Князь Тьмы
Шрифт:
— Вам в город?
— Да. А где здесь такси?
— Скорее всего, все такси уже разобрали. Если хотите, могу подвезти вас на своей машине.
— Спасибо. Буду вам очень признателен, — довольно официально поблагодарил Питер — предложение попутчика показалось ему подозрительным. Но он тут же вспомнил, что этот солдафон не может ничего знать ни о нем, ни о его планах, и добавил уже мягче: — У меня забронирован номер в местной гостинице, но если вам не по пути...
— Нет-нет. Я все равно еду через город. Я живу на другой стороне. Идемте.
Все было так, как ожидал Питер.
Для начала генерал рассказал попутчику с десяток армейских анекдотов, а когда они достигли пригорода, Вольц уже знал большую часть биографии Питера. Биография была очень положительная, и Питер ею заслуженно гордился: он потратил два дня на ее сочинение и неделю на сбор документов, подтверждающих ее подлинность.
— А там наш клуб. — Вольц ткнул пальцем вправо.
Питер увидел аллею из псевдоантичных колонн, шлагбаум и транспарант: «Только для членов клуба».
— Вы, конечно, не умеете ездить верхом? — утвердительно спросил Вольц.
— Почему же? Раньше я был неплохим наездником.
— Вы говорили что-то о болезнях, и я подумал...
— А! Физкультура и свежий воздух — все, что мне нужно. Так считает мой врач.
— Вот я как раз и подумал, что вы захотите посетить нашего врача. У нас здесь очень толковый парень. Его зовут Пол Мартин.
— Мне рассказывали. У меня к нему рекомендательное письмо. От сэра Джорджа Мак-ферсона.
На лице Вольца отразилось должное впечатление.
— Посла Великобритании? Вы с ним знакомы?
— Лично с ним не знаком. Но я знаю его семью. — Питер предпочел не слишком завираться, чтобы не попасть впросак.
— Отличный парень сэр Джордж! — заявил Вольц, смотря на Питера с одобрением. — В прошлый сезон он приезжал сюда и остался очень доволен моей конюшней. А вы-, кстати, не охотитесь?
— Раньше охотился.
— Если захотите составить нам компанию, звоните.
— Да я несколько лет не садился на лошадь. Боюсь, как бы не ударить в грязь лицом.
— А вы приходите как-нибудь ко мне в поместье, и выберете себе лошадку. Недавно я купил отличного жеребца по кличке Султан. Чертовски дорого, между прочим. Может, он вам приглянется. — Вольц хитро подмигнул Питеру. Должно быть, этот Султан был не из смирных.
— Когда здесь начало сезона? — поинтересовался Питер.
— Он уже начался. У нас это раньше, чем в Старом Свете. Мы выезжаем на охоту три раза в неделю.
— Может, я действительно как-нибудь... Если, чконечно, мое присутствие не будет вам помехой.
Питеру, конечно, не было нужды в охоте. Он прикидывал, как бы спросить о Кэтрин Мор. Сделать это напрямую он не мог — даже такой дубина, как Вольц, сразу заподозрил бы, что дело
— Вот, собственно, и Мидльбург, — провозгласил Вольц. — Это Мейн-стрит, а вон там — Джефферсон-стрит, где живет Мартин. Мы очень гордимся нашим городом. Конечно, есть несколько трущоб, не без этого. В Чайнатауне. Там обитают ниггеры. Знали бы вы, что за свиньи эти черномазые! Единственный способ избавиться от трущоб — это снести их. Но прежде нужно было бы выгнать ниггеров, а они нам нужны. Нам нужны слуги.
— Конечно.
Машина затормозила у здания, которое выделялось среди других крупными размерами. "Гостиница «Мидльбург» — гласила надпись над входом.
— Приехали, — пояснил Вольц, будто в этом была необходимость. — Так что, если надумаете поохотиться, заходите, Стюарт. Всегда рад услужить другу сэра Джорджа.
— Большое спасибо.
Черный водитель молча отдал ему чемодан, и машина уехала.
Его проводили во флигель, в маленькую и до ужаса старомодную комнату: всюду вощеный ситец в цветочек и кленовое дерево. Однако матрас на кровати был новый, а ванная — обычной современной ванной, с душем и горячей водой.
Пока что его все устраивало.
Окна его номера выходили на задний двор. К тому же справа от окна находилась пожарная лестница. О такой удаче он мог только мечтать!
Горничные в этой гостинице явно не жалели труда. Все вокруг блестело чистотой, даже ящики бюро и письменного стола были застелены свежей белой бумагой. Вот отчего Питер сразу догадался, что предмет, лежавший в верхнем ящике бюро, не могли оставить по ошибке.
Там лежало золотое распятие длиной примерно полтора дюйма — вещь тонкой работы и, по-видимому, очень ценная. Простота и строгость исполнения свидетельствовала о том, что над ней трудился современный мастер, не чуждый, однако, эстетики Средневековья. В судороге членов распятого, в бессильно упавшей на грудь голове чувствовалась та высшая агония, которой садистски упивались средневековые певцы мук Христовых. Держа находку на ладони, Питер рассматривал ее со странной смесью любопытства и отвращения и никак не мог определить, что именно вызывает у него протест. Наконец он прекратил это занятие, резким движением руки сунув крестик в карман. Поправил галстук и надел пиджак. Ему срочно требовалось выпить. Для успокоения нервов.
Проглотив двойное виски, Питер пошел ужинать. Местная кухня, как он и предполагал, оказалась на высоте. После ужина молодой человек отправился в фойе.
— Я хочу видеть управляющего, — сказал он клерку за стойкой.
Клерк, типичный портье из дорогого отеля — худощавый, надменный, лет сорока пяти, — ровным металлическим голосом объяснил, что это против правил. Питер долго упрашивал его, намеренно педалируя акцент, и клерк в конце концов согласился доложить о нем. У Питера промелькнула догадка, что он не столько хочет соблюсти правила, сколько боится начальства. Владелицей и администратором гостиницы была некая миссис Адаме — по-видимому, порядочная стерва. Клерк удалился во внутренние по-кои, но очень скоро вернулся с удивленным лицом и тихо сказал: