Чтение онлайн

Тороидальный дирижабль, наполненный гелием, с размещенными внутри металлическими фермами стартовой площадки, загружался челноком типа "земля-орбита-земля". Затем весь комплекс плавно отрывался от поверхности и устремлялся вверх, и там, в вышине, стартовал челнок - голубое пламя с ревом било из сопел и корабль уносился еще выше. Через какое-то время дирижабль садился, приземлялся и челнок. Роботы суетливо готовили их к очередному старту. И так раз за разом.

Из всех условий, которые Мартынову поставили перед началом эксперимента, больше всего ему не нравились два:

никогда не покидать острова и всеми доступными средствами заботиться о своем здоровье. Со всеми остальными пунктами он был согласен, хотя и находил их достаточно странными. Последние же два считал не только бессмысленными, но и глупыми. Тем не менее, согласился их принять. Теперь до конца своей жизни он останется здесь, на острове.

До вершины оставалось лишь метров десять. Когда он перепрыгнул с одного камня на другой, из провала неожиданно выскочил прозрачный шар, около метра в диаметре, из него вырывались сполохи света. На фоне хмурого моря и серых скал механизм выглядел инородным, чуждым всему окружению. Шар покоился на шести длинных суставчатых конечностях из блестящего металла. Он напоминал паука, но издав серию вспышек, завопил вполне человеческим голосом:

– Назад! Прошу вернуться назад!

– В чем дело?
– спросил Сергей.

– Опасная зона! Вход людям категорически запрещен!

– Ах, вот как? Скажите-ка, мистер робот, где мне найти старого Хэнка?

Вспышки заиграли с новой силой так, что слились в единый поток света.

– Хэнк Бауэр, по прозвищу Старый Хэнк, погиб двадцать семь лет назад!

– Неужели?
– Мартынов не стал поправлять его; если робот сказал, что старый Хэнк погиб, а не умер, значит так оно и было.
– Каким же образом?

– Сорвался с этой скалы вниз. Вход человеку запрещен!

"Интересный исход, - отметил он про себя.
– То-то меня так усердно предупреждали, что эксперимент опасен и, дав согласие на участие в нем, я не смогу уже что-либо изменить". А вслух произнес:

– Понятно. Но я обещал прийти в его бунгало.

– Курс северо-восток. Через холм к морю. Ровно пятьсот два метра по прямой.

"Может быть, по прямой и полкилометра, - подумал Сергей, подходя к низкому жилью, выбитому в сплошной каменной скале, окна и двери которого выходили к морю, - а вообще-то километра три наберется".

– Ба!... Да кто это к нам пришел? Дед...

На табуретке, вырезанной из гранита, сидел перед входом хорошо знакомый Мартынову пилот Андрей Пименов. В руках у него было подобие молнии из дерева, заканчивающейся стилизованной безобразной физиономией одноглазого Одина, с обвивающей молнию бородой, и в двурогом шлеме. Умелыми, точными движениями Андрей полировал фибулу-заколку фланелью. Не вставая с табуретки, он развел руками, показывая удивление.

– Добро пожаловать на остров мертвых!
– театрально-прочувствованно продекламировал он.
– Еще один ходячий покойник! Интеллектуальная кладовка человечества пополнилась новым редким экземпляром.

– Черный юмор?
– усмехнулся Мартынов.
– Мог бы и поприветливее встретить гостя. Что здесь у вас происходит?

Они

обменялись рукопожатиями.

– А... ничего нового... Все надоело. И эти камни, и море, и небо... Не жизнь, а простокваша... Сидишь сиднем, развлекаешься, да по докторам бегаешь. Тоска! За многочисленные прегрешения страдаю, искупаю теперь свои бурные годочки.
– Он сердито стукнул себя по колену.
– Жить по-человечески не дают, и умереть тоже. Дождутся, что сработаю атомную бомбу и пущу всех к черту на воздух... Впрочем, у тебя времени впереди много, сам все поймешь.

– Меня пригласил Поль...

– Какая разница? Сюда приходят, кто хочет. На остров попасть несложно, но уж если заманили - отсюда не вырвешься... А посещать можно любое место - медицинский центр, энергетический комплекс... в общем, все. Сюда приходят все старожилы, новенькие не больно-то суются. Болтовня их не привлекает. Пустые разговоры, как и все наше существование. Долгая жизнь хорошая штука, когда можешь рисковать ею, когда вдыхаешь чужой воздух на чужих планетах, где каждый шаг таит опасность. Когда же этого нет, а только сытое существование, жизнь утомляет... Захочешь освободить этот мир от своей бренной плоти и не сможешь. Откачают, залатают, пристыдят, напомнят о долге перед человечеством и тому подобном, и опять пустят резвиться под солнышком. Гляди! И сейчас шпионят!

Из-за валуна метрах в десяти от них выглядывали две бусинки на спицах - зрительные органы робота-хранителя. Булыжник килограммов на пят полетел в том направлении и, стукнувшись о камень, отлетел в сторону. Перископические глаза исчезли и послышался визг возмущения.

– Сэр! Вы повредите меня. Я буду вынужден жаловаться!

– Валяй, жалуйся, банка консервная, - равнодушно буркнул Пименов.

– Какая муха тебя укусила?
– поинтересовался Сергей.
– Ты же знал, что будет нелегко. Кто еще из наших ребят здесь?

– Хватает... Бак Зарипов, Юки Фугава, Пит Забровски. Это из тех, кого знаешь ты. Есть и другие.

– Неужели все думают так же, как и ты? С такой компанией можно горы своротить, а весь этот остров по камню перебрать. Я уже не говорю о том, что просто провести время было приятно.

– Вот-вот, - закивал Андрей, - все мы вначале были такими же оптимистами. Высокая цель, большая ответственность, именно я и никто другой избран для эксперимента...

– Послушай, - оборвал его Сергей, - так что же это за эксперимент? Вы то уже догадываетесь, наверное?

– А черт его знает, - ожесточился Пименов.
– Что-то вроде психологической совместимости группы людей, наделенных "бессмертием". Иные варианты не исключены... А вот и Поль, наша умница. Оптимист неугомонный...

Подошел Поль и поздоровался.

– Вы уже здесь? Как впечатления?
– под мышкой он держал бутылку с цветистой надписью. Увидев ее, Андрей оживился, даже привстал с табуретки.

– Скажите, Поль, - обратился к нему Мартынов, из-за чего погиб Хэнк Бауэр?

– Сиганул со скалы. Вон с той, - вмешался с пояснениями Пименов, небрежно ткнув рукой.