Кобра
Шрифт:
– Цель уничтожена, – доложил Мендоса.
Еще одна тонна кокаина не попадет в Европу.
– Можете лететь домой, – произнес голос. – Ваш курс…
У Альфредо Суареса не было выбора. Он вынужден был доложить дону Диего о длинной череде неудач, потому что его вызвали. Хозяин Картеля не смог бы оставаться в живых в самой опасной, пожалуй, среде на земле, если бы не обладал шестым чувством, способным улавливать угрозы.
Дон Диего заставил главу службы транспортировки выложить ему все. Два корабля и теперь вот два самолета пропали, так и не достигнув Гвинеи-Бисау; две «быстроходные штучки» в Карибском море так и не прибыли на место встречи, и больше их никто не видел, вместе с
Суарес ожидал, что дон Диего взорвется в гневе. Но произошло обратное. Еще в детстве дона научили, что даже если раздражаться из-за мелочей, крупные неприятности требуют благородного спокойствия. Дон Диего попросил Суареса остаться за столом. Сам он раскурил тонкую черную трубку и отправился прогуляться в сад.
Внутри у него бурлила убийственная ярость. Дон Диего дал себе слово, что будет кровь, много крови. Будут крики. Будет смерть. Но сперва необходимо тщательно проанализировать случившееся.
Против Роберто Карденаса пока что ничего не было. Разоблачение одного из купленных им чиновников в Гамбурге, скорее всего, явилось досадной неудачей. Случайностью. Но только не все остальное. Только не пять кораблей в море и два самолета в воздухе. И правоохранительные органы тут ни при чем: они созвали бы пресс-конференции, похвалялись бы конфискованными тюками. Дон Диего к этому привык. Пусть злорадствуют по поводу крошек. В целом кокаиновая индустрия приносила свыше трехсот миллиардов долларов в год. Прибыли были такими огромными, что никакие аресты не могли остановить армию добровольцев, с криками стремящихся занять место убитых и попавших за решетку; Билл Гейтс и Уоррен Баффет [36] по сравнению с Картелем казались уличными торговцами. За один год кокаин приносил больше, чем совокупное состояние каждого из них.
36
Баффет, Уоррен – американский финансист, филантроп, один из богатейших людей в мире.
Но исчезновение груза – это было опасно. Чудовище, закупающее кокаин, необходимо кормить. Картель мстителен и жесток, но то же самое можно сказать про итальянские, мексиканские, кубинские, турецкие, албанские, испанские и прочие преступные группировки, готовые безжалостно убивать за одно неверно сказанное слово.
Итак, если это не случайное совпадение, а рассудок уже отказывался принимать подобное объяснение, кто же похищает товар и убивает людей, так что целые партии исчезают бесследно?
Дон Диего видел в происходящем измену или воровство, что было лишь другой формой измены. А на измену мог быть только один ответ. Найти виновных и наказать их с неукротимой жестокостью. Кто бы они ни были, им будет преподан урок. Ничего личного, но обращаться так с доном Диего нельзя.
Дон вернулся к своему дрожащему от страха гостю.
– Пришли ко мне Мускула, – сказал он.
Глава 12
Пако Вальдес, Мускул вылетел в Гвинею-Бисау вместе с двумя своими подручными. Дон Диего не собирался рисковать новыми потерями в море. Как не было у него и намерения ублажать американское УБН, заставляя своих помощников летать регулярными авиарейсами.
К концу первой декады третьего тысячелетия наблюдение и контроль за всеми пассажирами межконтинентальных авиалиний стали настолько тотальными, что Вальдеса с его необычной внешностью обязательно заметили бы и установили за ним наблюдение. Поэтому троим колумбийцам пришлось лететь через океан
Дон Диего был абсолютно прав… но только отчасти. Однако двухмоторному частному самолету все равно пришлось лететь практически по прямой из Боготы в Гвинею-Бисау, а это привело его в зону наблюдения «Глобального ястреба» «Сэм». Поэтому «Грумман» был замечен, идентифицирован и занесен в базу данных. Узнав об этом, Кобра удовлетворенно усмехнулся.
Мускула встретил в аэропорту лично представитель Картеля в Гвинее-Бисау Игнасио Ромеро. Несмотря на старшинство в возрасте, Ромеро был очень почтителен по отношению к гостю. Во-первых, Вальдес был личным посланником дона Диего; во-вторых, одно его имя наводило ужас в мире торговли кокаином; и, в-третьих, Ромеро был вынужден доложить о неприбытии четырех крупных партий товара, двух морем и двух воздухом.
Потеря груза была неизбежной в торговле кокаином. Эти потери, особенно на пути товара в Северную Америку и Европу, порой достигали пятнадцати процентов. Дон Диего принимал это до тех пор, пока объяснения были логичными и убедительными. Но за все пребывание Ромеро на посту представителя Картеля в Западной Африке общие потери в Гвинее-Бисау были близки к нулю, вот почему за последние пять лет доля кокаина, попадающего в Европу африканским путем, увеличилась с двадцати до семидесяти процентов.
Ромеро очень гордился своими цифрами благополучной доставки. У него в распоряжении на островах Бижагуш имелась целая флотилия лодок и несколько быстроходных «рыбацких» шхун, оснащенных навигаторами GPS, позволяющими с ювелирной точностью выходить на место встречи в открытом море для передачи груза кокаина.
В дополнение к этому Ромеро мог в любой момент воспользоваться услугами военных. Всю тяжелую работу по разгрузке выполняли солдаты генерала Дьялу Гомеша; сам генерал получал свою щедрую долю в виде кокаина и осуществлял собственные поставки наркотика на север в Европу, действуя в тесном контакте с нигерийцами. Отмывая деньги через западноафриканских представителей ливанских банков, генерал Гомеш уже был состоятельным человеком по мировым стандартам, а по местным меркам он вообще считался Крезом.
И вдруг вот это. Четыре партии товара не просто пропали, но исчезли бесследно, и не было даже никаких намеков на то, какая судьба их постигла. Ромеро горел желанием всячески помочь посланнику дона Диего; его несколько успокоило то, что человек по прозвищу Животное отнесся к нему добродушно и дружески. Однако уж ему-то следовало знать, что к чему.
Как всегда, когда в аэропорту предъявлялся колумбийский паспорт, все формальности исчезали. Экипажу из трех человек было предписано жить на борту «Г-4», пользоваться удобствами зала ожидания для пассажиров первого класса, какие в нем имелись, и не покидать самолет, не оставив в нем по крайней мере одного человека. После чего Ромеро провез гостей в роскошном джипе через разоренный войной город в свой особняк, расположенный на берегу моря в десяти милях от Бисау.
Вальдес захватил с собой двух подручных. Один из них был невысокого роста, но широкоплечий и мускулистый, другой высокий, тощий, с изрытым оспой лицом. Все трое пронесли с собой сумки, избежавшие досмотра. Каждому специалисту в работе нужны инструменты.
Мускул произвел на Ромеро впечатление человека неприхотливого. Он потребовал предоставить ему собственную машину и спросил, где можно хорошо пообедать за городом. Ромеро предложил ресторан «Мар Азуль» на берегу реки Мансунья у Киньямеля, славящийся блюдами из свежих омаров. Он хотел было отвезти туда гостей сам, но Вальдес небрежно отмахнулся, взял карту и уехал, усадив за руль мускулистого коротышку. Они отсутствовали почти весь день.