Чтение онлайн

Сергей едва заметно кивнул и прикрыл глаза. Последовательно в теле всплыли двадцать врат, а затем открылись двадцать первые и… двадцать вторые. На «плоту» было много времени, чтобы подумать, и чем больше он слушал океан и смотрел слезящимися глазами на затуманенное солнце, тем ближе подступал к этим воротам, осознав, как можно распахнуть «материальное физическое тело». Эта ступень была весьма кстати, так как за время плавания в организме скопилось много соли и ее требовалось нейтрализовать, чтобы слабость ушла и тело заработало, как и прежде.

На коже выступили капельки пота. Если бы кто вздумал попробовать их на вкус или провести лабораторные

анализы, то обнаружил бы, что состав пота напоминает воду Мертвого моря.

Рубашка промокла, штаны тоже. Скорпион поднялся с кресла:

— Я в душ.

Сема попытался рвануть следом, но новый поцелуй еще надолго пригвоздил его к спинке дивана. Ее чарам в нынешнем состоянии противостоять Сема не мог. А брат, то ли не придавая этому значения, то ли осознанно, и не пытался помочь.

Блондин был в плену и едва ли хотел на волю. Где-то даже понимал, почему на этих землях веками назад пылали костры инквизиций.

Грузия. Тбилиси.

Даниил Харламов тянул из стеклянной бутылки светлое пиво и ловил на себе недоброжелательные, нейтральные и одобрительные взгляды с соседних столиков. Кафешка под открытым небом разделилась на три фронта: тех, кого в стране все устраивало, тех, кому все равно, и тех, кто сегодня будет зажигать. В прямом смысле. Ночь будет полна огней не только от фонарей, вывесок и фар автомобилей. Коктейли Молотова примут участие вместе с гранатами слезоточивого газа, дымовухами, резиновыми пулями, водометами и бронетранспортерами. Оба лагеря готовятся к противостоянию. Скучать не придется.

Первых настроенных было два человека, вторых три, а последних семь… столиков. Терпение народа лопнуло. Власть, словно изгаляясь, настроила против себя абсолютное большинство. Пусть большой северный медведь не бьет лапой, занятый суетой вокруг олимпиады, но антисистема отрезанные головы солдат-миротворцев не забывает. И еженедельные бессмысленные провокации порядком надоели. В конце концов, если Золо выкупил мозг и руки президента, то почему все остальное тело должно напрягать окружение, махая незаряженным автоматом? Триста лет спины и плеча не должны заканчиваться ножом в копчик.

Даниил допил бутылку и кивнул официантке, показывая палец повтора. До задания еще четыре часа. Стоит убить время и остыть, чтобы не начать разносить все в пух и прах, припоминая и не относящиеся к делу обиды.

Девять человек — по введенной вчера Василием классификации семеро «ветеранов» и двое «мастеров» — ждали в разных концах города. В условленное время, когда небо окрасится багровым, будут ждать в условленном месте. С оружием проблем не возникало — посредники снабдили всем необходимым и даже больше. Но огнестрельного брали по минимуму. Не шумиху пришли делать, просто прибраться. Вынести мусор, пока не начал гнить, разнося полчища крыс и заразные болезни. Да и специалисты военного промысла антисистемы носили свои звания не просто так. Харламов (Медведь) ручался за каждого, раздавая звания. При себе держал только самых опытных ликвидаторов.

Взгляд привлек рослый мужик с ранней плешью. Он с самого начала смотрел на русые волосы гостя столицы враждебно. Те по длине закрыли уши, но еще не сползли на плечи. Он походил на борца и, привлекая внимание, кивком в сторону показал, что хочет продемонстрировать заезжему стандарт моды. В ответ Даниил сжал пустую бутылку.

Стекло разлетелось.

На миг кафешка погрузилась

в тишину, лишь телевизор у бара продолжал докладывать обстановку в стране: «В Грузии все спокойно». Затем двое за «враждебным» столиком молча поднялись и ушли восвояси. С ними еще пара стариков, не собирающихся ввязываться в какие-то проблемы.

Харламов кивнул официантке, и кафешка снова настороженно загудела. Через три минуты, когда косые взгляды убедились, что тряпка официантки осталась сухой, без кровавых пятен, говор разгорелся ярче. И Даниил, обладая отличным слухом, мог лишь вздыхать — по-грузински знал лишь пять десятков обиходных слов.

Пригубив вторую бутылку и всем видом показав, что не собирается уходить раньше, чем захочется, снова погрузился в мысли.

«Горэ затих, взяв безвременный отпуск, и Золо возликовал, полагая, что раз Дух выбыл, а Слава все еще спит, район автоматически перешел под его юрисдикцию, но антисистема слишком закрепилась на Кавказе, чтобы не пытаться обрубить эти щупальца. Да, Рыси достался во владение огромный кусок: от Курил и Маньчжурии, до Урала и Казахстана. Не по возрасту и сложно усваиваемый, но наследник старается. Было бы больше силенок, взял бы земли до Белоруссии, но Бодро вроде как смотрит за вотчиной спящего. Странная игра. Даниил в принципе не понимал, почему место спящего вакантно. Неужели у Славы не было ближайших помощников? Правой и левой руки?»

Повеяло холодом. Изумленный Даниил отбросил едва открытую бутылку. Та покрылась изморозью, и узор снежинок при температуре воздуха выше нуля на двадцать пять градусов по Цельсию казался бредом.

— Брось каку, — спокойно сообщил появившийся за столиком напротив синеглазый собеседник. — Так детям неразумным говорят. Ты дите малое или отвечаешь за себя целиком и полностью?

— Я устал, надо расслабиться.

Бутылка вместо того, чтобы разбиться об асфальт, просто исчезла. Харламов завертел головой, глядя, как отреагируют посетители на собеседника, но те и ухом не повели. Говор продолжался, словно мужик в светлой одежде и с белым «конским хвостом» за плечами пришел вполне естественным путем — пешком.

— Пиво убивает тебя больше, чем любой другой алкоголь. Хуже только шампанское. Так что оставь первую ересь мозга немцам, вторую — французам. Мой племяшек придумал этот напиток для больших смут. — На столе появился высокий стакан свежевыжатого апельсинового сока. — Вот, выпей лучше этого. И силы восстановит, и — готов поспорить — гораздо вкуснее и полезнее на жаре. Отбивает желание стрелять и сквернословить.

Даниил, справившись с сердцебиением, большими глотками опустошил полстакана и отставил. Стоило взять себя в руки. От собеседника веяло мощью. Чудовищной внутренней силой.

— Племяшик, значит, — улыбнулся Даниил. — И кто ваш племянничек?

— Слушай, зачем так быстро пьешь? — Поморщился Родослав. — Ты же должен наслаждаться жизнью. Пей маленькими глотками, постарайся ощутить вкус, почувствовать, как по телу бегут витамины. А ты наоборот: две бутылки пива — и стрелять. Вот и сынок мой сейчас палить начнет, а то и разрушит чего-нибудь старинное, дорогое. Молодой, неопытный. — Родослав чуть отстранился. — В принципе, имеет право. Его пытались убить не по договору. Но он же не остановится, пока все с ног на голову не перевернет. Кровь кипит. В мамку весь пошел. У той тоже всегда проблемы с послушанием. — Синеглазый придвинулся. — Хотя ты спрашивал другое. И первым твоим вопросом было, почему Слава не оставил преемника…