Кобра
Шрифт:
Одним словом, я прекрасно отдавал себе отчет, какая именно беспринципная скотина сидела, выпятив живот, за столиком напротив и делала мне заманчивое предложение. Я знал, что, дав согласие работать на бандитского финансиста, отныне буду повязан с Браташем такими прочными путами, освободиться от которых можно только вместе с головой. Все это я прекрасно знал…
Но я слишком привык жить, ни в чем себе не отказывая. Что такое жалкие две тысячи, выигранные мною сегодня ночью на собачьих боях?! Не пройдет и пары недель, как в моих карманах начнет гулять ветер и я пойду по миру с протянутой рукой. Мне совсем не улыбалась перспектива лишиться роскошной тачки, домработницы, дорогой одежды, качественной еды, красивых девочек и всех прочих удовольствий, которые доступны за деньги. Я не хотел
Поэтому, выслушав предложение Браташа, я не ответил категорическим отказом. Я решил взять паузу и еще раз все обдумать. Позже, на трезвую голову. К тому же мне, как и любому человеку на моем месте, было интересно для начала услышать все условия и «нюансы» возможной будущей работы. А сказать «нет», еще не произнеся «да», никогда не поздно.
– Мне бы хотелось более конкретнее, Станислав Тадеушевич, – вот что я сказал толстяку.
– Что ж, можно и конкретней, – ухмыльнулся он, распечатывая принесенную расторопной официанткой пачку сигарет и сминая в кулаке прозрачную пленку. – Мне нужен курьер, Денис. Для регулярных – два-три раза в месяц – командировок в Соединенные Штаты. Летать придется налегке, с одним чемоданчиком. В чемоданчике этом будут… – Браташ замолчал, прищурился, буравя меня тяжелым, подавляющим волю змеиным взглядом, – …будут только документы. Секретные. Очень ценные. Такие, пересылку которых рискованно доверять даже имеющей безупречную репутацию курьерской почтовой службе, вроде «DHL». Для таможни – это всего лишь деловые бумаги, так что с пересечением границ проблем не будет. Для непосвященного человека – вообще макулатура, набор непонятных таблиц, цифр и символов. Но для заинтересованных лиц эти документы могут представлять огромную ценность. Именно поэтому для их доставки мне нужен крепкий парень, который готов в любой момент, по моему звонку, сорваться и первым же самолетом отправиться за океан, который отлично владеет английским, имеет располагающую к себе интеллигентную внешность, хорошо знает Нью-Йорк и… – вновь сделал паузу финансист, – …умеет держать язык за зубами. Эта работа – максимум на год. Но я привык ценить преданных мне людей, которые знают, чего хотят от жизни и чем готовы ради этого поступиться. Так что если сработаемся, о своем будущем можешь не беспокоиться. Как видишь, я хочу не слишком много, а предлагаю взамен пять тысяч долларов в месяц.
Я держал себя в руках. Остановил проходившую мимо официантку и попросил принести двойную порцию водки с соком и оливки. Потом закурил.
– Неужели мало?! – фыркнул уставший ждать ответа Браташ. Я торопливо помотал головой. Какое мало! Я чуть не ошизел, услышав названную им сумму! Пять тонн! И это – за то, чтобы возить туда-сюда «дипломат» с бумагой, содержание которой меня интересует не больше, чем судьба урожая бананов на плантациях Берега Слоновой Кости?!
– Да нет, что вы. Это очень солидная зарплата, – поспешил заверить я. – Мне нравится ваше предложение, Станислав Тадеушевич. Я только хочу быть в курсе, для кого именно эти документы могут представлять интерес? Всегда полезно знать, за каким углом тебя стерегут с дубиной, чтобы проломить череп.
– Логично мыслишь, – кивнул Браташ. – Действительно, немало в мире найдется деловых членов, готовых на любое преступление ради одной-единственной бумажки форматом А4. Все торгаши с Уолл-Стрит хотят знать, что будет на фондовом рынке завтра, через неделю, и тем более через месяц! Но мало кто из смертных имеет возможность получать такие прогнозы из первых источников!.. – Финансист, видимо, сообразив, что под воздействием алкоголя сболтнул лишнее, замолчал, насупился, ковырнул вилкой кусок лососины, бросил его обратно в тарелку, отхлебнул из бокала минералки, отодвинул его в сторону и только затем продолжил, уже спокойно и деловито:
– Насчет своего драгоценного черепа можешь не волноваться – схема передвижений по Штатам отработана
Я угодил в капкан, из которого не было безболезненного выхода. Пожать – значит, прямо сейчас, не сходя с места, сказать «да». Со всеми вытекающими для меня последствиями. Не пожать – публично, в присутствии свидетелей! – клешню известного бандитского финансиста и аналитика – значит нажить себе сильного и влиятельного врага, за спиной которого – целая криминальная группировка. И еще неизвестно – что хуже.
