Клоун
Шрифт:
В его глазах четко отражались разложенные артефакты: одни были из чистого серебра, другие из железа, а третьи и вовсе отлиты из золота.
Однако среди всего этого многообразия лишь два или три предмета обладали слабым свечением ауры: багровым, бледно-белым или золотистым.
Это означало, что они уже обрели начальную Духовность, а следовательно, имели реальную мистическую силу!
Еще во время прошлого осмотра Клейн внимательно все изучил и пришел к выводу, что у торговца амулетами определенно есть базовые знания в области мистицизма. Тот
Конечно, у простого энтузиаста не могло обойтись без пробелов в знаниях. Клейн заметил, что торговец совершенно не разбирается в самих заклинаниях. Ведь нельзя было просто перевести суть просьбы в соответствии с грамматикой гермеса и назвать это заклинанием. Настоящие заклинания обязаны следовать строгому формату и подчиняться уникальным внутренним правилам.
Вторая проблема заключалась в том, что торговец допускал различные ошибки при выборе подходящих символов для заклинаний и «источников силы». В результате из нескольких десятков амулетов лишь два-три были сделаны абсолютно верно и излучали слабое сияние.
Что же касалось того, насколько мощным был эффект этих двух-трех артефактов, Клейн мог сказать лишь одно: это всяко лучше, чем ничего.
Амулет, обладающий по-настоящему явным эффектом, требует, чтобы создатель во время гравировки заклинаний и символов позволил своей собственной Духовности мощным потоком вырваться с острия клинка!
Если же нужен еще лучший результат, необходимо прибегнуть к помощи ритуальной магии.
А для обычного человека, не являющегося Потусторонним, выполнить эти два условия практически невозможно.
Задумчиво постучав по межбровью, Клейн дважды ткнул своей черной тростью в левый верхний угол разложенного на земле покрывала и спросил:
— Сколько стоят эти два?
Он спрашивал вовсе не о тех амулетах, что уже обрели начальную ауру, а о полуфабрикатах. У них была только форма, но отсутствовала гравировка заклинаний и символов.
Для Клейна не было никакого смысла покупать те слабо действующие поделки. Его истинной целью было превратить эти заготовки в настоящие амулеты своими собственными руками.
«Да, сделаю для Бансона и Мелиссы по амулету для защиты от беды… А для себя смогу стащить материалы, которые выдает отряд Ночных Ястребов… Ох, неужели старый Нил так дурно на меня повлиял? У меня даже совести ни капли не екнуло от таких мыслей…» — блуждая в раздумьях, Клейн наблюдал, как торговец берет в руки две серебряные заготовки.
Один из серебряных амулетов имел вытянутую форму с вырезом посередине. Вокруг него теснились вырезанные перья, похожие на ангельские крылья. Гравировка была тонкой и невероятно красивой. Другой же оказался простым и строгим: на нем почти отсутствовали лишние украшения и узоры, лишь «вертикаль», символизирующая ночь, на которой красовался «круг», обозначающий багрянец.
Будучи человеком, который ценит красивую обертку, Клейн положил на них глаз с первой
— Этот — шесть сулов, — произнес торговец, немногословный мужчина средних лет, указывая на более изящный вариант.
Выдержав паузу, он погладил простую заготовку:
— А этот — пять сулов и три пенса.
— Слишком дорого. По правде говоря, им еще очень далеко до настоящих амулетов, — Клейн, повседневно впитывающий привычки Бансона и Мелиссы, уже начал привыкать торговаться.
После непродолжительной словесной баталии ему удалось сбить цену. Он купил эти серебряные украшения за пять сулов и шесть пенсов, и за четыре сула и девять пенсов соответственно.
«Именно, пока что это лишь серебряные украшения…» — мысленно констатировал юноша.
И эти десять сулов и три пенса были вычтены из пяти фунтов, которые он наконец-то получил в качестве финансирования своей деятельности в Клубе гадателей.
Как раз в тот момент, когда Клейн принял две серебряные поделки, спрятал их в карман и вознамерился прогуляться к другим прилавкам, он вдруг услышал мягкий, почти детский голос:
— Сэр, почему вы не купили готовые амулеты?
Обернувшись, юноша увидел, что вопрос задала девушка лет пятнадцати-шестнадцати. На ней было нежно-желтое длинное платье, щедро украшенное кружевами, а в руках она держала шляпку из легкой ткани с шелковой лентой.
— Потому что я планирую сделать амулеты самостоятельно. Знаете, это мечта любого поклонника мистицизма, — тактично ответил Клейн.
Он совершенно не хотел, чтобы торговец заподозрил его в попытке переманить клиентов, хотя в глубине души уже подумывал о том, не начать ли в будущем подрабатывать этим «ремеслом».
У девушки были вьющиеся от природы каштановые волосы, а легкая детская припухлость на щеках делала ее лицо невероятно милым. Глядя на Клейна своими светло-голубыми глазами, она искренне спросила:
— Могу я спросить у вас совета, как правильно выбрать амулет? Эм, меня сюда привела подруга. Я бывала здесь пару раз и очень заинтересовалась мистицизмом, но пока еще мало что в этом смыслю. Дело в том, что моей подруге скоро исполнится шестнадцать. Я хочу подарить ей амулет, но так как это должен быть сюрприз, я не стала звать ее с собой… Я расспрашивала ее заранее, но теперь многие важные детали просто вылетели из головы.
Клейн вежливо улыбнулся, как и подобает истинному джентльмену:
— А какой именно амулет вы хотите выбрать? Для защиты от беды? Для сохранения здоровья? Или, может, для привлечения богатства? Разные цели требуют разных источников силы, то есть обращения к разным божествам. Разные божества, в свою очередь, связаны с разными небесными телами, а разные небесные тела соответствуют разным материалам.
— К примеру, заклинание для защиты от беды непременно должно быть адресовано Императрице Бедствий и Ужасов — Богине Вечной Ночи. А как любители мистицизма, мы все знаем, что символом Богини является луна. Луне же из металлов соответствует чистое серебро.