Кофе в постель
Шрифт:
И теперь, одна его рука, под ее пальцами, лежала на ее лице, а вторая, наоборот, покрывала руку Наташи, в то время как сама Ната оказалась между ними, прижатая спиной к торсу Святослава.
Она ощущала на коротких прядках волос на затылке дыхание Славы, грубоватое трение его пальто на голых плечах, и от этого обилия таких желанных ощущений — по коже бегали мурашки.
— Ната, — Слава немного надавил на ее ладонь. — Я должен уйти.
— Ты должен согреться, Слава, — с непререкаемой убежденностью возразила Наташа,
— Я в норме, Ната, — прервал ее Святослав. — До такси дойду.
— Нет, — для большего весу, она покачала головой. — Сначала ты выпьешь кофе, а потом — посмотрим.
— Ната…, - он тяжело вздохнул, наклонившись ниже к ее плечу, так, что губы Славы почти касались щеки Наташи, — солнышко, не стоит.
Но она слышала его участившееся дыхание.
— Пожалуйста, Слава, — Наташа закусила губу и моргнула, не замечая, что последние пару минут смотрит в одну и ту же точку на двери. — Я тебе с карамелью кофе сделаю, честно. И шоколадом угощу, у меня есть…
Она задохнулась, почувствовав, как его рука сильнее надавила на щеку, прижав голову Наташи к плечу Славы, а вторая ладонь, отпустив ее руку, с нажимом обхватила Нату за талию.
— Глупая, — тихо, хрипло, почти с болью, но настолько нежно прошептал Святослав ей на ухо, что Ната не смогла вдохнуть. — Опять меня сладким пытаешься приманить?
Она хотела сказать, что «даже и не думала», но в этот момент губы Славы коснулись ее скулы, и скользнули дальше в легком поцелуе. Рука Славы, мягко поглаживая лицо Наты, спустилась на шею, и он нежно обхватил ее, дразня большим пальцем чувствительное место, в котором бился пульс.
Святослав поцеловал ее щеку. Дошел до мочки уха и, обхватив ту губами, втянул себе в рот, перекатывая языком, словно бы пробовал на вкус Наташу.
Вместо слов у нее с губ сорвался придушенный низкий стон, а бедра, без всякого участия разума Наташи, дернулись, плотнее прижимаясь к паху Славы.
Он был возбужден. Она отчетливо ощутила, как его твердая плоть уперлась ей как раз между ягодицами.
От такого порыва Наташи, низко застонал и сам Святослав.
— Ты — слаще всего, — гортанно пробормотал он.
Отпустив ее горло, Слава уперся ладонью в дверь над головой Наты, продолжая целовать ее шею и затылок. И еще сильнее прижался к ней, обхватив горячей ладонью живот Наты, оголенный топиком пижамы, едва не распластав Наташу на полотне двери. Впрочем, она и не подумала бы сопротивляться. Ее собственные пальцы упирались в дверь, царапая лакированное дерево.
И вдруг, все прекратилось.
В один миг.
— А, чтоб меня! — Слава резко отстранился от ее шеи, и Наташа почувствовала, как он тряхнул головой, словно в попытке прояснить мысли. Ей бы это тоже не помешало. В разуме не было ни одной связной идеи, кроме тумана желания. — Что же я делаю, черт
Нет! Она не могла, не хотела допустить такое!
— Слава, — Наташа подняла руки, обняв его шею. Не пуская. Не позволяя отступить. — Не надо…
Он глубоко вздохнул. Обхватил ее кисти ладонями, и скользнул вдоль предплечий, гладя кожу кончиками пальцев.
— Отпусти, солнышко, пожалуйста, — сипло прошептал Слава. — Мне действительно лучше уйти. Пока я еще в состоянии…
Ей понравилась эта оговорка. Она обнадеживала.
Наташа покачала головой и еще сильнее вцепилась в его шею
— А если я загадаю желание на звезду? — тихо, стараясь поглубже набрать воздух в легкие, она откинула затылок на его плечо и потерлась щекой о Славино пальто. — Если я загадаю ночь с тобой? — боясь посмотреть ему в лицо, тихо, но уверенно проговорила Наташа.
Святослав застыл.
Наташа слышала, с каким усилием он втянул в себя воздух, и как захрустели суставы его пальцев, когда Слава, отпустив руки Наты, сжал их в кулаки.
Он не мог поверить в то, что слышал.
Возможно, Слава просто был пьянее, чем сам считал, и теперь ему чудилось в ее словах то, чего Ната не говорила, но он так отчаянно желал бы услышать?
Да какая женщина, после всего, что Слава наговорил вот в этом самом коридоре, смогла бы такое сказать?
Никакая.
Только она — его Ната. Он не знал никого честнее и смелее Наташи. Не знал никого, кто мог бы так открыто смотреть своим страхам в лицо.
И эти слова — они только подтвердили такое мнение.
Вот только… что он мог ей ответить?
Несмотря на дикое, голодное желание, которое Святослав испытывал в это мгновение, несмотря на все, что так хотелось произнести, Слава не мог согласиться. Он принял решение и должен был ему следовать, чтобы не причинить этой женщине еще большей боли.
Но… Святослав знал, сколько мужества требуется, что произнести то, что она сейчас сказала, и помнил, что чувствуешь, когда думаешь, будто самый дорогой человек отвергает тебя.
— Солнышко, не будет от этого ни черта хорошего…, - почти с ожесточением, сипло проговорил Слава ей в затылок.
Она сильнее сжала пальцы, так, что ногти впились в ладони, он видел.
— Что ж, видно на мою звезду, облачность влияет, — глухо констатировала Наташа, опустив руки. — Не везет мне, однако, — она попыталась криво улыбнуться, пусть и продолжала стоять спиной к Славе и, наклонив голову, отступила вбок, чтобы освободить ему проход. — Прости, что…
Святослав не дал ей договорить. Не позволил отстраниться. Не хотел. Не мог слышать опустошение в голосе любимой, будь он проклят!