Чтение онлайн

— Поздно уже по юристам метаться! — успел выкрикнуть к\'Ощей, прежде чем Леснид открыл окно, подхватил ноутбук и швырнул его далеко в сторону парка. Ноутбук пролетел метров сорок, приземлился на асфальт и разлетелся на кусочки.

Максим жалобно ахнул и негодующе воскликнул:

— А что, команда «format с» уже не в моде, да? Надо было непременно разбить ноутбук?

Леснид закрыл окно, и отъехавшая в сторону непробиваемая броня снова закрыло его с уличной стороны.

— Что ты хочешь? — спросил он.

— Ноутбук хочу! Это моя мечта с самого детства!

— Время для игрушек закончилось,

Максим. — сказал Леснид, — Господа, у меня для вас две новости. Одна хорошая, вторая плохая. С какой начнем?

— С плохой, — предложил Игорь. — Нам не привыкать.

— Нас убьют.

— Хм… а хорошая?

— Потусторонний мир существует — я точно это знаю.

В кабинете повисла тишина.

Верхние этажи особняка хорошо просматривались через высокий забор из красного кирпича. Кованая решетка на заборе и воротах выглядела прочно, но Владимир был уверен, что перед натиском спецслужб она не устоит. А вот само здание следователя крайне озадачило: поначалу особняк отдаленно напоминал средневековые замки, хотя и выглядел не в пример проще, но с появлением спецподразделений дом как по мановению волшебной палочки закрылся бронированным стеклом и превратился в нечто невообразимо-стильное, но далеко не средневековое. Подобные шедевры архитектуры среди коттеджей новых русских попадались ему впервые.

Появление следователя перед зданием сопровождалось дружным вздохом толпы, выглядывающей из-за кустов и деревьев городского парка и увидев, как из окна на втором этаже вылетел черный предмет прямоугольной формы. Ударившись об асфальт, предмет разлетелся на части и оказался обычным ноутбуком.

— Проиграл в Half-life? — вслух подумал следователь.

— Похоже, — отозвались из-за кустов, и на Владимира уставились десятки пар белых очков — их носили практически все зеваки. Следователь на мгновение вытаращил глаза, но быстро совладал с изумлением — не до того сейчас.

— Теперь он от нас никуда не денется! — обсуждали происходящее зеваки. Человек с бородкой «а-ля инженер Гарин» поминутно косился на спецназовцев, окруживших территорию и высматривающих, что где находится, и нет ли в здании скрытого от глаз оружия. — А если милиция не арестует его, мы разнесем дом по кирпичику!

— Да-да! — поддакивал его собеседник, с белыми очками. — Совсем озверели маньяки — из собственной квартиры страшно выйти — вдруг за углом или в лифте прячется серийный убийца. Ничего… у нас ОМОН хороший: только скажи — одним махом асфальт о морду раскрошит!

«Хорошо подготовились» — уважительно подумал Владимир. Он все больше убеждался, что звонивший ему «доброжелатель» преследует собственные цели, и попавший в окружение байкер обязательно получит причитающиеся девять грамм свинца.

— Куда направляетесь? — перед следователем появился спецназовец. — Здесь вам нечего делать.

Владимир показал удостоверение.

— Я расследую дело о похищении людей владельцем этого дома и должен с ним поговорить.

— Не теряйте времени напрасно, — ответил спецназовец. — И он ни в чем не признается и вы до кучи потеряетесь.

— Я должен с ним поговорить, — повторил следователь. — Зовите ваше

начальство.

— Оно там! — спецназовец указал на «Газель». — Но не надейтесь — вас все равно не пропустят.

Через три минуты Владимир стоял у ворот. Человек с алюминиевым чемоданчиком охотно уступил место и с интересом стал ждать, что швырнут в новоприбывшего из окон коттеджа. У Владимира создалось странное ощущение, что уступивший человек хорошо его знает, но проверять, так ли это, следователь не стал. Выхватив из кармана белый платок, следователь привязал его к ручке-указке и помахал, призывая Леснида обратить на него внимание.

— А это еще что за диво? — прокомментировал Леснид появление у ворот человека с платком. — Перечитал романов о парламентерах или решил выделиться среди очкариков белым платком?

— А ты пулемет высунь! У тебя есть, ты говорил, — предложил Максим, до этого споривший с Горячкой о том, что ноутбуки не виноваты в том, что ими пользуются подлые люди. — Праздно шатающиеся разбегутся и перестанут беспокоить. Останутся те, кому от нас на самом деле что-то нужно. Вот тут-то мы огонь откроем и угомоним белочкариков раз и навсегда! А?

— Белочкарики угомонятся в одном случае, — ответил Леснид, пропуская слова о стрельбе мимо ушей, — когда положат цветы на мою могилу. к\'Ощей вознамерился отомстить по полной программе и не отступит, пока лично не убедится, что я погиб.

Максим развел руками: враг у Леснида попался тот еще.

— А что вы с ним не поделили? — спросил он. — Откуда такая злоба и желание отправить тебя на тот свет?

— Мы ничего не поделили, — ответил Леснид. — В этом вся проблема.

— Как информативно! — заметил Максим, но Леснид отказался продолжать разговор на эту тему. Он смотрел на изображение, передающееся с видеокамер наружного наблюдения. Человек с платком не желал отходить от калитки.

— Интересно, а ему-то что здесь понадобилось? — спросил Игорь. — Он не из стаи белочкариков.

— Предположим, — высказал версию Леснид, — это — последний честный человек на планете. Он принес оброненный кем-то из нас носовой платок. Ты в это поверишь?

— Нет.

— И я тоже. Сочиним другие версии или сходим спросим?

— Кто-то из нас чихнул, и он предлагает платок, чтобы высморкаться, — предложила свою версию Горячка. — Давайте, я схожу.

— Я сам пойду, — ответил Леснид.

— Не дури — тебя пристрелят! — взялся за старую песню Максим.

— Не пристрелят: я верну им пленника. А до кучи немного покрасуюсь — помирать, так с музыкой.

Леснид пробежал пальцами по клавиатуре. Замаскированные под лепнину ставни по периметру чердака разъехались, и на улицу выдвинулись станковые пулеметы. Двенадцать пулеметов на металлических держателях нацелились на стриженый газон у основания дома.

Толпа в парке значительно поредела.

Владимир почувствовал себя не в своей тарелке — дуло пулемета уставилось прямо на него. Вздумай байкер пострелять — и короткая и выматывающая жизнь следователя закончится в тот же миг, но почему-то именно сейчас фраза о долгожданном покое не вызывала у следователя положительных эмоций.