Колонист
Шрифт:
— Какую землю ты хочешь бледнолицый? — задал вопрос шаман, в отличии от вождей он явно был настроен враждебно — это земля наших предков и на ней находятся наши святилища!
— Пока я хочу только землю под поселение на полуострове, все острова и пустующие земли, на которых будут наши поля и пастбища. А также право охотится, рубить лес, и рыбачить в ваших землях и водах. Я обещаю вам, что на святилища мы не претендуем и будем уважать ваших предков и тотемы как свои! Вы занимаетесь охотой, вам не к чему луга и поля. А взамен, мы станем союзниками, я возьму ваше племя под свою защиту и заплачу вам тремя железными топорами, пятью железными ножами,
— Да, железный топор… — мечтательно произнёс Ванька, глядя на разложенные подарки, но тут же перевёл взгляд на шамана, и неохотно продолжил — нам не нужна ваша защита, у нас много воинов! Поищи себе другое место, мы не хотим, чтобы на нашей земле жил кто-то кроме нас.
— У меня больше воинов, и у всех длинные железные ножи и топоры. А ещё у меня есть большие лодки, и луки, которые стреляют молниями! Очень сильное колдунство! Давайте договоримся — спокойно привёл я свои доводы — Выгнать нас будет не просто, и скорее всего всё ваше племя погибнет, если нападёт на нас. Я никуда не уйду, но и воевать не хочу. Цена хорошая, и союзники из нас выйдут надёжные и сильные. Я знаю, что вы подвергаетесь набегам со стороны других племён, мы положим этому конец, ваше племя будет процветать.
— Мы слышали грохот ваших молний, ты прав, ваши воины сильны — после не долгого молчания вновь заговорил Андрюха, тоже как-то косо посмотрев на шамана — хорошо, мы согласны! Я сказал!
Шаман скрипнул зубами, но промолчал, а вот Ванька заулыбался. Несмотря на его грозные слова, он явно не хотел войны, а вот иметь железный нож и топор хотел очень сильно. Хмыкнув, я снял со своей шеи золотой крест, и протянул местному священнослужителю, за моей спиной Сидор извлёк из свёртка два ножа, с посеребрёнными рукоятками, и положил пред вождями.
— В знак заключения договора, я дарю эти подарки вам, друзья мои — начал я, и заметив с каким восторгом шаман рассматривает цепь, пояснил, обращаясь уже только к нему — Этот амулет очень силён, он изображает символ нашей веры, нашего предка. Только великие вожди и шаманы нашего племени, достойны носить его изображение, изготовленное из жёлтого, метала!
— На другое этот метал и не годится — наивный Ванька украдкой взглянув на золото особо не впечатлился, вояка, чего с него ещё взять! Оружие важнее побрякушек — этих жёлтых камней и песка много в реке, в десяти днях пути от сюда. Они красивые, но тяжёлые и мягкие. Небесное железо лучше!
— Да, красивый металл — сглотнул я слюну, заметив, как загорелись глаза у переводчика — если у вас есть такой, можете приносить к нам на обмен. Каждый самородок или желтый песок поменяю по весу на нож или одеяло. Но это только из уважения к вам, как к добрым соседям! Действительно, ни на что не годный металл. Где говоришь та река находится?
— Потом покажу — отмахнулся Ванька, как от какой-то мелочи — или другие воины покажут. Пора заключать договор!
Настаивать я не стал, боясь вспугнуть индейцев. Действительно, потом так потом! Ни куда это золото не денется от нас, если что и сами найдём. Главное, что оно тут есть, а рек здесь не особо и много. Этот вопрос конечно важный, однако то дело, за которым мы тут собрались, нужно доделать. Шепнув Сидору и толмачу, что бы пока держали язык за зубами, мы приступили к ритуалу «оформления» сделки.
При заключении мира или какого-нибудь договора, индейцы употребляют калюмет, то есть священную трубку. Табак тут явно был в ходу, так как нужный прибор
Вожди и шаман сели в полукруг скрестив ноги, я и мои сопровождающие последовали их примеру, образовав замкнутый круг. Когда все условия обсуждены и приняты, зажигается священная трубка, ставя точку во вражде или спорах. Сначала делают затяжку оба предводителя и затем передают трубку своим воинам, пока она, переходя от одного к другому, не обойдет весь круг. После этого договор становится нерушимым. Мы купили первую недвижимость в Калифорнии!
Закончив с обрядом, Ванька встал, и взяв свисток на своей груди в руку, громко свистнул. Из зарослей стали появляться воины индейцев. Много воинов! Я с ужасом наблюдал, как поляна заполняется вооруженными людьми.
— И какого хрена?! Гриша, Сидор, к бою!– я повернулся к вождям, а за моей спиной абордажники Сидора, которых со мной было всего около двадцати человек, спешно выстраивали оборонительную линию. У меня же при себе был только кинжал, всё оружие мы оставили, отправляясь на переговоры и сделку с индейцами — мы же вроде договорились?!
— Что-то случилось друг мой? — Ванька был весел и агрессивным не выглядел, он даже не смотрел на меня, а вертел в руках топор, пробуя пальцем заточку. Заметив, что я держу в руках нож, медленно отступая к своим людям, Ваня поменялся в лице, и быстро поднял обе руки вверх, в знак примирения — Успокойся! Я дал сигнал, что мы заключили мир! Мои воины вышли, чтобы познакомится со своими союзниками! Сигнал был «отбой тревоги», ведь я дунул в свисток нижнего конца! Тебе что, послышалось, что я дунул в верхний, приказывая атаковать?!
— Да хрен тебя пойми, в какой конец ты там дуешь! И чего вы там вообще дуете, что мозгов у вас нет?! Точно говорят, как корабль назовёшь, так он и поплывёт. Назвал тебя Сидор Ванькой, а у нас во всех сказках испокон веков, Ванька-дурак был! Испортили мне индейца! Дует он! Да хоть во все нижние и верхние концы дуй, извращенец?! — психанул я, медленно опуская нож, и давая сигнал своим людям, уже готовым к стрельбе, остановится — я твою рожу вообще в первый раз вижу, откуда я знать должен, что ваши свистки означают?! Чуть бойня не началась на ровном месте.
Как только все разногласия с индейцами были улажены, я поспешил вернутся со своими людьми в импровизированный лагерь, который возник на месте первой высадки. Избрав манеру поведения с индейцами, которую в своё время опробовали французы, то есть вести себя с ними как равноправные союзники, а не захватчики, я надеялся избежать ненужного кровопролития. Надеюсь у меня это получилось, теперь оставалось только начать строительство и притереться друг к другу с новыми соседями. Конфликты будут всё равно неизбежны, это уже как пить дать, но пока у нас мир.