Чтение онлайн

Жить страшно. Но нежить пострашнее будет. Так что лучше самой доложиться куда следует, чтобы потом не разложили по частям. Вот, допустим, Степной Волк. Про него люди всякое болтают, а по-моему, человек он честный и справедливый, да! И мало ли что люди говорят, они про всех говорят. Иные так вовсе всё мелют, что Кахваджи-пьяница — городовой! А Волк — это человек надёжный, в обиду не даст — сам кого хочет, того и обидит…

Да, дела-делишки. Вот не люблю я в «Забой» ходить, да и нечего тут порядочной женщине делать. Тут только серьёзные люди собираются. И куртизанки ихние, куда ж без этих-то, серьёзным людям тоже

отдыхать нужно. И вот теперь сижу я как ласточёночек, а Волк меня прям так глазом своим и сожрёт по кусочку.

— Госпожа Айха? Да соизвольте же, не сочтите за труд, пояснить наконец, что привело вас к моему столу.

— А, я…

Вот были же слова, да выбежали все куда-то! Что ж ты поделаешь с ними, окаянными!

— Позвольте вам подсказать: вы хотели рассказать мне о вашей встрече с комиссарами Ферон и Сехем, имевшей место сегодня после обеда.

Но какой мужчина, какой мужчина!

— Госпожа Айха? Вы с нами? Время — деньги.

— Да-да-да-да-да, конечно, господин Волк! Так я вот чего сказать-то хотела, заявились, значит, сегодня ко мне Джин — ну, её-то вы, конечно, знаете, душечку нашу, — и этот, новый. Вот как я и говорила: недели не пройдёт — будут Тоуро-то Соплю искать, — вот так оно и вышло, а меня никто не слушал ещё. И откуда только про него вызнали? Он же нелюдимый совсем был, ни словечком ни с кем: ни со мной, ни на работе, ни с жильцами…

— К делу, госпожа Айха. К вам зашли комиссары.

— Да, я им сразу и показала комнату-то, но что они там искали — вот не знаю совсем, я ж позавчера ещё уборку там сделала. Вы себе не представляете, какой там срамельник был — это просто уму не растяжимо…

— Комиссары вошли в комнату. Дальше.

— Да, я тогда понарошку готовить ушла, а сама схоронилась у Пия, который ещё с бельмом, знаете его? Да-да, комиссары, конечно! Так вот зашли они — новый-то первым полез, а Джин за ним следом. И сразу как она внутрь пролезла сначала ничего, тихо было, а потом они стали говорить, мол, видно, как хозяюшка над комнатой-то потрудилась. А я, конечно, сразу смекнула, что после этого они меня спрашивать про вещи Соплины пойдут, поэтому на кухню мышкой шмыгнула. И тут как поднимется хай-вой — я чуть котелок-то на огонь не опрокинула! Новый вопит, что в него стреляют, а Джин ему отвечает, что не стрелял никто, но я толком не разобрала, конечно, далеко ведь до них было, ох далеко. Вот я и думаю: так может новый-то того, с блажинкой? Уж что-что, а пальбу бы я услыхала, это не сомневайтесь даже! Вот и я думаю, что если человек в уме, то ему мерещиться ничего не будет — если, конечно, маец не нападёт, но это ведь совсем другое дело, да и какие майцы у меня в комнатах, в самом-то деле!

— Госпожа Айха.

— Да-да, я как раз сказать хотела, что они покричали-покричали, да и завалились ко мне опять и давай про вещи Сопли расспрашивать, ну я им и сказала, что, да где, да как: ищите, мол, вещички под лестницей. Так и сказала, да. И вещи туда вынесла. Да.

— А что вы можете рассказать про комиссара Сехема, госпожа Айха?

— Нового-то?

— Да.

— Да жуткий он, как есть жуткий, точно вам говорю! Что ни скажет — как приговор читает, как ни глянет — вот прям глазами душу пообшмургает, точно вам говорю! Страшный человек, и внутри у него как пустота какая-то. Будто и не человек вовсе, а один из этих…

— Драугов?

—

Ну кто ж их к ночи поминает-то, господин Волк! Но да, их самых.

— Благодарствую, госпожа Айха. Народная Милиция Клора высоко ценит вашу сознательность и инициативность. Я передам Арти, что в ближайшую неделю вас не следует беспокоить по пустякам.

— Спасибо, господин Волк, спасибо вам! Как бы мы, сиротки, без вас жили…

— Вам пора возвращаться к жильцам, не так ли?

Я несколько раз почтительно поклонилась — а как иначе с таким-то человеком! — и так и полетела домой. Вот что значит справедливый заступник!

Перспектива: агент Ликвидатор, локальный идентификатор «Pa-233»

Коробки под лестницей действительно стояли. И вещи в них, по словам Джин, действительно принадлежали Тоуро. Точнее, Тоуро контактировал с этими вещами достаточно регулярно и так далее, и тому подобное. На этом хорошие новости заканчивались.

— Знаешь подходящие к случаю заклинания? — спросил я.

— Если бы мы хотя бы приблизительно знали, что ищем… — протянула Джин. — А так — извини. Без шансов. Только полный ручной перебор.

Я ещё раз оглядел четыре коробки, по кубометру каждая. И каждая под завязку забита самым разнообразным хламом. Хмда. Задания — одно восхитительнее другого у меня в этой жизни.

— Ну… Тогда начнём, что ли? — вздохнул я.

Ферон прищурилась, театрально приложила руку ко рту и с чувством выдала:

— Полиция! Полиция! Мой напарник упоролся чем-то нехорошим! — выражение глубокой задумчивости на её лице сменилось подобным заре просветлением. — Постой. Мы же и есть полиция. Так вас, гражданин, до вытрезвителя подкинуть?

— Спасибо, я как-нибудь сам, — отмахнулся я.

— В крайнем случае найдём тебя, следуя за великими разрушениями, да. Ладно, хватит ерундой маяться, хватай коробки, тащим в штаб.

Посмотрев на мои попытки объять две коробки за раз, Джин закатила глаза и сплела простенький телекинетический тягач.

— А тут вне коробок ничего важного быть не может? — надёжность наших методов вызывала у меня серьёзные вопросы. Вероятно, именно поэтому я и был ведомым в паре.

— Я проверила уже.

И хотя ответ я подозревал заранее, но решил быть последовательным до конца:

— Заклинанием?

— Заклинанием.

— А…

— Нет, не в моём случае.

— Самонадеянность…

— Не в моём случае, — Ферон уверенно шагала вперёд, бросая фразы перед собой подобно сеятелю…

— Эт, Джин…

— Что опять? Да, да, нет, да и больше не задавай двойных вопросов. Доступно?

— Да я не про то. Меня этот… высший хищник заразил по ходу чем-то. Мысли странные какие-то стали.

— А, это мозг называется, не волнуйся, — Ферон послала мне ободряющую улыбку. — Со временем сам собой атрофируется, ты, главное, не думай особо.

Остаток пути прошёл в молчании. Дождь перестал, уступив место иссиня-зеленоватому свечению сумерек. Забавно. Повисшая на растяжках линий электропередач цивилизация короткого Второго Интербеллума залила планету золотистым светом. Наверное, что-то похожее было и во времена Холодной войны — между Второй и Третьей. Когда на Луне улеглась пыль от орбитальных бомбардировок Последней мировой и мы открыли для себя промышленное применение эфира, золото стало всё сильнее и сильнее тускнеть.