Чтение онлайн

В России нет дорог, а есть направления, — утверждал другой классик.

Особый смак в быстрой езде, когда ты мчишься по бездорожью. От того и нет нам равных во всяких там авторалли Париж — Дакар. Командующий флотилией, он же начальник закрытого флотского гарнизона, с совершенно типичным русским именем Лев, носился по всем направлениям (дорогам гарнизона) на своей черной «Волге» со скоростью торпеды. Аки лев за добычей! И, несмотря на любовь к быстрой езде, он не ленился остановить как встречную машину, так и попутную, предварительно «спихнув» ее с колдобины дороги в придорожный сугроб. Для профилактической

проработки ездоков. Ну а какие он учинял скачки за обогнавшей его машиной — ни в сказке сказать, ни пером описать! И ведь на все у него хватало времени и желания! А может, поэтому носился торпедой? Автомобилисты всех мастей и сословий, зная эту особенность Льва, предпочитали ни-ког-да и ни при ка-ких условиях не сближаться с черной «Волгой» ближе дистанции торпедного выстрела. Если учесть, что в гарнизоне было три начальственные черные «Волги», то можно себе приставить виртуозность водителей гарнизона.

 Завидев любую черную «Волгу» (хотя две другие, замов Льва, не представляли опасности), на всякий случай скакали сайгаками по колдобинам «направления» во всех направлениях. Лишь бы не сближаться!

Начальник РТС (радиотехнической службы) подводного крейсера, офицер флота Переоридорога, решил совместить приятное с полезным. Пообедав дома и отдохнув перед дежурством, усадил женушку за руль своего «Жигуленка». Сам сел на правое сиденье. Поучить, родимую, вождению, а заодно с комфортом добраться из городка к месту развода ДВС (дежурно — вахтенной службы), а это около двух километров. Шлепать пешком, в зимнюю стужу — удовольствие не из приятных.

Едут они весьма аккуратненько, с бережением скакуна — Жигуленка, огибая все колдобины, тем самым шастая по «направлению» от обочины к обочине. Со встречными автомобилями разъезжаются учтиво, без помех друг другу. Попутных не обгоняют и за ними никто не тянется и не требует сигналами «уступить лыжню». Благодать! Вдруг сзади неожиданно насели на «хвост» нетерпеливо мигающие фары. Во мгле и снежной круговерти не очень-то и разберешь, кто там на тебя наседает. Здесь Переоридорога допустил промах. Первый.

— Спокойно! Хрен с ним, пусть мигает! Метров через сто будет получше дорога, там и прижмемся к обочине. Сейчас рули, как рулила!… —успокоил он супругу.

Послышался «лай» клаксона, пугающий супругу и раздражающий Переоридорогу.

— Прибавь газку! И пошел он на х…! — Второй промах.

Мигая фарами, лая клаксоном, сзади идущий автомобиль стал впритирочку обгонять «Жигуленка». Когда он состворился с «Жигуленком», Переоридорога разглядел черную «Волгу».

Он делает третий панический промах

— Пиз…ц! Тормози!! — проорал он и левой рукой крутанул баранку вправо. «Жигуленок» воткнулся мордой в здоровенный сугроб и заглох, а Переоридорога, нарушая все законы физики, влип не в лобовое стекло, а каким-то образом затесался под торпеду. Хоть и оху…шая от неожиданности жена, но принадлежащая к когорте — «в горящую избу войдет, коня на скаку остановит», мгновенно встрепенувшись, с криком:

— Я ему, бл…дь, сейчас покажу! — стала вылезать из машины.

И… увидела Льва, тоже выходящего из «Волги», в пяти метрах от них. Впереди. Она его, конечно, знала и, конечно, увидела, что он взбешен. Еще бы! Ну и что?!

Подзадержавшись дома с адмиральским часом, Лев торопился в штаб. Мчался на

свое рабочее место. Впереди замаячил «Жигуленок», походкой пьяного мужика шастающий от обочины к обочине.

— Это кто там ползает по дороге, как бледная спирохета на мокром х…?! А ну посигналь!!… — рявкнул Лев водителю.

От «Жигуленка» — ноль реакции. А ведь должен был тут же скакнуть вбок. Сгинуть в сугробе или стать замертво! Африканские львы, настигающие жертву молчат. Наш Лев рычал и изрыгал проклятия, как будто ему что-то прищемили дверью. Начатое дело по захвату «жертвы» доводил до логического конца.

Громобойный арсенал Льва, припасенный для «жертвы», вдруг враз сменился каким-то нечленораздельным клекотом. Из «Жигуля», навстречу ему следовала взбешенная… львица. Она и в самом деле, напоминала львицу, в своей желтовато-коричневой дубленке, с богатейшей «гривой» белокурых волос, ниспадавших на ворот.

— Вы что себе позволяете?! — пошла в атаку львица.

— О-о! Э-э! Та-а-сса-зать! Вы кто?… — молвил Лев, как будто львица царапнула ему морду лапой.

Насколько Лев по-громовержски вел себя с подчиненным флотским людом, настолько он был галантен с дамами. Все-таки было в нем что-то от… французов.

— Я — Лена… смилостивилась львица и кокетливо протянула ручку — лапку.

— Чья? Та-а-сса-зать, фамилия?… чмокнув лапку, вопросил Лев.

— Переоридороги!…

— Не понял?!… слегка опешил Лев.

Ему показалось, что львица сказала:

— При с дороги!…

— Жена капитана 3 ранга Переоридороги… уточнила Лена — львица.

— А-а! Вы не ушиблись? Не нужна ли моя помощь?… подхватив Лену под локоток, Лев подвел «львицу» к «Жигуленку».

На правом сидении «Жигуля», кошачьими глазами в ночи, сверкали две латунные пуговицы на каком-то куле. Это доблестный офицер флота, капитан 3 ранга Переоридорога, в позе страуса, засунувшего голову в песок, продолжал прятаться под торпедой.

— Понятно! Я рад, что с Вами ничего не случилось. Если не нужна моя помощь, разрешите откланяться…. — несколько сухо стал расшаркиваться Лев, заглянув в салон «Жигуля».

— Спасибо! Машина исправна. Я сама управлюсь… — учтиво отказалась от помощи «львица».

Черная «Волга» Льва умчалась в темень снежной круговерти.

Капитан 3 ранга Переоридорога в этот день не заступил в дежурство по ракетному подводному крейсеру стратегического назначения (рпк СН). За грубое нарушение ПДД (правил дорожного движения), повлекшее за собой возникновение аварийной ситуации на дороге и могущее привести к ДТП (дорожно транспортное происшествие) с тяжелыми последствиями, приказом начальника гарнизона капитан 3 ранга Переоридорога был подвергнут аресту на пять суток, с содержанием на гауптвахте.

Старенький фельдмаршал Михаил Илларионович Кутузов не гнушался посоветоваться со своим генералитетом и офицерами помладше перед принятием решения на сражение.

Посоветовался фельдмаршал с подчиненными в Филях, и так надрал задницу императору Наполеону, что тот скакал от Москвы до Варшавы безостановочно. Ускакал бы и до Парижа, но уж больно хороша и любвеобильна была Мария Валевская. Утешился Наполеоша на ее груди и дальше поскакал.