Контакт
Шрифт:
– Здесь вы меня уже не застанете, - кричал мальчик, - следующий раз звоните мне...
На лиловом экране загорелась карта, и сияющая точка побежала по ней в сторону города Липецка. Потом координаты и номер телефона ушли в
Центр работал автоматически - в Оранжевую пустыню вход живым воспрещался. Кто знает, что прилетит по Лучу Связи, замаскированному под вспышки пульсара: дружеский привет или ракета с полновесным ядерным зарядом? Запрет установили, когда машина извлекла из хаоса сигналов квадратичную формулу Бурцева.
Только после этого землеведам с планеты Куфи-Ку стало ясно, почему институтские радиотелескопы так безошибочно находят обитаемые миры. Формулу знали во всех этих мирах, но всегда тыкали в нос тем, кто не хотел верить в колоссальные, непредсказуемые возможности умов, порой возникающих в недрах примитивно организованных, бурно размножающихся воинственных популяций. И в смертельную угрозу того, что кто-то могущественный заставит эти умы изобретать средства истребления.
Охраной здоровья профессора Бурцева ведала особая межпланетная комиссия, опекавшая,
Вот какое замечательное событие произошло как раз тогда, когда стрелки земных часов приближались к единственному в году моменту, в который жители этой планеты забывают взаимные обиды и, радуя друг друга, творят всевозможные чудеса.
– А из него выйдет человек, не мотылек какой-нибудь, - сказала Электрина, когда липецкий поезд, увозивший Сережу, отошел от заледеневшего перрона.
– Мотыльки - это кто?
– поинтересовался Лукомский.
– Да все вы, ученые мужики... Так с пеленок и нацелены. Инженер с дипломом - личинка, кандидат наук - куколка, доктор, значит, уже с крылышками. А что не из книжек - я не компетентен, не мешайте работать...
Что тут возразишь? Валерий Лукьянович сумел, наконец, посмотреть на нее глазами, не замутненными математикой, и увидел: эта стандартная женщина, пожалуй, понимает что-то, недоступное ему, знаменитому теоретику.