Конец главы
Шрифт:
– Это, видимо, центр, - объявила Клер'.
– У Оксфорда тоже должна быть своя точка опоры. Пусть окраины перестраиваются, как угодно, - обезобразить сердце города никому не удастся:
Оксфорд ожил с таинственной внезапностью. На улицах появились молодые люди в коротких плащах, наброшенных на плечи, перекинутых через плечо или руку. Крум осведомился у одного из них, что это за площадь.
– Рэдклиф. Вон там Брейзноз, а дальше Хайз.
– А где "Митра"?
– Направо.
– Благодарю.
–
Студент тряхнул непокрытой головой, поклонился Клер и поспешил дальше.
– Ну что, Гони?
– Зайдем в гостиницу и выпьем по коктейлю.
Когда они входили в "Митру", мотоциклист в кожаном комбинезоне и шлеме, стоявший около своей машины, внимательно посмотрел им вслед.
После коктейля и бисквитов они вышли на улицу, склоняясь к решению, которое Крум сформулировал вслух:
– Еще рано, и погода хорошая. Поедем домой через мост Магдалины на Бенсон, Дорчестер и Хенли.
– Остановитесь на мосту, Тони. Я хочу взглянуть на мою тезку.
Фонари отбрасывали светлые полосы на чернильно-темные воды реки Черрел; над нею в темноте хмуро высился массивный мост Магдалины, за которым в направлении Кристчерч-Медоу тянулась редкая цепочка огней. Позади молодых людей расстилалась широкая улица - два ряда серых слабо освещенных фасадов и подъездов; внизу, под мостом, беззвучно струилась река.
– Ее, наверно, называют здесь кратко - Черр.
– Летом я заведу себе плоскодонку. Знаете, Клер, в верховьях река еще красивее, чем здесь.
– Вы научите меня грести?
– А как же!
– Скоро десять. День прошел чудесно. Тони!
Он бросил на нее сбоку долгий взгляд и завел машину. Неужели ему всю жизнь вот так стремительно мчаться с нею вперед? Неужели им не суждена настоящая долгая остановка?
– Хотите спать. Клер?
– Не очень. Но коктейль был жутко крепкий. Если устали, я могу сесть за руль.
– Устал? Нет, что вы! Я просто подумал, что каждая миля удаляет меня от вас.
В темноте дорога всегда длиннее и совсем не та, что при свете. Глаз обнаруживает на ней сотни не замеченных днем предметов: изгороди, стога сена, деревья, дома, повороты. Деревни и те кажутся другими. В Дорчестере Тони остановил машину, чтобы узнать дорогу; их обогнал мотоциклист, и Крум крикнул ему:
– Куда на Хенли?
– Прямо.
Они доехали до следующей деревни.
– Это, должно быть, Неттлбед, - сказал Крум.
– Теперь до самого Хенли - ничего, а оттуда до Лондона еще тридцать пять миль. В двенадцать будем дома.
– Бедняжка! Вам ведь предстоит еще один конец.
– Ничего, буду гнать как сумасшедший.
Клер погладила его по обшлагу пальто, и они опять замолчали.
Когда машина въехала в лес, Тони неожиданно сбросил газ.
– Освещение отказало!
Мимо, резко притормозив, пролетел мотоциклист и на ходу крикнул:
–
Крум остановил машину:
– Этого еще не хватало. Наверно, сел аккумулятор.
Клер рассмеялась. Тони вылез и, обойдя вокруг машины, осмотрел ее.
– Я помню этот лес. Отсюда до Хенли добрых пять миль. Что ж, попытаем счастья, - поползем как-нибудь.
– А если я вылезу и пойду перед машиной?
– Нет, сейчас слишком темно. Я могу вас задавить.
Ярдов через сто Тони опять остановился:
– Мы съехали с дороги. Никогда не водил машину в такой темноте.
Клер снова рассмеялась.
– Вот вам и приключение, мой дорогой.
– А я еще и фонарь не захватил. Насколько помню, этот лес тянется мили на две.
– Ну что ж, попробуем еще раз.
Мимо со свистом пролетел автомобиль. Шофер что-то крикнул.
– Живо! Поезжайте за ним. Тони!
Но прежде чем Крум успел завести мотор, автомобиль уже скрылся. Наверно, съехал под гору или куда-нибудь свернул. Машина Тони медленно поползла вперед.
– Черт!
– неожиданно выругался он.
– Опять съехали С дороги.
– Выводите ее на шоссе, и подумаем, как быть. Жилья никакого до самого Хенли?
– Никакого. Кроме того, аккумулятор не везде зарядишь. Впрочем, надеюсь, дело не в нем: просто сгорел какой-нибудь контакт.
– Что, если оставить машину и пойти пешком? Здесь в лесу ее никто не тронет.
– А потом?
– возразил Крум.
– Мне ведь с нею нужно утром быть дома. Вот что, я провожу вас до гостиницы, достану фонарь и вернусь. С фонарем я как-нибудь доведу ее до Хенли; если не удастся, просто переночую в ней, а утром выеду пораньше и подхвачу вас на мосту.
– Но это же десять миль пешком! А почему нам не остаться здесь вместе до рассвета? Провести ночь в автомобиле - моя давняя мечта.
В Круме шла внутренняя борьба. Целую ночь с Клер! Наедине!
– А вы полагаетесь на меня?
– Тони, не будьте таким старомодным. Остаться здесь - разумнее всего и, кроме того, даже забавно. Будет гораздо хуже, если мы врежемся в другую машину или нас задержат за езду без света.
– Проклятая луна! Никогда ее нет, когда нужно!
– проворчал Тони.
– Вы серьезно это предлагаете?
Клер тронула его за руку:
– Отведите автомобиль подальше от шоссе. Помедленней. Осторожно! Стоп.
Машину слегка тряхнуло.
– Мы наехали на дерево и встали спиной к дороге, - сказала Клер. Пойду посмотрю, не видно ли нас.
В ожидании ее Крум поправил ковер и подушки сиденья. Он подумал: "Раз она относится к этому так спокойно, значит, любви ко мне у нее нет". При мысли о долгой темной ночи наедине с нею его пробирала дрожь: он понимал, какая пытка ему предстоит. Наконец до него донесся ее голос: