Чтение онлайн

Было сложно признать это вслух. Она шла, не оглядываясь.

Ребенком она редко покидала дом. Тетя Майя учила Рему дома, все свободное время она помогала с лошадьми. Чем старше она становилась, тем чаще тетя с дядей пускали Рему одну в лес, но не в город, где были другие люди. Она надеялась, что взрослой сможет сделать все, о чем мечтала. Похоже, этого не будет.

На миг было тихо. Брен, похоже, остановился, но через пару секунд она услышала шорох травы об одежду, Брен догнал ее, схватил за руку и остановил.

— Брак не покончит с твоими мечтами, Рема. До рождения

детей мы сможем немного покататься по региону. Конечно, после урожая. Но мы точно сможем кое-что сделать. А потом ты будешь занята детьми и фермой и, может, никуда не захочешь. Да король и не позволит покинуть Джарко.

Брен поднял левую руку, показывая черную татуировку. Она хотела оторвать метку от руки. Она не собиралась сидеть в загоне, как животное. Его рука опустилась, И Рема рискнула взглянуть на его лицо. Как она и боялась, там был тот взгляд. Честность, любовь, уязвимость смешались в его глазах.

Голова Ремы гудела, она хватала ртом воздух. Завести детей? Управлять фермой? Она не была к этому готова. Слишком рано.

Она отпрянула от Брена и пошла. Солнце село, тьма опустилась на них, пока они шли по пастбищу лошадей. Рема заметила две фигуры возле амбара. Наверное, тетя Мая и дядя Кар. Она пошла проверить, что они делают снаружи, пока родители Брена были внутри. Вблизи Рема поняла, что они ссорились. Он никогда не ссорились.

— А если он покажется? Что тогда? — тетя Майя звучала отчаянно.

— Мы не слышали о нем три года. Что-то могло произойти, и ты знаешь план на такой случай.

Рема стояла в тени и слушала, а Брен вошел в дом, качая головой, не радуясь, что она подслушивает.

— Но он заставил нас пообещать, Кар. Мы говорили ему, что не выдадим ее замуж. А сами пописали контракт.

Дядя Кар расхаживал вдоль стены амбара.

— Предлагаешь ждать вечно? А если он не придет, а Рема будет уже слишком старой для брака? А если ее заметят? Без контракта опасно, — он размахивал руками.

Рема не понимала, о ком они говорили. О возможном суженом?

— Я все еще думаю, что стоило подождать дольше. Свадьба не должна случиться в следующем месяце, — молила тетя Майя.

— У нас нет времени. Больше ни слова. Нужно покончить с этим, — дядя Кар пошел в дом, тетя Майя спешила за ним. Рема хотела услышать больше.

* * *

— Знаю, тебе это не нравится, Рема, — дядя Кар сжал поводья лошади.

Рема сидела как можно дальше от дяди в телеге и игнорировала его, чтобы ее оставили одну с мыслями. Он намеков не понимал.

— Но Брен — благородный. Он добр с тобой. Заботится о тебе.

Раннее утро, туман еще покрывал землю, не давая лошадям поднимать пыль, и было прохладно. Рема плотнее укуталась в коричневую вязаную шаль. Они ехали по хорошо вытоптанной дороге, что вела через густой лес к главному городу, мимо крепости губернатора Джарко. Недалеко от этой дороги Рема встретила принца Дармика. Она искала взглядом тень загадочного командира, что так мило держал ее за руку, среди деревьев.

Телега ударилась о камень, привела Рему в чувство. Гонец прибыл прошлой ночью и сообщил, что лорду Фильмару нужна срочно исключительная лошадь.

Дядя Кар выбрал одного из любимых конец Ремы. Жеребец не только был сильным и красивым, но и упрямым, порой непослушным и невероятно быстрым. Поэтому дядя Кар и выбрал его. Реме не хотелось продавать его, но у дяди Кара не было выбора — держать коня было слишком дорого.

— А еще, — продолжал он, — вы друзья. Так будет проще, — сказал он, но будто пытался убедить себя. Рема хмуро посмотрела на него. — Если что-то случится со мной или тетей, мне нужно знать, что о тебе позаботятся, — сказал он.

Тетя Майя и дядя Кар были всегда добры с Ремой, хорошо с ней обращались, не заставляли ее делать то, что она не хотела — до этих пор. Рема отвернулась от него, боль на его лице была невыносимой.

Ее тетя и дядя старели. Они уже не могли завести детей, когда взяли ее после смерти ее родителей во время захвата. Волосы дяди Кара поседели, как и его борода. Он был высоким и довольным сильным для своего возраста. Рема думала, что это от поднимания тюков сена, ведер воды и работы с лошадьми каждый день. Но у дяди Кара было несколько шрамов на руках над татуировкой на запястье, может, он был солдатом. Как-то раз Рема спросила у него об этом, и он сказал ей, что это было давно, и он не хотел говорить об этом.

Рема подумала о принце Дармике. Когда он подошел к ней на берегу реки, она заметила шрам, что начинался на его костяшках и уходил под тунику. Другой был рядом с его губами. Командир опасной армии, конечно, был в ранах.

— Я могу позаботиться о себе, — заявила она.

— Ясное дело. Но нужно учитывать другие факторы. То, что ты можешь не понимать.

— Потому что я девушка или слишком юная? — спросила она.

— Ты не слишком юная. Твой возраст подходит для брака. Если скоро не выйдешь замуж, люди начнут задавать вопросы. Нам нельзя привлекать внимания, особенно с твоим видом, — он смотрел на тропу перед ними, старательно избегая ее взгляда.

Она не могла ничего поделать со своим видом. Все в Гринвуде были с золотистой кожей, темными волосами и карими глазами — даже ее тетя и дядя. А Рема была бледной и со светлыми волосами. Когда Рема спросила у тети, почему отличается, тетя Майя сказала ей не переживать. А потом Майя встала и ушла, закончив разговор.

Рема смотрела на дядю и думала, о каких людях он говорил. Городок рядом с ними был маленьким. Она ни с кем не связывалась. Тетя с дядей запрещали ей говорить с другими. Она дружила с Бреном, потому что земля его отца была по соседству.

Рема молчала, ведь было нечего сказать, не было выхода. Ей придется осесть, выйти замуж, стать женой фермера. Но ей это не казалось правильным. Она хотела убежать и увидеть королевство — испытать все, что можно.

Дядя Кар похлопал ее по плечу. Его ладонь была загорелой и шершавой, как поводья, что он держал.

— Прости, — сказал он. — Никто из нас не планировал этого. Но это лучшее в данных обстоятельствах.

Рема даже не пыталась понять. Телега катилась. Красивый конь, которого они собирались продать, издал печальный звук за ними. Она уловила иронию.