Код соблазна
Шрифт:
Касси перевела дыхание, поправила очки и взялась за ручку двери. За спиной ее раздался мужской голос, и она вздрогнула от неожиданности.
— Слушай, почему бы мне не подняться к тебе сегодня вечером и не поболтать о том о сем?
Нет, это не могло относиться к ней, Касси. Она жила в одноэтажном домике. Да и, кроме того, кому понадобится к ней заходить?
И правда, навстречу молодому человеку, идущему по коридору, уже спешила улыбающаяся девушка, наверное студентка. Наконец решившись, Касси потянула дверь на себя, отворачиваясь
В конце концов чем она хуже, например, этой девчонки? Ей всего двадцать пять лет, и решимости у нее достанет. В любом случае без решимости тут не обойтись, иначе прощай, диссертация. Прощай, любимое дело, идея, которую она вынашивает уже второй год! За диссертацию стоило бороться, стоило доказать всем, что она не какой-нибудь синий чулок, умеющий только сидеть над книгами. А что послужит лучшим тому доказательством, нежели романтическое приключение с самым знаменитым ловеласом университета?
То, что романтическое приключение с Бер-том соответствует ее собственным давним мечтам, Касси предпочитала держать при себе. Разве она виновата, что наиболее подходящий человек для ее замысла и есть тот самый мужчина, о котором она втихомолку грезит вот уже несколько лет?
Касси расстегнула верхнюю пуговицу своей клетчатой рубашки, будто ей не хватало воздуха, и вошла.
Комната была пуста, только за крайним столом сидел мужчина, и перед ним дымилась чашка кофе. Он не двигался, вытянув под столом длинные ноги и прикрыв глаза, только пальцы барабанили по подлокотнику кресла. Это был Бертрам.
На секунду Касси замерла, любуясь им. Мужчиной, в чьих руках сейчас находилось ее будущее, хоть он об этом еще не знал. Берт был одет очень просто, не по-профессорски — в джинсы и в футболку с логотипом университета Эрлбери: раскрытая книга на фоне восходящего солнца и переплетенные буквы У и Э. Короткие рукава футболки не скрывали роскошных мускулов. Иного нельзя было ожидать от человека, который помимо преподавательской деятельности профессионально занимался конным спортом и содержал конюшню неподалеку от городка. В университете он появлялся не каждый день, зато выездке и конкуру посвящал все оставшееся время своей жизни.
Как и всякий раз при виде Берта Касси восхитилась твердой линией его подбородка, резко очерченными скулами. Возможно, на чей-то вкус его лицо казалось слишком жестким, но Касси привлекал именно такой тип мужской красоты. А если прибавить к этому пшеничного цвета волосы и пронзительные светло-голубые глаза под темными бровями…
Должно быть, Касси слишком громко вздохнула. Берт выпрямился в кресле, моментально выходя из медитативного состояния, и широко улыбнулся ей, своему давнему другу. Именно эта улыбка и губит сердца глупых студенток, подумала Касси.
— Привет, солнышко.
Солнышком Берт прозвал девушку за ярко-рыжие волосы и золотые веснушки на щеках.
Касси до этого дня не знала, что колени действительно могут подгибаться. Ее охватила
Берт молча улыбался, ожидая ответного приветствия.
Главное — сразу взять быка за рога, напомнила себе девушка и отважно начала:
— Я знаю, Берт, у тебя куча дел. Но что, если я приглашу тебя в гости? Поможешь мне сжечь кое-какие бумажки?
Молчание, повисшее в комнате, казалось бесконечным. Касси едва не застонала, осознав, какую глупость только что сморозила. Теперь единственный выход — развернуться и бежать отсюда без оглядки!
Берт моргнул, улыбка его стала растерянной. Потом медленно встал из-за стола, будто собрался сказать речь.
Касси почувствовала себя так же скверно, как некогда на вступительных экзаменах.
— Наверное, у меня что-то со слухом, — произнес наконец Берт, хмуря брови тем особым образом, который сводил с ума всех особ женского пола от шестнадцати до шестидесяти лет. — Слушай, ты не могла бы повторить твои слова?
Касси увидела спасительную лазейку и попыталась ею воспользоваться.
— Да я… я так, ничего и не сказала. То есть я зашла попрощаться, мне надо домой. — Она готова была отказаться от своего замысла.
— Подожди-ка. — Берт вышел из-за стола.
Будь он немощным стариком, Касси непременно сбежала бы. Но Берт… Девушка понимала, что тренированный спортсмен догонит ее в считанные секунды, поэтому только стояла, держась за спинку стула и по-идиотски улыбаясь.
— Мне показалось, я слышал интересное предложение, — продолжал Берт, подходя ближе.
Касси отчаянно замотала головой.
— Солнышко, сколько лет мы с тобой дружим? — спросил он, берясь со своей стороны за спинку злосчастного стула, ставшего теперь единственной преградой между ними.
Она поперхнулась.
— Н-ну… четыре года и три месяца.
Касси помнила каждую их встречу за эти годы.
И ни разу она не оказывалась от него на таком близком расстоянии!
— Около того. За это время мы с тобой беседовали о студентах, об учебном плане, о стилях обучения. И даже пару раз — о лошадях. Но ни разу за четыре года ты не звала меня в гости, чтобы сжечь кое-какие бумажки.
Краска залила ее щеки, да что там щеки — все лицо. Даже уши Касси, казалось, полыхали от смущения.
— Самое смешное, что я старался заигрывать с тобой напропалую и в лучшем случае добивался сдержанной улыбки. — Берт приподнял ее лицо за подбородок, чтобы заглянуть в глаза.
Касси встретилась с ним взглядом, и голова ее закружилась. Способная блистательно прочесть лекцию перед огромной аудиторией ленивых студентов, сейчас девушка не могла связать двух слов.
— Почему бы тебе не объяснить, что происходит? — сказал Берт, отстраняясь. Он легко подхватил стул, лишая Касси последней опоры, и придвинул его к своему столу. — Садись, выпей со мной кофе.