Компаньон
Шрифт:
— М-мистер Мм-малфой… — заикаясь и стуча зубами, недоверчиво констатировала она.
— Да, мэм. — подтвердил я, стараясь держаться повыше. Двигаться становилось всё тяжелее. — Хватайтесь за меня, пора выбираться отсюда.
— Вы знаете, что происходит?! Кто всё это устроил? — на грани истерики требовательно осведомилась профессор Амбридж. — Мои отчёты, планы уроков, моя вторая книга — всё погибло в этом хреновом болоте!!! Я могла утонуть! — с каждым произнесённым словом профессор говорила всё громче и громче, под конец
— Дорогая Долорес, мы обязательно с этим разберемся. — клятвенно пообещал Флитвик. — Мистер Малфой, отплывите подальше от стола, я попробую поднять вас обоих и левитировать из кабинета.
Отплыть подальше оказалось намного легче сказать, чем сделать. За мою шею крепко единственной рукой мёртвой хваткой цеплялась профессор Амбридж, дышать было трудно, к горлу то и дело подкатывал рвотный ком, запахи вокруг тоже не облегчали ситуацию. Не сразу, но профессор всё-таки подобрал контрзаклятье, которое смогло поднять нас вверх. Видимо, болото было тоже зачаровано каким-то особенно хитрым образом. У самой двери мне даже показалось, что я слышал лягушек…
Разумеется, никакого урока после этого всего попросту не состоялось. Коридор и класс были полностью затоплены, множество вещей уничтожено, а вид мокрого меня и профессора Амбридж с нервным тиком на лице привёл гриффиндорцев в полный восторг. Но возмутиться по этому поводу я даже не успел. Флитвик категорично передал и меня, и профессора Амбридж в заботливые руки мадам Помфри, а подоспевшая на весь этот балаган Макгонагалл разогнала остальных учеников от места происшествия. Насколько я понял, дальше эту проблему будут решать профессора.
После зелий мадам Помфри вручила нам по чашке дымящегося горячего чая, от которого почему-то пахло имбирным печеньем, и скрылась в своём кабинете, бормоча себе под нос что-то не особенно лестное о происходящем.
— Кхм-кхм. — неловко откашлялась профессор Амбридж, закутанная поверх мятого и грязного делового костюма в теплое полотенце. — Спасибо вам огромное, мистер Малфой. Крайне лестно, что вы решили так самоотверженно броситься мне на помощь, не думаю, что я протянула бы очень долго.
— Пожалуйста, мэм. — ответил я и вежливо улыбнулся. Правда, тут же почувствовал, что получилось несколько фальшиво, и убрал это выражение со своего лица. — В конце концов, вы ничего подобного не заслужили.
— Вы ведь что-то знаете, не так ли? — прищурилась она, внимательно на меня глядя. Я постарался не отводить глаза, зная, что это сдаст меня с потрохами. Правда, похоже, и моего долгого молчания хватило с избытком, мадам заместитель выразительно хмыкнула. — Я не буду на вас давить, мистер Малфой, но если вам что-то известно, я была бы весьма благодарна за информацию.
— Мне не то чтобы известно, просто… — чуть нахмурившись, я сделал большой глоток сладкого чая. — Мои предположения необходимо проверить, мэм, и всё хорошенько обдумать. Но если вам нужна моя помощь, я готов сделать всё возможное, что мне будет по силам. Хотя и силы одного отдельно взятого старосты достаточно невелики, но, мне кажется, один преданный друг вам по крайней мере может пригодиться.
—
— О, это тоже непременно нужно проверить. — слегка наклонил голову я, про себя быстро перебирая варианты. Крэбб и Гойл меня точно поддержат. Почти наверняка помощь захотят оказать Нотт и Забини, хотя бы просто из корыстного интереса. Булстроуд можно уговорить. Панси? Не хотелось бы, но она наверняка не допустит, чтобы я ввязался в крупную интригу один. А остальные… Надо подумать.
— Не сочтите за труд, сообщите о результатах проверки мне. — медленно произнесла мадам заместитель, в её взгляде я заметил расчётливый огонёк.
— А как же… — приподнял брови я.
— Как только я узнаю, сколько у меня друзей, о полномочиях можете не беспокоиться. — Амбридж хихикнула снова, но её глаза оставались холодными и серьёзными.
— Очень хорошо, я вас услышал. — кивнул я, невольно чувствуя, как по спине пробежало целое стадо мурашек. Не хотелось бы мне сейчас быть на месте врагов этой женщины… Сейчас я уже не был уверен, что смогу повернуть ситуацию так, чтобы никто из этих горе-бунтовщиков не пострадал. Но с другой стороны, я уже дал слово. И отступать теперь ни в коем случае нельзя.
Долго мне размышлять над этим не пришлось. Вернулась мадам Помфри с комплектом чистой одежды для меня, и вместе с мадам Амбридж скрылась в кабинете. Напоследок мадам посмотрела мне прямо в глаза, и снова в душе всколыхнулось странное чувство, что она знает больше, чем говорит. Интрига, независимо от её масштаба, для меня всегда была похожа на игру. Например, на партию в шахматы. И я привык чувствовать себя игроком, контролирующим то, что происходит на доске. Но в этот момент у меня возникло ощущение, что я из игрока мигом превратился в бессловесную и бестолковую фигуру, которая ходит лишь туда, куда приказано. Мне это чувство мало понравилось… Но если так, то я постараюсь доказать свою ценность. И для начала нужно добиться того, чтобы у мадам Амбридж появилось много преданных друзей.
***
Когда Корнелиус попросил её немного поработать в Хогвартсе и оценить уровень правовой грамотности школьников, она и подумать не могла, что это будет так сложно. Хотя в целом и согласилась: терять потенциальные голоса было бы глупо. Ведь намного проще вырастить в человеке нужный образ мыслей, вместо того чтобы бороться с его убеждениями? Так она думала, пока не начала работу в Хогвартсе.
Первые недели показались ей самым настоящим адом: а ведь Долорес приходилось работать в самых разных условиях и буквально выбивать себе место под солнцем, ведь она не была чистокровной… Был такой период, когда она даже жила на работе в прямом смысле этого слова, просто потому что отлучаться домой на три-четыре часа — занятие бестолковое. Поэтому ей не верилось, что работа в Хогвартсе будет сложнее, чем всё, что она уже успела пережить.