В моем распоряжении была всего секунда на ответ, и самым разумным мне показалось выбрать из двух зол меньшее. Я протянул руку и сжал горячую, сухую и мягкую, словно допотопная резиновая грелка, длань Браташа:
– Я согласен, Станислав Тадеушевич. На днях у меня последняя ходка от «Фортуны», и по возвращении в Питер я в вашем распоряжении. Только визу нужно будет продлить.
– Вот и хорошо, Денис. На визитке есть номер трубы. Как только вернешься – сразу звони. Встретимся и обсудим детали. А сейчас извини, земеля, ты у меня здесь не один, – не сказав больше ни слова, Браташ повернулся ко мне спиной и начал разговор с терпеливо дожидающимся его освобождения пожилым эстонцем. Очаровашка в красном платье по-прежнему молчала, потягивая белое вино, лишь время от времени одаряя своего «папика» нежной, как апрельское солнышко, улыбкой.
Вот тебя и купили, Кент. Со всеми, так сказать, потрохами. Ты этого хотел?
А почему бы и нет? Пять штук зелени за такую халявную работу на дороге не валяются.
Идиот. Неужели до сих пор не понял, с кем связался?! Это же – мафия. Самая натуральная.
Да пошел ты, знаешь, куда! Тоже мне, моралист нашелся. По тебе, так лучше голодранцем на метро ездить, жрать дешевую колбасу с бодяжной водкой и за пять копеек каждый день задницей вперед в кабинет какого-нибудь Зямы Перельмана заходить? Нет уж, спасибо! Я лучше с чемоданчиком. Бизнес-классом. На «Дельта-айрлайнс».
Тогда пеняй на себя. Я предупреждал.
Ладно, не ной, бог не выдаст – свинья не съест. Голова на месте, руки-ноги тоже. Значит, не пропадем. А, Стрельников?
….!
Ну и засохни, придурок, раз и навсегда!!! Нет тебя, понял?! Я, один, решаю, как мне быть!!! А насчет потенциального жмурика – это мы еще посмотрим.
Одержав полную победу над своим вторым «Я», вечно сомневающимся по любому поводу и мешающим получать удовольствие от жизни, мое первое еще раз достало визитную карточку Браташа, полюбовалось на герб родного города, попутно закинув в память номер сотового телефона финансиста, и настойчиво возжелало «добавить». А еще – покинуть этот долбаный клуб, сесть за руль «БМВ», рвануть на чужую квартиру, где сначала до судорог в мышцах и полного истощения снять напряжение минувших суток в одной кровати с путаной-именинницей, а потом провалиться в спасительное забытье до завтрашнего… точнее, уже до сегодняшнего вечера.
Только вот официантка, Ленка рыжая, куда-то запропастилась. Да и Лизы, двадцать минут назад отошедшей в туалет «на минутку», тоже не видать нигде. Кинула она меня, что ли, красотка новгородская? Прикололась, озаботила и свалила по-тихому. Нет, это – вряд ли. Глаза женщины, в которых горит огонь желания, не могут лгать. Даже у опытной дорогой шлюхи из ВИП-клуба «Старый диктатор».
А вот и долгожданная воодочка с оливками! Эх, хорошо!
– Рыжая! Оставь телефончик!
– Я замужем. Мой муж – офицер ФСБ.
– Сочувствую. Тогда принеси счет. И… слушай, Лен, не в службу, а в дружбу. Загляни в женский туалет, посмотри… Может, она там уснула.
– Кто?
– Ну, Лиза Полякова. Чего дыбишься?
– Кинула она тебя, скорее всего. И отчалила. Какой с тебя, бухого, толк? Пшик.
– Может, хочешь проверить?! Я готов.
– Ладно, молчи уж. Половой кудесник… С тебя шоколадка. С орехами.
– Деньгами можно?
– Нельзя! Короче, сиди здесь, жди. Я быстро.