Чтение онлайн

— Ты плохо себя ведешь. Так можно получить плохую оценку за поведение. — Крамер поднял бритву к своему лицу и сделал жест, показывая, что может случиться.

Джессика убрала руку. Легла на спину.

Матрац весь затрясся, когда Крамер залезал на него. Он встал на колени между ее ног. Приподнял ее ночную рубашку и разрезал посередине, разделив на две части у грудей. Концом лезвия он откинул ткань в сторону.

— Только не режьте меня, — прошептала Джессика. — Пожалуйста.

— Но ты не приносишь мне счастья, Джессика.

— Я ничего

не говорила.

— Я знаю.

Она застонала, когда холодная сталь скользнула по ее животу. Приподняв голову, Джессика увидела, что это тупая сторона лезвия.

— Но еще можешь это сделать, — сказал Крамер.

— Нет. Никогда.

— Я видел, как ты посмотрела сегодня на Лейн. Ведь ты подумала об этом, не так ли?

— Нет.

— Хотела предупредить ее.

— Нет. И не собиралась. Какое мне дело до того, что вы намерены с ней делать? К тому же, я терпеть не могу эту сучку.

Крамер приподнял лезвие и полоснул им по животу. Быстрый, волнообразный порез. Было не очень больно, но Джессика вздрогнула и посмотрела на свой пупок. Над пупком появилась красная буква 8. Ее волнообразная линия расширялась. Из нее ручейками стекала кровь. Они начали расплываться, так как глаза Джессики застилали слезы. От ее всхлипываний ручейки подрагивали и переливались.

— Пожалуйста! — задыхаясь, молила она.

— Незачем было называть Лейн сучкой.

— Простите меня!

Крамер склонился над ней. Опершись на локти и подняв свой зад, он пил выступавшую кровь. Кончиком языка он углублял мелкий разрез. Джессика вся дрожала, когда его язык растягивал болезненные края раны.

Вскричав от боли, пронзившей ее руку, она стукнула его по виску.

От неожиданного удара его голова отлетела в сторону. Изловчившись, Джессика коленом двинула его в пах. Он опрокинулся навзничь, скатился с кровати и, исчезнув из виду, шмякнулся об пол.

Джессика перевернулась, ухватилась за край матраца и посмотрела вниз. Крамер лежал на спине, правое колено приподнято, левая нога вытянута, одна рука около бедра, а другая, расслабленная, отлетела в сторону, ладонь раскрылась, бритва лежала в нескольких дюймах от кончиков его пальцев, челюсть отвисла назад. Открытые глаза закатились кверху, как будто он смотрел на что-то под верхними веками.

«Он в ауте», — подумала Джессика.

Она сразу же догадалась, как только посмотрела на него, — она довольно часто ходила с Райли на матчи по боксу.

Судорожно глотая воздух, вся дрожа и подавляя подкатившуюся к горлу тошноту, Джессика спустила вниз ноги. Она поднялась и встала над ним. Одной рукой она прижала его правое запястье к ковру, присела и подняла бритву. Теперь, когда бритва была у нее, она поставила свою пятку рядом с его запястьем.

Он застонал.

Приходит в себя! Сердце Джессики екнуло. Она сжалась от ужаса и вся похолодела.

Она убрала ногу от его запястья, повернулась и глянула на него. Глаза его были закрыты, зубы оскалены.

Надо что-то срочно предпринимать!

Она набрала побольше

воздуха, чтобы крикнуть «Папа!» Но остановилась.

Крамер все расскажет. Если останется жив, то все откроется. И все узнают, что она спала с ним. Все. Ее предки, ученики в школе, Райли.

Нельзя, чтобы он заговорил.

Джессику колотило от озноба. Кожа ее покрылась мурашками.

«Никто не будет обвинять меня. Это самозащита. Он ворвался в дом и напал на меня».

Она посмотрела на свою рану. Из V — образного пореза все еще сочилась кровь. Под ним кожа была ярко — красного цвета. Волосы на лобке спутались, и с них по внутренней стороне бедер капельками стекала кровь.

«Вот мое доказательство, — думала она. — Он изрезал меня. Он пришел, чтобы изнасиловать и убить меня. Я вынуждена была защищаться».

Крамер открыл глаза.

Джессика бросилась к нему, ударила его ногой, вонзив пятку прямо в живот. У него перехватило дыхание. Глаза выкатились из орбит. Он начал приподниматься. Джессика упала на него, придавив коленями ему грудь и желудок. Едва его спина опрокинулась на пол, она занесла лезвие над его горлом.

Его левая рука взлетела быстрее, чем она могла себе представить. Он перехватил ее опускающуюся руку как раз выше запястья. Плечо пронзила боль. Бритва выпала из ее онемевших пальцев.

Другая рука Крамера ударила ее по позвоночнику. От боли Джессика выгнулась, и он схватил ее за волосы. Он с силой дернул за них и, ударив ее чуть ниже колен, опрокинул на спину. Джессика сильно стукнулась об пол, подскочив от удара, дыхание у нее перехватило.

Крамер схватил ее за одну ногу и высоко задрав ее, потащил к кровати.

Приподняв голову, Джессика увидела, что ее правая нога, вытянутая вперед, пяткой лежит на краю матраца. Прежде, чем она успела шевельнуться, Крамер наступил на ее колено. Словно ее нога была какой — нибудь веткой. Она услышала сухой треск. Агонизирующая боль сначала все превратила в красный цвет, а потом в черный.

Когда она очнулась, она была на своей кровати. Сверху на ней, точнее в ней, был Крамер, постанывающий от удовольствия. Правая нога вся горела изнутри, будто ее держали над огнем. Боль была невероятно сильной, поэтому то, что делал с ней Крамер, казалось несущественным. У нее было лишь одно желание, — чтобы он поскорее закончил и перестал подпрыгивать на сломанной ноге.

Попытавшись пошевелить онемевшими руками, Джессика поняла, что руки привязаны. Вероятно, к ножкам кровати.

Никаких шансов бороться с ним не оставалось.

Наконец, Крамер закончил.

Но она поняла, что это еще не все, что ей бы следовало подумать об этом. Но в голове ее стоял туман, она ни на чем не могла сосредоточиться, кроме боли.

Хуже, чем эта боль, считала она, уже ничего быть не может.

Оказывается, может.

Боль стала невыносимой, когда он подступил с бритвой. Настолько невыносимой, что она закричала и подумала, почему же она не кричала раньше. Отец услышит ее. Он спасет ее.