Чтение онлайн

Ну а я, когда накатывало раздражение на них — вспоминал, что Лугининский особняк достоял до моего времени (не без реконструкции, конечно, и ремонтов). Разве что оранжерею похерили, пруд и сад с парком как корова языком слизнула. В двадцать первом веке вместо шикарного парка — уродливый овраг с переброшенным через него мостиком, каазенные клумбы, окантованные бетонным поребриком, да обсиженная голубями статуя Ленина с протянутой рукой…

Так что множить сущностей и делать лишнюю работу не стали — приняли за основу уже построенный дом Лариона Ивановича и по его образу и подобию решили строить первое

на Урале училище. Естественно, не точь в точь (против чего и сами мастера яро противились), но главное — объем работ был понятен, как и планировка будущего училища. Ну а использование цемента существенно ускоряла строительство. Так что весной начинается стройка века, а к осени мастера обещают, при должном количестве помощников — отстроить училище, пусть и не полностью под ключ, но учиться можно будет. А общежитие для учеников рядом решили рубить из дерева, и так в копейку вставала вся затея…

Выполнил свое обещание и Хлебников — отписал, что согласно уговору весной отправляет шесть человек вместе с Ларионом Ивановичем, сведущих в производстве бумаги. Ещё одна головная боль, которую придется частично перекладывать на Дитриха. То, что я узнал о производстве бумаги в данном времени — весьма архаично и малопродуктивно. А есть задумки всё модернизировать, причем не дерево переводить, а использовать для изготовления бумажной массы коноплю. Её немало вырастили в прошлом году, и культивацией собирался заняться всерьез, пока госнарконтроля нет и в помине. Мы только маслом себя на сто процентов обеспечили и излишки на продажу есть, а вот кустарное производство ткани силами крестьян не смогло справиться с выращенным объемом сырья, печки топили излишками. Ничего, Ларивон Иванович с мануфактуры своей тоже нескольких специалистов привезет, мы себя и тканью из конопли обеспечим, и процесс отбеливания её отработаем.

А уж как хотелось обзавестись типографией, чесались руки составить нормальный букварь для начальных классов и не только. Для той же наглядной агитации и продвижения новых смыслов, от гигиены до рекламы — лубки начать печатать. Планов громадье, и не все они пока на данный момент осуществимы, тот же Ларион Иванович всячески отговаривает от типографии. Видать, купеческое чутьё подсказывает, что при всей декларации ныне царствующей императрицей идей просвещения — не за горами введение цензуры, а там и издателя Новикова в ссылку отправят. Вот и хочется успеть до закручивания гаек…

Соседей своих, в Кундравах — отныне держали под приглядом, промышленный и бытовой шпионаж организовав по полной. Думаю, что взаимный, на самом деле. Никаких сомнений не осталось — довелось столкнуться с таким же попаданцем, причем претендующим на мою частную собственность. Ситуация осложнялась отсутствием этого самого Азамата, а уж о том, что он задумал достигнуть своей поездкой в столицу — оставалось только догадываться.

Впрочем, подвижки в деле налаживания дипломатических отношений были. И пока оставалось сокрушаться, что зря распыляем силы, зачастую дублируя то, где могли бы объединиться. Так в Кундравах тоже катали валенки и садили картошку, о организованной школе с приглашенными учителями я уже упоминал. Так же присутствовали закрытые производства (всё как у меня), вход в которые посторонним был заказан и тщательно охранялся.

Лед отчуждения в отношениях с Кунлравами слегка растаял ближе к весне, подозреваю, что благодаря почтовым сообщениям со столицей. В самом конце февраля даже пригласили

официально с визитом, вместе с супругой — жена Азамата прислала извещение с курьером. Собирались как на бал в столицу и выехали целой делегацией: Антон Сергеевич присоединился, Захар, прикинувшийся по своему обычаю простым возчиком, мы с Александрой и Ларион, не упускающий возможности увильнуть от навязанной ему роли учителя в школе.

Дипломатическая миссия и светский визит в одном флаконе вышли, как я заметил про себя утром, оглядывая наш выезд, состоящий из внушительного обоза под охраной казаков. Уже после обеда въехали в Кундравы, встретила нас не менее официальная делегация: девица едва на несколько лет старше моей Саши в сопровождении, как я догадался, ближайших сподвижников Азамата. Настороженно осмотрели друг друга, после чего девицу представили как Надиру, в ответ представились мы и последовало приглашение с дороги привести себя в порядок, перед предстоящим обедом.

Казаков определили отдельно, нам, как благородным — аж два гостевых дома выделили. Мне с Сашей отдельный и лекарю с Ларионом. Дома типичные деревенские, но именно что для моего времени, сейчас русская печь в изразцах, деревянные полы и оштукатуренные стены — признак роскоши, не каждому доступной. Даже избалованная Александра отметила:

— Хорошо живут… Чисто и опрятно. Смотри, и отхожее место, как у тебя, в тепле!

Долго томить не стали и вот уже идем в хозяйские апартаменты — двухэтажный рубленный дом, стилизованный под русский терем. Внутри убранство по европейски — накрытый стол, лавки, никакого дастархана и ковров с подушками, как я ожидал увидеть.

— Азамат написал, что с Ларионом Ивановичем встречался в Санкт-Перебурге. — Вместо тоста заявил сидящий по правую руку от Надиры молодой парень. Тагир, если я правильно запомнил при знакомстве. — И согласен на том, что худой мир между соседями лучше доброй ссоры. Только земли наших предков не будут предметом торга!

Ну вот и поговорили…

— Весной Азамат сам приедет, — немного разрядила обстановку Надира. — с ним и решите, как он написал. А пока он дал разрешение вам всё показать, что у нас есть и ждет с вашей стороны взаимности. Приятного аппетита!

Утолив голод, атмосфера стала более непринужденной, разговорились. Антон Сергеевич пересел к двум коллегам, оказавшимися лекарями-травниками, Ларион насел на Тагира, который увлек его рассказами о том, как они киргизов воевали осенью, а меня с Сашей взяла в оборот Надира. Мило улыбнувшись, с детской непосредственностью заявила:

— Азамат написал, что в знак добрых намерений вы можете до его приезда помочь нам с выделкой вашего мыла. — Наморщила лоб, вспоминая, и выдала дальше. — Чтоб не было двойных стандартов, вот!

Больших трудов стоило оставаться спокойным, в то время как внутри всё кипело от возмущения. Как золото отжимать, так земли их предков и предмету торга не подлежат, а как ноу-хау для этого времени выдать на блюдечке — так пожалуйста! Как по мне — это и есть самые настоящие двойные стандарты!

Пока я переваривал это заявление — началась культурно-развлекательная часть сегодняшней встречи. Зашли два акына с домрами и несколько подружек Надиры и под аккомпанемент струнных девушки запели: