Книга Бытия
Шрифт:
– Ты согласен? – коротко спросил капитан Альбиорикс.
– По рукам, – Конан поморщился, прогнал мысль, красочно разрисовавшую возможные неприятные последствия грядущей аферы, и протянул руку. – Хочешь быть королем? Будешь. Но если ты ошибся в своих предположениях… До плахи ты не доживешь, я тебя зарежу раньше.
Договор скрепили крепким рукопожатием. Конан начал ставить условия первым:
– Сначала необходимо отыскать Тотланта и моих оборотней. Альбиорикс, запомни – времени у нас мало. Нынешняя ночь и следующий день. До следующего заката нам необходимо отыскать Бешеного и собрать воедино три волшебные вещи, принадлежащие нашей стороне. Меч у меня, Тотлант, похожий на Странника, где-то в городе, если еще жив. Наша задача –
– Помогу, – кивнул Альбиорикс. – Беремся за дело?
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ,
в которой господа посланники натыкаются на странный подземный ход…
Известно, что в старых замках подвалы и подземелья составляют не самую маленькую часть всех жилых и нежилых помещений. Подвал бывает исключительно полезен для хранения продуктов и винных бочек, для сокрытия золота и драгоценностей, он может использоваться как склад, как тюрьма и пыточная, а иногда даже как магическая лаборатория – очень многие колдуны обожают заниматься своим сомнительным искусством в уединенных и тихих подземельях, утверждая, будто здесь «подходящая атмосфера».
Коронный замок Бритунии был выстроен не менее пяти столетий назад. Поначалу он являл собой лишь укрепление безвестного нищего барона, обустроившегося на диких землях, несколько раз перестраивался, превращаясь из деревянного в каменный, потом возле стен начали селиться нуждающиеся в защите кметы… Таким образом, маленькая крепость легендарного барона Пайры, основателя королевства, со временем превратилась в Пайрогию, столицу государства и очень красивый город.
Пять столетий истории замка, обширного и гулкого, не могли не повлиять на маленькое подземное царство его подвалов. Ходы, тоннели, заброшенные комнатки, переполненные спрессовавшимся мусором, стоки для воды, обрывающиеся у неогороженных бездонных колодцев. Иногда по дороге можно найти удивительнейшие предметы вроде человеческого черепа с тремя глазницами или потемневших от времени серебряных кандалов и цепей, некогда предназначенных для плененного немедийского герцога, а ныне позабытых нерадивыми тюремщиками.
– Мрачно, – Веллан с отвращением коснулся пальцами сыроватой, покрытой плесенью стены, и сплюнул. – И понесла же нас нелегкая в подземелья.
– Здесь опасности никакой, – подбодрил друга Эртель. – Парочка вурдалаков, загулявшие призраки и какой-нибудь завалящий вампир. Ничего особенного. Пробьемся. А наверху – люди.
– Люди… – скривившись, произнес Веллан. – Да уж, ничего хуже и представить себе нельзя. И куда мы пойдем? Как обычно, вперед?
Оборотни, принявшие решение скрыться от убийц в подвалах королевского замка, стояли на перекрестке двух тоннелей, выложенных потемневшим кирпичом и плохо обработанным гранитом. Царил кромешный мрак, но, как известно, племя Карающей Длани выгодно отличается от людей тем, что каждый оборотень способен видеть в темноте. Для зрения оборотня достаточно любого, самого незаметного лучика света, чтобы внятно различать окружающую обстановку. В подземельях жили белесые светлячки, мерцала зеленоватым огнем многолетняя плесень и даже у некоторых пауков, свивших паутину под потолком, светилось брюшко. Оборотень мог видеть не хуже, чем днем.
Вдобавок Веллан и Эртель не боялись заблудиться в бесконечных переходах и галереях подвала. Достаточно лишь призвать свою звериную сущность, отчасти сбросить человеческий облик, превратившись в «чудовище», и дорогу можно будет найти, используя несравненный волчий нюх.
– Этот коридор, – начал Эртель, задумчиво потеребив длинные светлые волосы, – ведет с полуночи на полдень. Если мы свернем – уйдем в сторону заката. Дворец громадный, а значит, рано или поздно обнаружится еще один выход наверх.
