисковать жизнью за какие-то жалкие двести-триста баксов – себя не уважать!

Выручил меня мой бывший одноклассник Витька Липатов. Он возит президента фирмы «Цербер», самого крупного в Питере охранного холдинга. И вот однажды он примчался ко мне с сообщением, что этот «Цербер» остался без шефа секьюрити. Ну я и отправил на имя этого президента пространное резюме, в котором перечислял свои достоинства и предлагал себя на вакантное место. Оставалось ждать.