Коктейль для троих
Шрифт:
– Ну да! Ей вытатуировали на плече такой маленький цветочек, очень красивый. Она страшно воображала, а потом ее вызвала к себе миссис Лейси, и Анна заклеила его пластырем. А миссис Лейси и говорит: «Что это у тебя с плечом, Анна?»
Кэндис и Хизер дружно захихикали, а Мэгги и Роксана обменялись недоуменными взглядами.
– Простите нас, пожалуйста,– сказала Кэндис, наконец-то заметив их недовольные лица.– Вам, наверное, с нами скучно?
– Что ты, нисколько. Даже наоборот,– хладнокровно ответила Роксана и, достав сигареты, протянула Хизер.
– Нет, спасибо,– отказалась
Пока Роксана прикуривала, все молчали. Наконец она выпустила клуб дыма и посмотрела сквозь него на Хизер.
– Вот как? – произнесла она нарочито равнодушным тоном.
– Схожу-ка я позвоню, узнаю, как там Люси,– сказала Мэгги, вставая.– Я быстро.
Удобнее всего было звонить из вестибюля. Стоя возле стеклянной двери бара, Мэгги бросила взгляд на улицу, по которой как раз двигалась группа молодых людей в одинаковых черных галстуках. «Хотела бы я знать, кто это такие и зачем у них одинаковые галстуки?» – машинально подумала она.
Встреча с подругами немного взбодрила Мэгги, но она продолжала чувствовать себя вымотанной и разочарованной. После всей подготовки, после нескольких дней напряженного ожидания сегодняшний вечер не оправдал надежд, которые она на него возлагала. Отчасти в этом была повинна Кэндис, которая притащила эту ужасную Хизер, но и собой Мэгги тоже была недовольна. Ей казалось, что она отдалилась от подруг, стала им чужой. Кэндис и Роксана по-прежнему жили редакционными делами, у нее же появились совсем иные заботы и проблемы. Мэгги честно старалась участвовать в общем разговоре, но несколько раз ловила себя на том, что ей элементарно нечего сказать. А ведь когда-то она слыла остроумной, находчивой, интеллигентной женщиной!
Вздохнув, она прислонилась к стене и вытащила из сумочки мобильный телефон. Машинально поглядев на собственное отражение в зеркале напротив, Мэгги была неприятно поражена тем, как скверно она выглядит. Из зеркала на нее смотрела толстая, расплывшаяся женщина с серым от усталости лицом и всклокоченными волосами. Нет, конечно, Мэгги и раньше знала, что вид у нее далеко не блестящий, но чтоб такое… Она казалась себе состарившейся лет на десять!
И внезапно Мэгги захотелось оказаться дома, в «Солнечных соснах» – подальше от Хизер и ее глупых реплик, подальше от яркого света, мрачного лица Роксаны и необходимости поддерживать собственную репутацию остроумными шутками.
– Алло? – раздалось в телефоне.
– Пэдди? Это Мэгги.– В вестибюль вошла какая-то шумная компания, и она отвернулась к стене, прикрыв ладонью ухо.– Как там у вас дела?
– Все нормально,– ответила Пэдди. Ее голос звучал так тихо, словно она находилась на расстоянии нескольких десятков миль от Лондона. Впрочем, так оно и было.– Люси немного покашливала, но я уверена, что беспокоиться совершенно не о чем.
– Люси кашляла? – встревожилась Мэгги.
– Ради бога, не волнуйся,– сказала Пэдди.– Скоро приедет Джайлс, к тому же в крайнем случае я всегда могу вызвать «скорую помощь».
– «Скорую помощь»?!!
В трубке
– Ты уверена, что с Люси все в порядке? – спросила она звенящим от тревоги голосом.
– Конечно, дорогая, не беспокойся. Отдыхай, а мы тут справимся.
– Если с ней все в порядке, тогда зачем ей «скорая помощь»?
– О господи, конечно, «скорая помощь» ей не нужна! Я только хотела сказать: если что-то случится, я знаю, что делать. И Джайлс сейчас приедет, так что я буду не одна.
– Хорошо,– сказала Мэгги, чувствуя, что еще немного, и она расплачется.– Спасибо, Пэдди. Я еще позвоню.
Выключив телефон, она еще некоторое время стояла у стены, погрузившись в мрачные размышления. Да, конечно, кашель – это неприятно, но она может не беспокоиться: Пэдди справится. И вообще, Люси хорошо с бабушкой, а у нее сегодня выходной день – первый выходной за восемь недель. А раз так, она должна хоть на время забыть о своих обязанностях, об ответственности и развлекаться!
«Ах, какие это все-таки пустяки: коктейли, разговоры, сплетни…– неожиданно подумалось Мэгги.– Кому они нужны? – Ей вдруг ужасно захотелось увидеть дочь, взять ее на руки, сесть в старую качалку у окна, спеть ей колыбельную.
В эти минуты она готова была отдать все на свете, лишь бы оказаться в «Соснах», но, увы, это было невозможно.
Одинокая слеза скатилась по щеке Мэгги, и она торопливо смахнула ее тыльной стороной ладони. «Нужно взять себя в руки,– решила она.– Нужно собраться и попробовать начать все с начала». Впрочем, Мэгги подозревала, что вечер был испорчен непоправимо. Ах, если бы их было только трое! Рано или поздно они бы сумели поговорить по душам, выяснить, что у кого на сердце и попытаться утешить друг друга. Но пока Хизер здесь, даже и пытаться не стоило. При одном взгляде на ее молодую, упругую кожу и широко раскрытые серые глаза Мэгги начинала ощущать себя самой настоящей старой каргой. Ну, может, и не очень старой, но все-таки…
– Эй! – окликнул ее кто-то, и Мэгги подняла голову.
Перед ней стояла Хизер – стояла и снисходительно улыбалась.
– Ну, как малышка, нормально?
– Да,– пробормотала Мэгги.
– Вот и славно,– заметила Хизер покровительственным тоном и исчезла за дверью дамской комнаты.
«Ненавижу! – подумала Мэгги мрачно.– Ненавижу тебя, Хизер Трелони!»
И как ни странно, от этой мысли ей сразу стало чуточку легче.
Как только Хизер скрылась из вида, Роксана повернулась к Кэндис.
– Зачем тебе понадобилось приводить ее сюда? – требовательно спросила она.
– Что ты хочешь сказать? – удивилась Кэндис.-• Я думала, нам будет приятно посидеть всем вместе…
– Приятно? Ты действительно думаешь, что слушать эту сучку может быть приятно?
– Что-о? Ты что, пьяна?
– Возможно,– кивнула Роксана, раздавив в пепельнице окурок.– Но от этого ничего не меняется – завтра утром я скажу тебе то же самое. «От никотина кожа желтеет, но это мое личное мнение!» – передразнила она.– Глупая корова!