– Я слышал, –
– Или посредине городского рынка. Вот будет весело, – поморщился наследник короля Пограничья. – Все равно делать нечего, пошли куда глаза глядят. Рано или поздно выберемся.
Длинный тоннель, поворот, другой поворот, тупик. Заржавленные двери казематов. В один из них Веллан заглянул и только вздохнул – классическая картина, скелет на цепи. Будто из страшной сказки. Однако, как известно, любую сказку порождает настоящая жизнь. Попались несколько забавных артефактов – расколотый горшочек с монетами, по виду золотыми. Веллан тотчас принялся набивать ими кошелек, а Эртель, пристально рассмотрев кругляш с профилем знаменитого аквилонского короля Сигиберта Завоевателя, только посмеялся. Деньги оказались поддельными: медь, крытая ртутной амальгамой. Значит, не зря молва обличала одного из бритунийских королей в фальшивомонетчестве. Наверняка где-то рядом должна быть мастерская, где чеканили фальшивые аквилонские кесарии.
Лестница вниз, коридор, лестница наверх. Ступени скользкие. В следующем проходе полыхнуло багровым заревом и чей-то истошный визг заставил оборотней вздрогнуть. Ничего опасного, привидение. Призрак неизвестного мужчины – ужасно безобразного, с разорванным носом и отрубленными ушами гиперборейца – поглядел на оборотней недоуменно и отправился восвояси. Наверное, понял, что Карающую Длань дурными завываниями на напугать.
– Почти заблудились, – огорченно сказал Веллан, когда двое авантюристов из Пограничья оказались на новом углу. – Если я правильно помню, возвращаться придется через двенадцать левых поворотов и семь правых. Добавим четыре лестницы. Или три?
– Не три, а пять, – поправил бритунийца Эртель. – Впрочем, какая разница? Я не могу понять, отчего нигде не видно проходов наверх, к первому этажу дворца?
– А может, мы уже миновали пределы дворца? – кашлянул Веллан. – И ходим где-нибудь под домами Пайрогии? Я слышал, будто в аквилонской столице, в Тарантии, существует целый подземный город, огромный и очень таинственный… Старые города славятся своими подземельями.
– Только не Пайрогия! – возразил Эртель. – Городишку-то всего триста лет! Бритунийцы не успели бы накопать подземных галерей, да еще и тайно!
– Но-но! – возмутился Веллан. – Ты моих соотечественников не обижай! Если бы захотели – выкопали бы подземный ход до Тарантии через Султанапур! Ой, Эртель, а это что такое?
Это была дверь. Доски выструганы из самого настоящего железного дерева, отличающегося темными волокнами, перемежаемыми толстыми зеленоватыми жилами. Такая древесина потверже самой лучшей стали. Дверь, однако, выглядит старинной – бронза накладок покрылась слоем патины, по доскам ползают слизни, а петли заросли паутиной так, что заметить их было почти невозможно.
– Какая-нибудь забытая сокровищница, – отмахнулся Эртель. – Ничего интересного.
– Кресало дай, – вдруг попросил бритуниец. – Что-то запашок здесь подозрительный… Не чувствуешь?
Эртель повел носом и нахмурился. Было от чего. Нюх оборотня, даже притупленный человеческим обличьем, ясно различал запахи сапожной смазки, плохого масла и почему-то свежего мяса. Эртель едва успел ухватить легкую волну другого запаха – винного. Здесь совсем недавно бывали люди. Или не-люди.
– Выход близко, – прошептал Эртель, но Веллан вовсю трудился над кремнем и кресалом, пытаясь выбить искру на обгорелую тряпочку. Огня светлячков ему сейчас недоставало. Требовалось как можно больше света. Веллан работал, используя всю свою интуицию, которая его никогда не подводила – ни во время службы в отряде «охотников на чудовищ», ни в последние седмицы, посвященные охоте на Бешеного Вожака. – Велл, ты меня слышишь? Оставь эту дурацкую дверь! Пойдем по запаху!