Колония
Шрифт:
Кафе «У Самвела» не могло идти ни в какое сравнение с отвергнутым Александром рестораном. В отличие от него оно было предназначено не для избранной публики. По сути просто закусочная, где можно сытно поесть и, кстати, сравнительно с ценами на трассе – недорого. Площадка перед кафе всегда была забита самыми различными автомобилями, проходящими транзитом.
Надо признать, Александру действительно нравилось, как здесь готовят. Поэтому он не стал терять время и, едва переступив порог, поспешил занять столик в дальнем углу. Официантка сразу же подошла к нему, чтобы принять заказ.
Он едва успел ступить к горшочку с чанахи, когда появился Руль. Хмурый и явно недовольный. И его настроение было испорчено наверняка не забегаловкой средней руки – впрочем, чего сразу так-то, вполне прилично и даже уютно – авторитета раздражал сам факт, что ему пришлось ехать сюда.
– Здравствуй, Руль.
– Здравствуй, Александр Сергеевич.
Ага. Все еще по имени отчеству. Нужен ему Ладыгин. До зарезу нужен. Ну-ну. Александру Руль тоже нужен, и тоже до зарезу. Что-то землица начала припекать ножки, надо бы отсидеться где-нибудь в тиши.
– Присаживайся. Есть будешь? Здесь оно куда душевнее, чем в твоем ресторане.
– Ну ресторан тот не мой. Да и не стесняюсь я в заведениях поскромнее питаться. Но сейчас не голоден.
– Тогда извини, того же сказать о себе не могу.
– Ну так и приятного аппетита.
– Спасибо.
После этого в воздухе повисла некая пауза, нарушаемая только негромкими разговорами посетителей и работников кафе да постукиванием ложки Александра. Однако все это выступало неким фоном, и не более того. Ладыгин не собирался начинать разговор первым. В конце концов, не он просил о встрече.
– Что же не поинтересуешься, зачем я тебя звал?
– Ты меня не звал, Руль. Ты попросил о встрече, и мне было нетрудно подъехать к тебе.
– Пусть так.
– Не пусть, Руль. А именно так, и никак иначе. – Александр пристально посмотрел в глаза авторитету, промокнув губы салфеткой.
– Не меняешься ты, Александр Сергеевич.
– Отчего же мне меняться? Ну уволился я из полиции. И что это значит? Знаешь же, как говорят: ментов бывших не бывает.
– Знаю.
– Так вот, ко мне это относится в полной мере. И своему придурку Слону ты это разъясни доподлинно, не то, по дурости его, горе какое может приключиться.
– Всяк кузнец своего счастья. Ладно. Дело у меня к тебе есть. На десять миллионов.
– Ого. Круто. Ставки растут?
– Дело особое.
– Не интересует. Даже не хочу знать, о чем пойдет речь.
Александр пристально посмотрел в глаза Рулю, пока у того вдруг не помутился взгляд. Есть. Все же погрузить человека в транс, не прибегая к его усыплению, несколько сложнее. Будь они в кабинете ресторана, проблем не было бы. Но так обернулось, что им пришлось общаться при скоплении народа. Это, конечно, сложнее, но вовсе не невозможно.
– Руль, как зовут твоего человека на военном складе?
– Он не мой человек. Он сам по себе. Перчинов Юрий Анатольевич.
– Военный?
– Турнули его со службы, какое-то сокращение. Вот и сидит теперь на той же должности,
– Как ты с ним связываешься?
– По телефону…
Александр старательно записал номер, даже не усомнившись в том, что Руль мог ошибиться. Если его в другое время спросить номер телефона, то он непременно полезет либо в записную книжку, либо в свой телефон. Но, находясь под воздействием гипноза, человек способен вспомнить и то, что, казалось бы, давно и напрочь позабыл. Он даже способен нарисовать портрет, при этом вроде бы не обладая способностями к рисованию…
– Отчего же так, Александр Сергеевич? – произнес, вдруг встрепенувшись и поведя рукой по лбу, пришедший в себя Руль. – Деньги немалые, а ты никогда не упускал возможность подкалымить.
– Времена изменились. Теперь у меня иных забот хватает.
– Слышал, слышал. И откуда только деньги взялись? Своими трудами ты столько заработать не смог бы. Хм… но, с другой стороны, завертелся вроде как еще задолго, – задумчиво потерев нос, произнес скорее для себя Руль, а потом вдруг встрепенулся. – Банк. Ну конэ-эчно, банк. Только тупой мог подумать, что ты не найдешь тех грабителей. Припоздал немного, но половину все же взял. Ну-у, Сергеич, уважа-аю. А долю в общак заслать не хочешь? – с ухмылкой подвел итоги своим умозаключениям Руль.
– Во-первых, не знаю, о чем ты говоришь. Во-вторых, долю пусть засылают те, кто по вашим понятиям живет. Все, разговор окончен.
– Погоди, Сергеич. Ты не понял. По краю кипеш стоит нешуточный. Вся братва на ушах. Ну и менты в сторонке не остались, те, кого решили привлечь. Дело нешуточное.
– Руль, остынь. Говорю же, неинтересно. Я согласился на встречу, только чтобы объяснить, что с прошлыми моими подработками покончено. Гнуться я ни под кого не собираюсь, но и враждовать намерений нет. Все идет, как шло, каждый на своей дорожке.
– Уверен?
– Руль, я же сказал, ничего не изменилось. Я по-прежнему взваливаю на свои плечи ровно столько, сколько могу унести. Все, мне некогда.
Александр открыл толстую корочку, в которой лежал чек, оставил плату за обед и встал из-за стола. Ему здесь делать больше нечего. Главное, ради чего он вообще согласился на эту встречу, сделано, остальное неинтересно. У него хватает своих забот, как земных, так и неземных, причем в прямом смысле этого слова. А потому пусть все идут лесом в строго определенном направлении.
В Ставрополе Александр бывал не так часто, но все же достаточно, чтобы хоть как-то ориентироваться. Так уж случилось, что для выхода на интересующего человека ему пришлось немного поднапрячься. Он конечно же слышал о том, что кто-то может гипнотизировать по телефону, но сам лично в этом сомневался. Нет, если спустить курок, произнеся нужную фразу, это пожалуйста, но сперва человека нужно, так сказать, зарядить.
А Ладыгин этого Юрия Анатольевича ни разу в глаза не видел. Звонить по телефону – хуже не придумаешь. Можно насторожить человека, а тот еще и бросится уточнять у Руля, кому это он давал его номер. А тут уж начнет крутиться, потому как Слон точно знал, что номер телефона никому не давал.