Когда падают листья...
Шрифт:
Очередь на въезд в город была не слишком большой, но постоять все равно пришлось: какой-то недоумок рассыпал арбузные корки прямо на дороге, и впереди поломалась чья-то телега, колеса которой не выдержали столкновения со столь мощной силой. А солнце тем временем уже клонилось к горизонту, делая облака похожими на кралльскую перину.
Ждан отчаянно зевал, а Веля то и дело протирала глаза: в дороге все успели устать, но девушка рассудила, что ее нытье сейчас никому не поможет, а потому молчала и ждала.
Стражники на воротах лениво переругивались,
— А почему они так невнимательно смотрят? — поинтересовалась Веля у Ждана.
Парень пожал плечами и нехотя ответил:
— Откуда мне знать? Нам же лучше, быстрее подойдет наша очередь.
Яромир, привставший в стременах и рассматривающий то, как молодой долговязый войник тычет в мешки с мукой обратной стороной копья, со смешком ответил:
— Радоваться будешь, когда провезенная под вторым дном банда обчистит тебя в безлюдном переулке до исподнего.
Ждан в ответ что-то мрачно проворчал, не решаясь вступать в спор с заносчивым и самовлюбленным княжеским сынком, будь он хоть трижды отщепенцем. Веля же решила уточнить:
— А между первым и вторым дном разве может поместиться человек? Там же должно быть очень узко, чтобы никто ничего не заметил.
Яромир снова улыбнулся:
— А ты планируешь провезти в город что-то запрещенное?
— Нет, конечно! Просто интересно.
— Ну-у, — шатренец пожал плечами, — можно, если сильно раскорячиться.
— Пробовал? — ядовито осведомился Ждан.
Яромир ничуть не смутился и коротко ответил:
— Приходилось.
Парень, приготовивший уже язвительную тираду насчет сомнительного рода занятий шатренца, но тот своим "приходилось" снова испортил всю игру. Ждан набычился и отвернулся.
— Вы там не зевайте, — подал голос доселе молчавший Дарен, — мы следующие.
Со стражниками проблем не возникло, если, конечно, не считать ненавязчивого предложения того самого долговязого войника, сделанного Велимире в такой форме, что та покраснела, как помидор, и бойко отскочила в сторону, под прикрытие широкой мужской спины. Дарен, к которому и метнулась девушка, ненавязчиво повернулся, открывая любопытному взору меч на бедре, и мрачно осведомился:
— Какие-то проблемы?
Стражник тут же отступил назад, заверив, что "нет никаких проблем", но напоследок все-таки раздел Велю взглядом, да так, что та вжала голову в плечи.
— Да не бойся ты! — Ждан шутливо дернул ее за косу, — пока мы рядом, всякие уроды к тебе не будут приставать.
Яромир, искоса взглянув на него, иронично протянул:
— Уж ты-то, конечно, главный защитник.
— А ты помолчал бы, когда тебя не спрашивают!
Шатренец пожал плечами, не желая затевать очередную перепалку: настроения не было.
Дарен вдруг остановился и поднял голову, потом свернул направо и махнул рукой друзьям, чтобы следовали за ним.
— Ты куда? — окликнул его Яромир, — там дальше есть хорошая гостильня.
— На хорошую у меня денег
— Это "Золотой Козлик", что ли?
— Она самая.
Шатренец поморщился:
— Там девки приставучие.
— Да ну, — войник лишь отмахнулся, — не кочевряжься. Если не захочешь — силком тебя в постель никто не потащит. В чем дело-то?
Но, увидев, какую гримасу состроил в ответ его друг и брат, Дарен хмыкнул:
— Разбаловался ты со своей Морой.
— Если бы ты сам к ней сходил…
— Яр, не начинай, а? — тут же скривился Дар, — посчитаю нужным — схожу. А в таких заведениях девки и должны быть приставучими.
Велимира лишь вздохнула: она так не считала, но что возьмешь с мужиков? Не самой же им троим постель греть….
От собственных мыслей девушка покраснела и даже плечами передернула.
Грузный вышибала, стоявший на входе и подкидывающий на ладони злот, лениво окинул вошедших путников взглядом и снова вернулся к своему занятию. Столиков свободных в самый что ни на есть "питейный" побег было всего два: рядом с лестницей и у входа. Подумав немного, Дарен, обходя стулья и сидящих на них людей, отправился к лестнице. Ждан дернул его за рукав:
— Почему туда?
— Оттуда вход удобней просматривать.
Парень спорить не стал: сейчас его больше привлекали молоденькие разносчицы, снующие вдоль зала в предельно открытых нарядах. Фартучки, правда, уже давно не были стираны, но издалека вроде как и незаметно.
Велимира тоже заприметила девушек, но лишь поморщилась: юбки были непотребно короткой длины — до колена, чем активно и пользовалась изрядно подвыпившая мужская половина города. Девушки дежурно хихикали и бойко спешили дальше с подносами, уставленными золотой пенящейся бирой.
— Что, девку себе присматриваешь? — ехидно осведомился Яромир у Ждана над ухом, заставив того вздрогнуть.
— Тьфу на тебя! — искренне обиделся парень, отвлекшийся от созерцания смуглых тонких ножек, обладательница которых как раз прошла мимо них. — Всю малину испортил!
Шатренец проследил за его взглядом и едва слышно хмыкнул:
— Тебе не по зубам. Спорим?
Ждан, в общем-то, и не собирался вовсе делить с кем-нибудь постель в эту ночь, но желание утереть нос этому бесцеремонному княжьему сынку было очень велико и слишком давно возникло. Он криво ухмыльнулся и стукнул по протянутой ладони:
— Спорим! На что?
Яр на всякий случай прикинул, что будет для него наименьшим ударом по самолюбию, если он все-таки проиграет, после чего предложил:
— На желание?
— Идет!
Веля посмотрела на них, нахмурившись, и укоризненно спросила:
— И не стыдно вам?
Яромир пожал плечами, а Ждан пробурчал что-то вроде: "если уж этому любителю юбок не стыдно, то мне и подавно не должно быть".
Дарен промолчал, но только лишь потому, что был занят собственными мыслями.