Клинок Шарпа
Шрифт:
– Вероятно, нас оттягивают назад.
Харпер мощно зевнул:
– Может, они предложат нам сегодня бесплатно посетить штабной бордель?
– Изабелла прибьет тебя, Харпс! – Прайса развеселила эта мысль. – Тебе бы сбросить узду, как я.
– Это все сифилис, сэр. Не хотелось бы с ним жить.
– А я не могу жить без него. Здрасьте! – сдвинул брови Прайс, видя, как штабной вместо того, чтобы направиться к знамени, где разместился командующий батальоном, повернул прямо к легкой роте. – У нас посетитель, сэр.
Шарп поднялся навстречу
– Капитан Шарп?
– Да!
– Вас ждут в штабе. Прямо сейчас! У вас есть лошадь?
– Нет.
Молодой человек нахмурился. Шарп знал, что в этом случае он должен был уступить свою: приказ генерала прежде всего. Но раздумья длились недолго, особенно учитывая подъем по крутому склону. Штабной улыбнулся:
– Тогда идите пешком. И побыстрее, пожалуйста.
Шарп улыбнулся в ответ:
– Ну и мерзавец! Гарри?
– Сэр?
– Прими командование. Да скажи майору, что меня вызывают к генералу.
– Ага-ага, сэр! Передайте ему от меня привет!
Шарп побрел прочь, пройдя между двух костерков, и начал взбираться вверх по холму, усыпанному надорванными бумажными гильзами. Леру. Конечно, это Леру заставляет Шарпа вернуться в город. Леру, его враг, человек, обладающий таким желанным для Шарпа клинком. Он улыбнулся: теперь-то он получит желаемое.
Глава 6
Веллингтон был зол, а окружающие офицеры смущены его раздражительностью. Все глаза устремились на подошедшего Шарпа. Тот отсалютовал.
Веллингтон нахмурился в седле:
– Боже, да вы не торопитесь, мистер Шарп.
– Пришел так быстро, как только смог, милорд.
– Проклятие! У вас что, нет лошади?
– Я пехотинец, сэр, – ответ был дерзким; адъютанты-аристократы, которых так любил Веллингтон, сурово взглянули на всклокоченного, разгоряченного стрелка с потертым оружием и шрамом на лице. Но Шарп не проявил и тени беспокойства: он знал, к кому шел. Ему довелось спасти генералу жизнь в Индии, и с тех пор между ними установилась странная связь: не дружба, нет, но необходимость, нужда друг в друге. Шарпу нужен был покровитель, пусть и далекий, а Веллингтон иногда нуждался в безжалостном и умелом солдате. Они уважали друг друга. Генерал кисло поглядел на Шарпа:
– Значит, они решили не вступать в бой?
– Нет, сэр.
– Черт бы побрал его французскую душонку, – Веллингтон имел в виду маршала Мармона. – Так значит, они прошли весь этот чертовски длинный путь, чтобы покрасоваться перед нами? Черт бы их побрал! Значит, вы встречались с Леру? – вопрос был задан без перехода, тем же тоном, каким он только что проклинал французов.
– Да, милорд.
– И вы сможете его узнать?
– Да, милорд.
– Хорошо, – в голосе Веллингтона не слышалось удовлетворения. – Он не должен сбежать, вам ясно? Вы схватите его. Понятно?
Шарп
– Я все понял, сэр.
– Слава Богу, хоть кому-то это удается, – вздохнул генерал. – Я перевожу вас под команду майора Хогана. Ему, кажется, удается держать вас в узде, хотя Бог знает, как у него это получается. Удачного дня, мистер Шарп.
– Милорд? – Шарпу пришлось повысить голос: генерал уже направился прочь.
– Что еще?
– У меня есть целая рота, которая может его опознать.
– Правда? – плохое настроение Веллингтона всегда выражалось в грубом сарказме. – И что же, вы предлагаете лишить полк Южного Эссекса легкой роты, чтобы облегчить вам жизнь?
– Там три форта, милорд, периметр очень длинный, одному человеку не уследить за всем сразу.
– Почему нет? От меня же этого ждут, – Веллингтон расхохотался, его хмурость как рукой сняло. – Ладно, Шарп, вы их получите. Но вы не должны его упустить. Ясно? Вы его не упустите, – голубые глаза сверкнули, подтверждая сказанное.
– Я не упущу его, сэр.
Веллингтон криво усмехнулся:
– Он весь ваш, Хоган. Джентльмены!
Штабные офицеры ускакали вслед генералу, оставив Хогана наедине с Шарпом.
Ирландец тихо рассмеялся:
– Ты питаешь глубокое уважение к старшим офицерам, Ричард, это делает тебя идеальным солдатом.
– Я бы добрался сюда гораздо быстрее, если бы тот мерзавец уступил мне лошадь.
– Он заплатил за нее две сотни гиней и считает, что она стоит больше, чем ты весь, со всем своим имуществом. С другой стороны, вот эта кляча стоит десять фунтов, можешь купить, – Хоган указал на запасного коня, которого подвел слуга: майор предполагал, что Шарп явится пешком. Он помог стрелку забраться в седло.
– Извини за спешку, Ричард.
– А что, мы спешим?
– Боже, да. И все из-за твоего клочка бумаги.
Шарп ненавидел ездить верхом: он предпочитал сам управлять своей судьбой, но лошади с этим вполне законным желанием были не согласны. Осторожно понукая животное, он старался не отставать от Хогана, пустившего своего коня шагом, пока, наконец, ему не удалось заставить его идти рядом.
– Список?
– Ничего не показалось знакомым?
– Знакомым? – Шарп нахмурился. Он помнил только вереницу испанских имен и суммы денег. – Нет.
Хоган обернулся, чтобы удостовериться, что слуга не подслушивает.
– Он написан моей рукой, Ричард.
– Твоей? Боже правый! – руки Шарпа нашарили повод, но правый сапог вылетел из стремени. Он никак не мог понять, почему другие считают езду верхом легкой. – Как, черт возьми, Леру мог достать список, написанный твоей рукой?
– Вот отличный вопрос, от которого бодрит даже самым сонным утром. Как, черт возьми, он мог его достать? Торговцы лошадьми! – он произнес это так презрительно, как будто обвинял Шарпа.