Чтение онлайн

— А ты как хотел? — искренне удивлялся начальник. — Кому сейчас легко? — и упорствовал: — Приказываю: уплотнить график работы и чтоб через три дня на-гора очерк про кого-то из уголовного розыска!

— Пока не выйдет! — уперся тогда пресс-секретарь. — И так на последнем издыхании, ровно двигатель на подъеме и на полном газу… Выходной хотя бы один! Месяц ведь скоро хуже белки в колесе. Сами-то за это время дважды…

— Но-но! Поговори мне еще! — резко окоротил Андрея Крикуленко. И, воздев к потолку указательный палец, с пафосом изрек: — Запомни! Тебя заменить некем!

И гордись — руководство доверяет! — Палец переместился, почти уткнувшись ершистому подчиненному в грудь. — Стало быть, внутренне соберись, стисни зубы — и с «Интернационалом» вперед! Вот, — пристукнула начальственная длань по столу, — закончится особый период — тогда и, — взмах ладонью и указка в сторону двери, — гуляй не хочу — на толстое здоровье…

— Это когда он еще закончится-то? Один Господь знает, да его пути, известно… К слову, о здоровье. Последнее время давление скачет, да и моторчик… — рискнул Кузнецов продолжить дискуссию. — «Колеса» горстями…

— Ты мне тут на жалость не дави! — окончательно взъярился подполковник. — И заруби на ушлом носу: если только на больничный нырнешь… Да я тебя… не знаю что! Самолично! — и продемонстрировал крупные кулачищи. — Иди, работай! Учти: очерк я с тебя не снимаю!..

«Черта лысого тебе по всей морде, а не очерк», — подумал, уже выходя от Крикуленко, Андрей, но тут его возвратили «на ковер».

— Да, кстати… Завтра на утреннем совещании моего нового зама представлять будут. Человек из кадрового аппарата ГУВД, а это при любой проверке-комиссии оттуда — лишний плюс…

…Характерно, что одновременно с назначением на должность Мильченко тем же приказом было присвоено очередное специальное звание — подполковника милиции — и тут же, принародно, вручена пара новых погон.

После общего совещания руководства Управления Крикуленко собрал зональных инспекторов кадрового аппарата УВД города, инспектора-психолога и Кузнецова в своем рабочем кабинете и вторично представил, теперь уже своим непосредственным подчиненным, подполковника милиции, но пока — казуистично — с майорскими погонами на плечах.

— Распоряжения Игоря Юрьевича выполнять, как и мои, беспрекословно. В мое отсутствие по всем вопросам обращаться к нему. Тем более, сегодня я ответственный по УВД и после обеда райотделы проверять убуду. Все ясно?

О начале ежедневного рейда по радиокомпаниям пресс-секретарь обычно докладывал Крикуленко по телефону или лично, а коль того не оказывалось на месте, предупреждал секретаря отдела кадров. Но сегодня, убедившись, что кабинет Степана Григорьевича заперт, решил отрапортовать его новому заму.

Мильченко принял его уже в погонах подполковника.

— Убывай, без проблем, — разрешил он выход. — Вернешься примерно когда?.. Как то есть минимум часа через два? А почему так долго? Ах, без машины… Ну, ладно. Впрочем… В районе военного универмага случайно не будешь? Жаль… Может, все-таки сумеешь заскочить? Мне тут кучу погон еще надо — и на китель, и на куртку, и на бушлат, да и рубашечных пару-другую на смену… Купи, а я потом, сколько будет стоить, компенсирую…

— Извините, но это никак не входит в мои служебные обязанности, —

удивившись этакой бесцеремонности с места в карьер, также без обиняков отказался Андрей. Совершенно не к делу вдруг подумалось: «Не похоже, чтобы новый начальник щеки брил. Вообще лицо нежное, девчачье. Потому и Милкой прозвали? Или все же от фамилии?» Помедлил, добавил: — И общаться хотелось бы в дальнейшем все же на «вы»…

— Зря так сразу в бутылку, — обиженно-сожалеюще произнес Мильченко, на этот раз старательно избегая конкретного обращения к собеседнику. — Просьба пустяшная, а у меня еще дел… Ладно, кого другого сейчас озадачу…

Из кабинета Кузнецов вышел с подпорченным настроением. Пропагандировать лакейские мелкие услуги? Не-ет, подобных традиций в «управе» не водилось. Вот орать, материться, кулаком по столу стучать — это да, этим здесь не удивишь. Как и беспардонным тыканьем младшим. Но такое?

«А ведь и правда, сейчас кого из молодых инспекторов нагнет», — оформилась мысль. А за ней сравнение: морда поросячья.

Впрочем, за круговертью радиорейда фамильярная просьба быстро забылась, а рабочий день опять затянулся до десяти вечера. На следующее же утро пресс-секретарь узнал, что подполковник Крикуленко, после суточной «ответственности» по УВД удачно взял отгул.

— Всю ночь по райотделам лазил! Недостатков накопал — на целых три листа мелким почерком! — доверительно сообщил старший оперативный дежурный.

— Знаешь, было бы желание, — горько-иронично прокомментировал Андрей. — А уж в нашей конторе ежели сверху рявкнут: «Фас!», — так на низах кого угодно по-любому порвут.

— Ото ж, — вздохнув, согласился собеседник. — Как ни тужься…

На сей раз, после обеда, Кузнецов о своем уходе на радиостанции Мильченко докладывать не стал: решил лишь поставить в известность секретаря ОК. Без проблем собрал и привез магнитофонные записи, прослушал… Уже к вечеру, в самый разгар процесса каждодневной перепечатки, в кабинет заскочил один из инспекторов-лейтенантов.

— Быстро! Мильченко всех у себя собирает!

Ничего не попишешь, пришлось выключить компьютер…

— Почему меня лично не предупредили, что в город убываете? — начал двойной зам совещание с разноса пресс-секретаря. — А если бы начальник УВД вас потребовал, а я ситуацией не владею? Служебная дисциплина для всех святое! Эхх! А еще старший офицер!

— Начальник УВД в курсе моих ежедневных радиоскитаний, — пояснил Андрей, увы, сознавая шаткость своей позиции: подполковника предупредить бы следовало. Ладно, будем теперь знать, что он такой… пендитный.

— И с какой это стати товарищ майор считает, что ему на совещание к вышестоящему руководителю можно появляться в гражданской одежде? Милицейской формы стесняетесь? — продолжился «воспитательный процесс».

— Мне Крикуленко разрешил. Без официоза работать проще, люди на контакт легче идут. Я вообще форму только на строевые смотры надеваю…

— Неправильно это! — отрезал подполковник. — Вы — офицер отдела кадров, а таковые, по положению о службе в органах внутренних дел, форму носят каждодневно. Чего неясного?