Чтение онлайн

— Радость моя, но как мы сегодня сможем? У тебя нет платья, у меня нет колец, причёска та же. Даже цветов нет, и вообще…

Но, мои жалкие потуги призвать логику разбиваются о требовательное:

— Здесь и сегодня. Кольца у нас есть, мы же официальные жених и невеста.

Она сверкнула перед моим носом бриллиантами своего кольца на пальце.

— Или ты забыл?

— Нет, счастье моё удивительное. Просто я думал, что…

Непреклонно:

— СЕГОДНЯ. Я ТАК ХОЧУ.

Нормально так. Нет, я не против такого решительного выхода Динки из эмоционального кризиса и опустошения,

но так, как бы, дела не делаются среди нормальных людей. Впрочем, вспоминая кадры бесшабашной свадьбы моей тушки с принцессой Иоландой Савойской в Марфино, у меня складывается ощущение, что это «наследственное». Мало мы создали Государыне проблем, так ещё и эта будет. Хотя, хуже уже точно не будет. Мы, всё-таки, официально совершеннолетние и официально жених с невестой.

Ну, отправит нас Императрица в ссылку, куда-нибудь на остров Ольхон, так мы и так уже здесь.

Требовательное:

— Ну?!

Женщины. Как я вас люблю и ненавижу. Но, люблю намного больше, конечно.

— Минутку. Дай хоть зубы почистить.

Решительное:

— Я жду!

Вот же жена мне попалась. Впрочем, говорят, что Иоланда была тоже ещё той оторвой. Женщины. Как им это удаётся. Хотя, Мария Вторая ничуть не лучше. Может Империю и удержит своим стервозным характером.

Чищу зубы и смотрю в зеркало на свою озадаченную физиономию. Ну, что сказать? А что тут скажешь? Тут сказать нечего. Женщине проще дать то, что она хочет, чем объяснить, что этого делать не надо. Да, и как тут объяснишь? Она в своём праве. Мы ведь действительно официально жених и невеста, узаконено самой Государыней, она сама у меня спрашивала о моих планах на Диану, и я ей честно отвечал. Так что сюрпризом будут лишь внезапные сроки нашего венчания у чёрта на куличках. С другой стороны, кто нам может запретить или помешать? Честь исключительно наша. В конце концов, в прошлой своей жизни, я же умудрился удрать от соглядатаев Николая и жениться на графине Брасовой вопреки Высочайшему запрету и гневу, тем более что графиней она тогда ни разу не была. Но, Натали — это была скорее фронда против Царственного брата и МамА, а тут ситуация совсем иная…

Причесываю растрёпанные волосы. Что ж, положение безвыходное. Я о том, что я как-то иначе представлял себе это вот всё. Цветы, может даже камерный оркестр и всё такое, полное ослепительной и оглушительной романтики, а не так вот. Но имеем то, что имеем. Лучше уж так Диану вывести из депрессии, тем более что она сама этого хочет.

СЕГОДНЯ.

Выхожу в комнату и вижу, что свитер и василевсы сменились на Диане, на самое торжественное платье, какое у неё только было в походном гардеробе.

Женщины. Как им это удаётся?

Её обручальное кольцо уже не на пальце, а на кофейном блюдечке. Снимаю своё и кладу рядом с её кольцом.

Благо я точно так же спал одетым и не выгляжу сейчас полным кретином в какой-нибудь пижаме.

Беру её кольцо и, опустившись на одно колено, протягиваю ей.

— Диана, согласны ли вы стать моей женой?

Понятно, что мы просто в номере гостиницы, мы не в церкви, нас пока не венчают, даже цветов нет, но это был символический акт и я должен был его исполнить.

Диана Александровна Светлейшая

Княжна Ухтомская графиня Коссиковская и прочая, прочая, прочая, уверенным движением также опускается на одно колено и подставляет палец под кольцо.

— Да, мой будущий муж. Я ваша навек.

* * *

ЛУНА. ПОВЕРХНОСТЬ. 6 мая 2015 года.

Танки на Луне — это вещь в себе. Они проектируются для лунных условий, лунных задач и на Земле даже не смогли бы сдвинуться с места, настолько они были огромны и тяжелы. Официально они даже танками не назывались, а считались «тяжелой многофункциональной броневой машиной», но всё равно их в просторечии именовали танками.

Вот и ТМБМ-12 был просто танком, хотя был намного больше и тяжелее своих земных собратьев. Чудовищная машина фактически была невероятной по своим габаритам и возможностям подвижной огневой точкой и штурмовой единицей одновременно. Экипаж из двенадцати человек мог одновременно вести бой и поверхностными целями, и с легкими орбитальными, благо боевой модуль с счетверённым рельсотроном позволял эффективно действовать не только против малоразмерных спутников и штурмовых орбитальных истребителей, но даже наносить ущерб серьезным кораблям на орбите Луны. Гравитация тут слабая, а атмосферы не имеется.

Капитан Рокоссовский только вчера вернулся из отпуска на Землю и тут же попал под «внезапную проверку готовности». Что-то участились они в последнее время.

Барон слушал вполуха как матерится старший мехвод. Да, поверхность Луны — это вам не матушка Земля. Кратеры, резкие склоны и подъемы, а тяжёлая машина, хоть и лёгкая здесь, но габаритная и инерционная, затормозит не сразу, да и понесёт будь здоров. Просто из-за массы. Недаром мехводов для лунных танков учили на отдельном курсе Императорского Константинопольского танкового училища. Понятия «вес» и «масса» на Луне не были тождественны, а сами танки были намного больше. И тяжелее. Точнее, инерционнее.

Конечно, как и все на Селене, экипажи бывали тут вахтовым методом, проводя большую часть своей службы в аудиториях и на тренажёрах Земли, но и свои три месяца в году они орудовали в условиях непосредственно Луны. Ну, а как иначе? Зря им такое огромное жалованье платят что ли?

Танков ТМБМ-12 на Селене было мало. Отдельный батальон тяжёлых танков. В нём четыре роты по четыре таких танка в каждой. Итого шестнадцать машин, не считая машин связи и обеспечения. Ну, и командных, ведь роты, как правило, действовали самостоятельно и удалённо друг от друга.

Да и зачем больше-то?

ТМБМ-12 достаточно могуч, чтобы вскрыть, как консервную банку, любой опорный пункт, дать бой орбитальному противнику, противостоять манёвренным дронам и быстро (сравнительно) перемещаться по поверхности. Впрочем, для защиты от мелких целей каждому танку полагались по паре ПУПов — подвижных установок прикрытия, которые могли вести шквальный огонь по малоразмерным и манёвренным целям в небе, и зачищать местность на поверхности.

Манёвры шли штатно, до учебной цели было далеко, и барон позволил себе отвлечься на свои воспоминания.