Чтение онлайн

Вольно или невольно, упоминая, однако, о спальне как о месте встречи с Форсайтом, она придала самой встрече определенное значение, которого у нее раньше не было. Не нужно было иметь большое воображение, чтобы догадаться, что кровать, скорее всего, и поныне там.

Госпожа Нортон сказала:

— Я пошла в отель, чтобы поговорить о моей книге, одной из тех, что Ричард собирался издать.

— Очередной детектив?

— На сей раз сборник стихов. — Она показала на две книги, лежавшие на диване. — Эти, думаю, совсем не дурны для

такого рода чтива. По-моему, они неплохо написаны и увлекательны. И, в сущности, вполне годились для чтения. Для развлекательного чтения. Хитроумная интрига, не без юмора. Но мне хотелось сделать что-то более серьезное. Ричард прочел мои стихи и считал, что сборник будет хорошо расходиться. Мы бы напечатали его без указания авторства или под моим псевдонимом — меня это устраивало.

— Почему же без авторства?

— Большинство стихов в сборнике… — она улыбнулась, — давайте скажем так: большинство из них совсем не похожи на другие мои книги. Моих «читателей», — госпожа Нортон саркастически подчеркнула это слово, — они бы, мягко говоря, озадачили.

— Значит, Форсайт пригласил вас в отель, чтобы поговорить о вашей книге?

— Да, вернее, чтобы просмотреть последнюю подборку стихов.

— И вы должны были там быть в три часа.

— Да.

— Интересно, — заметил я.

— Почему?

— Форсайт умер около трех.

— Да, знаю. Я была там, когда раздался выстрел.

Я тоже глотнул чаю. Как человек воспитанный.

— В номере? — спросил я.

— Нет, в холле. Я как раз подходила к двери, когда послышался выстрел.

— И что дальше?

— Ну, я сразу поняла, в чем дело.

— В чем же?

— Ричард застрелился.

— Как вы догадались?

— Все, кто хоть немного был знаком с Ричардом, знали: он буквально одержим мыслью о самоубийстве. Кстати, он и мне предлагал составить ему в этом компанию.

— Просто так взял и предложил? Как пойти прогуляться?

Госпожа Нортон улыбнулась.

— Нет, не так прозаично, разумеется. В его устах это звучало — во всяком случае, ему так хотелось — весьма благородно и эффектно.

— И когда это было?

— За неделю до его смерти.

— Он говорил, почему хочет покончить с собой?

— Ричард решил, пришло время, — именно так он и сказал.

— А другой причины не было?

— Вероятно, ему все осточертело. Он уже все перепробовал, везде побывал. Похоже, его уже ничем нельзя было удивить.

— Но разве это увязывается с его умением жить сегодняшним днем?

— Полагаю, что жить сегодняшним днем — штука довольно утомительная… Так или иначе, услышав выстрел, я подумала, что он в конце концов решился на этот шаг. Застрелился.

— Но ведь вы слышали лишь какой-то выстрел, в каком-то номере отели. Только и всего. И вовсе не обязательно, что это Ричард стрелял в себя.

— Да-да, понимаю. Но в ту секунду я догадалась, что произошло.

— Угу. И что вы сделали дальше?

— Постучала в дверь.

Никто не ответил. Я подергала ручку. Дверь была заперта. Я вернулась к лифту, спустилась вниз и ушла из отеля.

— А потом вы вернулись, — сказал я. — Несомненно, вернулись. Иначе как бы вы узнали, что та женщина, фон Штубен, тоже мертва.

— Да, вернулась. Какое-то время я бродила по улицам, бесцельно, просто так. Словно в тумане. И тут мне пришло в голову, как вы говорите, что всякое могло случиться. Что-то необычное. Может, грабитель залез. Может, несчастный случай. Или Ричард попытался застрелиться, но неудачно, и он сейчас лежит там и умирает. Я позвонила другу. Знакомому полицейскому.

— Кому именно? — спросил я.

Госпожа Нортон посмотрела на меня поверх чашки.

— Вы вряд ли его знаете.

— И вряд ли узнаю, если вы не скажете.

— Простите, но, по-моему, вам совсем не обязательно это знать.

— Как бы то ни было, — сказал я, — а знать мне нужно все.

Она вежливо улыбнулась.

— Давайте предположим на минутку, что я не хочу вам говорить.

Я улыбнулся. Вежливо.

— Давайте предположим на минутку, что я пойду и выложу газетчикам все, что вы мне рассказали.

Некоторое время госпожа Нортон смотрела на меня без всякого выражения. Наконец она сказала:

— И вы на это способны?

Я пожал плечами.

— Это часть моей работы, госпожа Нортон.

— Вы же знаете, есть ответственность за клевету?

— Да. А еще я знаю, вам придется доказать, что это клевета. Притом в суде.

Она улыбнулась. Ехидно.

— А я-то думала, мы с вами понимаем друг друга.

— Так оно и есть. Мы с вами развлекаемся как можем, госпожа Нортон. Хотите, продолжим. Но вы же не глупая. Конечно, вам не очень хочется говорить. Понятно. Но вы же сами прекрасно знали: стоит только заикнуться о выстреле, как придется рассказать и все остальное.

Госпожа Нортон снова улыбалась, только теперь не ехидно, а печально.

— Вас очень легко возненавидеть, господин Бомон.

— Вам придется встать в очередь.

Она засмеялась, и снова в ее смехе прозвучала нотка удивления.

— У вас это здорово получается, верно?

— Кое-какой опыт имеется.

— Это очевидно. — Госпожа Нортон посмотрела вниз и разгладила подол платья, что было совершенно лишним. — Хорошо, — сказала она, поднимая на меня глаза. — Я позвонила Огюсту Лагранду.

Я кивнул.

— Префекту полиции, — добавила она.

— Угу. Откуда вы знаете Лагранда?

— Познакомилась с ним в гостях, когда приехала в Париж. Он был так добр, что предложил помочь мне в кое-каких начинаниях. Мы стали некоторым образом друзьями.

— И что потом? После того как вы позвонили префекту?

— Он сказал, что пошлет кого-нибудь в отель. Полицейского инспектора. Я сказала, что дождусь его.

— Зачем же вы все-таки вернулись? Почему не поехали сразу домой?