Чтение онлайн

Открыв дверь, я обнаружил, что нахожусь в коридоре не один. К счастью, халук-чешуйник с каталкой, на которой лежал золотой кокон, направлялся в противоположную сторону. В промежуточной чешуйчато-кожной фазе инопланетяне делаются толстокожими, неуклюжими, они тупеют и годятся только для выполнения простых заданий. Чешуйник дотолкал каталку до двери напротив лифтовой ниши, открыл ее карточным ключом и завез свой груз внутрь.

Я бегом бросился к нише, и мне повезло – лифт приехал почти сразу же. Он был даже не слишком набит. Но когда мы прибыли на нижний этаж халукского посольства, двери отказались открываться, и зазвенел сигнал тревоги.

Я почувствовал, как мышцы моего переполненного желудка сокращаются от страха, и едва не оскандалился.

– Какой бу-бу (эпитет) забыл бу-бу золотой ключ? – вскричал один из пассажиров.

Прорезь для карточки мигала красной лампочкой. Сенсор внутри кабины посчитал пассажиров и обнаружил, что один из нас не вставил ключ.

Все недовольно бормотали и переругивались, пытаясь вычислить растяпу, ставшего причиной аварии.

– Извините! – промямлил я и выдавил лающий халукский смешок, вставляя карту.

Лампочка сменилась на зеленую, двери открылись, и все мы толпой вывалились в переполненный вестибюль.

На воротах контроля стояло восемь турникетов. Халуки, держа синие карточные ключи наготове, бодро направились туда. Я пошарил в кармане и вытащил собственную карточку. Когда я вставлю ее в прорезь турникета, не взорвется ли мое сердце? Интересно, это больно? Как долго я буду умирать?

За вторым рядом турникетов, последней преградой перед выходом на свободу, стояла охрана. Может, они подстерегают храброго беглеца? Если у меня не разорвет потроха при проходе турникета, не схватят ли меня бравые стражи, чтобы с почетом препроводить обратно в контейнер?

Я глубоко вдохнул, расправил плечи и опустил карточку в щель.

Индикатор турникета засветился зеленым.

Мое сердце не перестало биться, когда я шагнул вперед. Низко опустив голову, я влился в толпу в переполненном лифте. Через несколько секунд двери раскрылись, выпуская меня на Тропу.

Первым моим желанием было убраться от башни Макфер-сона как можно дальше. Второе – найти относительно уединенную телефонную кабинку. Звонить было опасно – без денег и без возможности использовать свой нынешний глаз для входа в иридоскопическую систему идентификации – с такими-то инопланетянскими радужками. Оставалось только ввести свой персональный номер или общий код «Оплота», да еще и с тагами авторизации, чтобы сделать звонок в кредит. Я не сомневался, что к каждому из этих номеров есть доступ у халуков. И если они проникнут в базу данных телекома, смогут узнать, не только откуда я звонил, но и кому.

Над этим следовало серьезно поразмыслить. Попытайся выйти на контакт со своими родственниками, друзьями или близкими соратниками, я подвергну их жизнь опасности.

И даже если я до кого-нибудь дозвонюсь, поверит ли таковой халукоидной роже с неузнаваемым голосом, что это Адик? Вот уж вряд ли. Все общественные видеофоны передают изображение говорящего автоматически, если только не заблокировать его специально; а такой ход будет непременно воспринят как подозрительный. Люди из высших слоев общества – к которым относятся Ева, Симон, Карл, Эф Сонтаг и Беа Манган – дотошно проверяют звонки. Скорее всего никто из перечисленных просто не ответит на звонок из общественного автомата, от кого-то, кто 786 отказывается показать лицо.

И тут неожиданно я понял, кто ответит на такой звонок.

Полуинстинктивно

я избрал на Тропе направление на запад, под Дандас-стрит, в направлении старой башни «Оплота». (Я только потом узнал, что «Оплот» перенес свое торонтское отделение в фаллический монолит на берегу, где прежде размешалась «Галафарма».) На Университетской авеню я поднялся по эскалатору на уровень выше, в метро, и нашел подходящий телефон в кабинке на станции св. Патрика.

Использовав для идентификации код «Оплота» и таг авторизации, я набрал номер штаба МКРС. Кабинет начальника. И прикрыл видеоэкран ладонью. Когда ответил дежурный офицер, я попросил позвать Главного суперинтенданта Джейкоба Силвера. Он не работал в ночную смену, но я надеялся, что они переправят звонок к нему на личный аппарат, если я назову свое имя и личный код, а также воззову о срочной необходимости. На полицейской линии не могут орудовать халукские жучки!

– Очень сожалею, – ответил дежурный, – но Главный суперинтернант Силвер скончался. Позвать вам его заместителя?

– Нет…

Я механически повесил трубку. И стоял некоторое время, как парализованный.

Джейк. Джейк умер. Из-за меня? Потому что старый хитрый коп единственный заметил что-то не то в игре Алистера Драммонда? Может быть, даже поступил неразумно, противостав ему лицом к лицу?

Джейк…

Черт возьми!

Не знаю, как долго я там стоял. Прилив сил отступал, я чувствовал себя опустошенным. На станцию прибывали и уходили поезда, двигались толпы людей – не очень большие толпы. Часы показывали 20.02.

Я понял, что пора сматываться из телефонной кабинки. Подойдя к ближайшему стенду новостей, притворился, что внимательно изучаю нейронные «Новости часа». Гвоздь программы – цунами на острове Хокусай, нанесен огромный ущерб предприятию концерна «Гомерун». Ах да – и погибло пять тысяч человек.

В голове было пусто. Желудок схватывали спазмы. Рана на затылке под импровизированной повязкой горела и пульсировала. Может, туда проникла какая-нибудь инопланетная зараза.

Ясно одно: с моего ослабленного тела достаточно. Теперь оно взывало о том, чтобы принять лежачее положение. И если я не соглашусь с ним по собственной воле, вскоре просто свалюсь.

Где может найти краткий отдых бедняга-халук в спортивном костюме?

Прилечь на одну из призывных скамеек на Тропе нельзя. Меня тут же отыщут. А чтобы отправиться в гостиницу или в театр, нужны деньги.

Мое внимание привлек знак с названием станции подземки. Станция «Собор св. Патрика». Может, пойти в церковь? Они по вечерам обычно открыты… Туда то и дело заходят люди, но спящий на скамье инопланетянин вызовет нездоровый интерес. Публичная библиотека? Там тоже всегда полно народу, проводящего вечера за компьютерами, – но ближайшая отсюда библиотека в двух километрах, на Йонг-стрит. И еще одна – в университетском кампусе, немного поближе, но все равно в нескольких кварталах. Я просто не…

Ах ты, черт! Они уже здесь! Первые халукские охотники.

Я заметил их краем глаза (теперь мое поле зрения значительно расширилось) – они выходили из новоприбывшего поезда. Двое мужчин в форме и женщина в штатском. Они заняли позицию у схода с эскалатора и внимательно обозревали толпу. Один говорил по мобильному телефону – наверняка докладывал, что возле общественных телефонов я не обнаружен. Я надвинул кепку еще ниже на глаза и сгорбился, стараясь выглядеть как можно менее подозрительным.