Кольцо Гекаты
Шрифт:
Гордеев вспомнил последний разговор с Людмилой Станиславовной. Своим женским чутьем она сразу уловила, что «Восточный экспресс» – не обыкновенный туристический вояж, а нечто большее. Прощание с прошлым… Иногда это необходимо. Старые листья засыхают и падают, их уносит ветер – чтобы весной опять зазеленели деревья.
– Нам придется учиться быть благодарными за то солнце, которое больше не взойдет, – сказала она. – Но ведь оно было. Было! И мы грелись в его лучах… Мы расцветали и питались его теплом. Мы должны воздать ему за это любовью. Что бы потом ни случилось.
Фарид был
– Я скоро вернусь, – сказал Фарид, обнимая Людмилу, женщину, чьи мечты заблудились на суровых земных дорогах. – Я обязательно вернусь.
На самом донышке памяти шевельнулись шум прибоя, стук деревянной кормы о причал, звон оружия… и такие же слова, сказанные кому-то очень давно…
Смерть Коры произвела ужасное впечатление на Гордеева.
– Зависть и ненависть очень опасны, они ведут к гибели, – когда-то говорила ему красивая женщина в легком светлом хитоне, с блестящими волосами и улыбкой ангела на грешных губах…
Ему было жаль Кору и одновременно досадно за нее. Не нашла ничего лучшего, как вырядиться в чужие одежды и рыться в чужих вещах! Судьба не любит ряженых. Но Кора об этом узнала слишком поздно.
Господину Салахову с супругой предоставили другое купе, и они все еще спали. Вернее, беспробудно спал Юрий Арсеньевич, под влиянием ночной луны и пережитых волнений. Анна же не сомкнула глаз: она вспоминала. Картинки прошлого развернулись перед ней, подобно волшебному вееру, живые в своей первозданности и яркости. Они были до краев наполнены чувственной энергией.
Люди обожают купаться в подробностях давно ушедшего или придумывать картинки будущего. Они мечтают проникнуть туда, за покров тайны, которая может осчастливить – и жестоко обмануть. Все зависит от того, зачем им эта тайна.
Видеть будущее – испытание не для слабых. Анна долго не могла справиться со своими страданиями, когда на настоящее – прекрасное и безоблачное – накладывались видения грядущего. Сначала ее охватывал страх, а потом горе. Как можно было оставаться спокойной? Ведь тех, кого она желала видеть счастливыми, поджидали неудача или смерть.
Маленький мальчик, сидящий с удочкой на берегу речки – там, в своем будущем, уже лежит убитый на вспаханной взрывом земле…
Девочка с бантиками на косичках, идущая за руку с мамой, в будущем валяется на грязном, заплеванном полу наркоманского притона…
Артист балета, которому рукоплещут восторженные зрители, совсем скоро угаснет от смертельного недуга…
Вот эта машина с шумным семейством… Вот этот молодой пожарник… Вон тот самолет… Та красавица… Та улыбающаяся невеста… Тот знаменитый певец…
Анна понимала, что от этого никуда не уйти. В жизни происходят аварии, катастрофы, разочарования и потери… Она в этом не виновата. Никто не виноват. Все когда-нибудь кончается. Кроме красоты. И любви. Они бессмертны, эти сестры. А жизнь по-своему добра. Она никому не приносит зла намеренно. Люди сами его на себя навлекают – мыслями, поступками они питают зло, делая его сильнее.
Анна преодолела иллюзорную важность жизненной игры и важность смерти, как ее обманчивого финала. Что бы ни происходило, – это всего лишь еще одно мгновение, проходящее сквозь нее, сквозь ее чувства, сквозь ее Сады, в которых бывают грозы, ливни и суровые зимы, но которые никогда не отцветают… Вечное обновление – вот ее суть! Все, что приходит, – проходит. И все, что наступит, – тоже пройдет. И только весна в ее Садах не кончается. Вечно юная, вечно прекрасная, вечно новая… свежая, увлекающая, волнующая… обещающая блаженство, сладость и страсть…
Все отступило – страх, горе, сожаления, обиды, все! Растаяло, испарилось, как роса на лепестках. Анна постигла жизнь и принятие жизни через ее простоту. Листья зеленеют. Утром наступает рассвет. Ночью небо темное. Луна загадочна. Люди разные. Есть то, что скрыто от них, недоступно их пониманию. Они и не стремятся. Зачем? Лишние хлопоты…
Анна привыкла знать. Ее больше ничто не пугало, не расстраивало.
– Живи, как звезда на небе, – говорила Суния, дельфийская пифия. – Звезды все видят и всем видны. Но сами они недоступны. Неподвластны ничему суетному… Они дарят свой свет, но не дарят себя.
Госпожа Левитина часто смотрела на ночное небо. Оно манило и успокаивало. Лунный лик Гекаты обещал открыть неведомое…
В лунные ночи Анне часто снился сон – темный сад, очаг под деревьями… над очагом медная чаша. Она склоняется над чашей и видит, как вскипает и покрывается белой пеной черное варево, перемешивает его сухой веткой. Вдруг… ветка зеленеет, покрывается листьями, цветами, потом плодами… С ветки капают на траву черные капли. И всюду, куда капает зелье, вырастают цветы…
– Великая Геката даровала мне вечную молодость и свободу от мирских желаний, но это лишь две первых ступени таинства. Главное – это истинное значение, любовь и постижение законов существования. Я должна стать избранницей – шептала Анна.
С этими словами на устах она просыпалась. Кольцо Гекаты! Вот о чем еще говорила Суния. Три части ритуала должны слиться воедино. Два духа прекрасных и загадочных женщин встретятся с женщиной из плоти и крови… «В Час Луны зажми в ладони кольцо и сверши заклинание Владычицы Двух Миров…»
Казалось, слова Сунии постоянно звучали у Анны внутри, подобно голосу судьбы, которая начала петь свою песню…
Наконец она исполнила задуманное. Все получилось. Все, как говорила Суния… великая дельфийская прорицательница.
Графиня Анна Федотовна просто цвела от удовольствия. Она занимала половину купе своими голубыми юбками, кружевами и шумным восторгом. Она сияла юностью, нежным румянцем и напудренными плечами. Ее срок службы людям, ее плен закончился. Она стала свободной. Вольной делать то, что сама захочет.
– Жаль расставаться с тобой и Оком Зари! Я успела полюбить вас обеих, – щебетала «московская Венера», поправляя локоны. – Мы будем подругами, так ведь? Когда захотите выиграть в карты, зовите меня. Тройка, семерка, туз!