Ключ
Шрифт:
— У каждого свои предки, — заметила орчиха, из-за которой и начался бардак.
— Здесь вас научат сочетать традиции и новации, — спокойной ответил эльф и снова уставился на меня. На вид ему было лет девяносто — сто, то есть около пятидесяти в переводе на человеческую жизнь, темные с проседью волосы пучками торчали за острыми, длинными ушами. На лацкане темно-синего пиджака блестел значок ордена — гора Мироздания с замком на вершине.
— Слезьте со скамьи, уважаемая, — попросил он и повернулся к моему старому знакомому. — Рад видеть Вас среди претендентов,
Я отвернулась к стене, пытаясь скрыть удивление, остальные не очень в это преуспели, таращась во все глаза на орка. Вот так да, оказывается, мой знакомый шкаф принадлежит к клану Эзрех Хагона! Хорош орден, раз принимает под своей крышей бешеных тигров.
У знатных орков есть такой обычай: при знакомстве они обязательно говорят, к какому клану принадлежат. В большинстве своем, это правящие семьи и приближенные к ним. Власть в оркских землях всегда была сосредоточена в руках нескольких мощных кланов, ведущих свою родословную от некого героически окочурившегося предка.
Я подняла рюкзак и оперлась плечом о стену. Что ж, мой мир расширился от маленького городка до едва ли не всей планеты. Стоило начать привыкать.
— Выстраиваемся в очередь, — скомандовал эльф. — И ведем себя достойно.
Парень, который мутузился с орком мгновение назад, подошел ко мне и протянул руку.
— Джеймс Симонс, Герфезон. Ты здорово вышла из ситуации.
— Да уж. Антея Тейер, — о родине я благоразумно умолчала. — Но орки что-то не расположены ко мне.
— Ко мне тоже, — Джеймс потер рассеченную скулу. — Давай помогу.
Он снял рюкзак у меня с плеча и закинул себе за спину.
— Ничего себе, что ты туда понапихала? Шмотки?
Его бесцеремонность не смутила — я сама чаще всего вела себя точно так же.
— Нет, книги.
— Ну да, конечно, — усмехнулся новый знакомый, не поверив мне.
Мы разболтались, и время в очереди пролетело незаметно.
Когда настал мой черед, я бесстрашно шагнула вперед и вошла в просторное помещение регистратуры.
Справа от двери тянулись столы, за которыми работали операторы, а слева располагались закрытые кабинки с прозрачными стенами, где сидевшие в креслах претенденты беседовали с работниками университета. Тот эльф, что успокоил дерущихся, подошел ко мне.
— Рид Элье, рад приветствовать вас в нашем университете, — он пожал мою руку. — Приготовите документы и проходите к свободному столу. Я буду ждать вас в кабинке номер три.
Оператор внесла мои данные в компьютер, активизировала карточку с номером, выдала кучу каких-то документов, и я направилась в кабинку, озираясь по сторонам. Справа от меня, в таком же стеклянном коробе, дворф беседовал с орчихой, из-за которой началась потасовка. Та засмеялась, звук её смеха не долетел до меня, однако я дофантазировала отвратительный гогот.
Когда я вошла в отведенную комнату, Элье поднялся и, приветливо кивнув, предложил присесть на стул напротив него.
Я протянула документы.
— Антея Тейер.
— Ваш отец участвовал в Болотных воинах? — спросил эльф, принимая
Я вскинула брови — вопрос оказался неожиданным.
— Да, он был офицером.
— Как Вы относитесь к этому военному конфликту?
— Как и к любому другому — он не оправдан.
— Не оправдан? То есть, смерти солдат на войне бессмысленны?
— Это их выбор, значит, для них это имеет смысл. Мое мнение здесь бессмысленно, — что-то меня понесло. Но эльф задавал вопросы так быстро, что я не успевала продумать ответ.
— А что если, это оборонительная война? И солдаты защищают свои семьи и свои земли? — не унимался Элье.
— А зачем нужен ваш орден, если вы допускаете такое?
Эльф усмехнулся. Его ухмылка мне не понравилась.
— А зачем тогда Вы решили остановить драку в коридоре? — вывернул он.
— Может, потому, что сама хотела в ней поучаствовать, но в другом качестве, — я положила руки на стол, и мне почудилось, что я в полицейском участке, как пару лет назад, когда меня поймали в торговом центре на краже сногсшибательного платья. Администратор не внял мольбам оставить воровство без внимания полиции. А вот коп, приехавший на вызов, по старой дружбе его дочери с моим братом замял дело. У Джефа всегда друзей было хоть отбавляй.
— По-моему, вы не понимаете цели нашего ордена. Иногда для урегулирования конфликта нам приходится прибегать к активным действиям, чтобы сдержать более агрессивную сторону.
— Провоцируя подчас куда более жестокие ответные действия, — несколько резко бросила я, откидываясь на спинку стула.
Эльф внимательно посмотрел на меня.
— С какой целью вы поступаете в университет?
После всего того, что я наболтала, выученный ответ не шел с языка. Мне самой он показался приторным и шаблонным.
И я ответила первое, что пришло в голову.
— Чтобы вскидывая руки останавливать воины, а не поддерживать их.
Эльф что-то записал в бумагах, ничем не выдав своей реакции на мои пафосные слова, и вернул документы.
— Тесты по теории абстрактных полей, истории и языкознанию будут проходить на следующей неделе, — сказал он. — Вы уже записаны. Удачи.
— Спасибо. До свидания, — я схватила документы и поспешила в коридор. Там меня ждал новый знакомый, который уже освободился из плена стеклянных кубов.
— Ну, как прошло? — спросил он, поднимаясь со скамейки.
— Не знаю, странно как-то, — я огляделась. За время моего отсутствия очередь увеличилась едва ли не вдвое. В коридоре было шумно и душно. — Где здесь можно перекусить?
— Идем, — Джеймс отобрал у меня рюкзак. — Я знаю гору, как свои пять пальцев — здесь учится и работает мой старший брат.
Я с интересом наблюдала за Джеймсом — наверняка его родители занимали высокие посты и жили не бедно — один его широкий золотой браслет на запястье чего стоил. Мне срочно требовалось умерить свое любопытство и привыкнуть к богачам вокруг себя, и что самое главное — не завидовать им. Последнее было неимоверно тяжелым заданием для моей скромной персоны.