Чтение онлайн

— Невероятно! — прошептал Джупитер. — Это Роум!

— Слушай, да он устроил здесь себе персональный въезд! Причем оттуда, где работает большинство сотрудников, эта часть территории не просматривается. Еще одно подтверждение тому, насколько хитер этот подлец!

Первый детектив дал Бобу и Питеру короткую информацию по рации.

— Значит, и вчера Роум мог так же незаметно въехать сюда и выехать через собственные ворота! — заключил он.

— С ума сойти! — закричал Боб. — И вы его обнаружили!

— Значит, я смогу, наконец, расквитаться с этим типом! — торжествовал Питер. —

Ничего не предпринимать, пока мы не приедем, ясно?

— Помните, что он вооружен! — добавил Боб.

Джупитер выключил свою рацию. В это время Роум въехал в свои персональные ворота и поставил пикап за длинным сараем, в котором находился склад. Он, не торопясь, вышел из машины и закрыл проем в заборе. Все было сделано так аккуратно, что секундой позже невозможно было установить, в каком месте был сделан въезд и был ли вообще. Затем Роум взял с переднего сиденья черный пакет и сунул его в боковой карман куртки.

— Это деньги! — прохрипел Джупитер.

Роум набросил на машину брезент. Программист был ростом примерно метр восемьдесят, а весил не менее девяноста килограммов. Потное обрюзгшее лицо и глаза фанатика блестели в свете луны.

— Он выглядит как одичавший зверь, — прошептал Джупитер.

— Он такой толстый и дряблый потому, что годами питается только пиццей и гамбургерами и сутками торчит у компьютера, — отозвался Бренсон. — Я приглашал его с собой на занятия культуризмом или карате, но он не захотел. Утверждает, что находится в прекрасной физической форме, правда, по нему этого не видно.

— А зачем ему карате? У него ведь есть пистолет. Вчера он нам его уже продемонстрировал.

Роум обошел вокруг пикапа и тщательно укрыл его брезентом, как будто собирался остаться здесь надолго.

— И зачем это он так старается, если собирается исчезнуть из Роки Бич? — прошептал Джупитер. — Что-то здесь не так.

— При таком раскладе Питер и Боб подоспеют вовремя, — сказал Бренсон. — Тогда нас будет четверо против одного.

«Пока Роум спокойно делает свои дела, — подумал Джупитер, — я бы мог присесть и хоть чуточку отдохнуть». Неподалеку он увидел подходящий гранитный блок и, недолго думая, опустился на него. Бренсон в ужасе прошипел:

— Стой!

Но предупреждение запоздало. С глухим стоном Джупитер провалился в муляж из папье-маше.

Роум поднял голову и настороженно огляделся. Затем он шагнул в том направлении, откуда донесся треск.

Бренсон стал лихорадочно соображать, ища выход из опасной ситуации. А Джупитер закрыл глаза и вспомнил годы, когда он был звездой детских передач.

— Мяу! — закричал он, приподнявшись на локтях. — Мяу!

Несколько секунд Роум стоял неподвижно, вслушиваясь в темноту, но так как имитация Джупитера была безупречной, он, ухмыляясь, поднял большой камень и швырнул его в кошку.

В ответ Джупитер издал яростный пронзительный вопль, который постепенно затих. Создавалось полное впечатление, что кошка удрала.

Роум довольно засмеялся и опять занялся брезентом.

Бренсон с трудом сдержал смех:

— Неплохо!

Джупитер скромно улыбнулся, потом спросил Бренсона:

— Как это ему удалось все соорудить так, что никто ничего

не заметил! Ведь выпилить часть забора и сделать из него ворота — это же столько возиться надо!

Бренсон вздохнул:

— Если у нас программист или художник-график долго не может найти решения задачи, он уходит гулять или занимается чем-нибудь посторонним. И никто не возражает. Например, Сеймур Грей — создатель знаменитых суперкомпьютеров Грея, выкопал в своем саду целый подземный ход, так как при этом ему лучше думалось. Поэтому и мы не находили ничего подозрительного в том, что Норт по вечерам где-то подолгу пропадал. Если бы я только мог себе представить, чем он в это время занимался! А он, оказывается преспокойно обеспечивал себе свободный доступ на студию.

Наконец Роум застегнул последний ремешок на брезенте. Он выпрямился и нагло ухмыльнулся.

«Чувствует себя героем», — подумал Джупитер.

Оба быстро отступили в темный угол, когда увидели, что Роум приближается к ним. Но он проследовал мимо и направился к главному корпусу. Джупитер облегченно вздохнул. Роум вошел внутрь и исчез из виду.

Бренсон и Джупитер сорвались с места.

— Куда он? — спросил Джупитер. — Может, на свое рабочее место?

— Я не знаю, — признался Бренсон.

У входа они остановились и прислушались. Внутри было тихо. Они открыли дверь. Лампы на стенах в коридоре висели далеко друг от друга, и между ними зияла жутковатая темнота. Преследователи Роума вошли в вестибюль, и Джупитер притворил за собой дверь, скрип которой заставил обоих вздрогнуть.

— Куда он пошел? — прошептал Джупитер сдавленным голосом и подумал: «А вдруг он подкарауливает нас в темноте?»

— Откуда я знаю?

Обутые в кроссовки, они двигались по коридору почти бесшумно.

— Как насчет Клуба мертвецов? — предложил Джупитер. — Это потрясающее место для игры в прятки.

— Да! Идем туда.

Прежде чем войти в музей необузданной фантазии, они напряженно прислушались.

— Тихо как в могиле, — прошептал Бренсон.

Джупитер повернул ручку и приоткрыл дверь на ширину ладони. Все было тихо, и он распахнул ее. Дверь заскрипела. Джупитер недовольно покачал головой. Оба кивнули друг другу и одновременно проскользнули в громадный зал. Там они разделились. В слабом свете, струящемся из открытой двери, были видны темные очертания горилл с дистанционным управлением, рыцарские доспехи, модель космического аппарата и страшного тиранозавра. Призрачные гротескные фигуры и сознание того, что Роум, может быть, прячется здесь, привели агента № 1 в состояние крайнего нервного напряжения.

Вдруг он получил сильный удар по плечу. Ужас обуял его. Джупитер быстро увернулся и в ожидании следующего удара упал на колени с поднятыми вверх руками. Он был готов сразить противника приемом дзюдо «тай-о-тоши».

Бренсон, оказавшийся рядом, рассмеялся:

— Да это же робот.

Джупитер выпрямился. Оказалось, что незаметно для себя он вернулся к двери, где на вахте стоял высоченный, сверкающий хромом робот.

— Ясно, — сказал Джупитер сердито. — Это мы уже проходили. До этого робот стоял с поднятыми руками, а теперь одна рука опущена.