Клинок предателя
Шрифт:
Алина относилась ко мне с высокомерным презрением, слегка побаивалась Кеста, но почти сразу же прониклась добрыми чувствами к Брасти.
— Еще! Покажи еще! — услышал я ее довольный визг.
Брасти широко улыбнулся. Он обожал пускать пыль в глаза благодарной публике.
— Хорошо, что на этот раз?
Алина прикрыла ладонью глаза от солнца и сказала:
— Вон там, на том дереве. Видите?
Он привстал на стременах.
— Что там? Не вижу.
— Яблоко же, вот смешной.
Брасти
— Нет там никакого яблока, — сказал он, выдержав театральную паузу. — Всего лишь горошинка, маленькая красная горошинка.
Алина захихикала.
— Это яблоко, любой увидит.
— Даже если и так — а я, заметь, вовсе не уверен в том, что это не маленькая красная горошинка, — то оно слишком далеко. — Он расправил плечи и откинул волосы с лица. — У какого человека, у какого великого человека, должны мы спросить, достанет сил, умения и стальной отваги поразить такую цель?
Кест косо глянул на него.
— Отваги? Думаешь, яблоко попытается тебе отомстить?
Алина хихикнула.
— Молчи, фехтовальщик, — надменно сказал Брасти. — Это дело для настоящего мужчины.
Он завел правую руку за плечо и достал из колчана стрелу. Положил ее, натянул тетиву, а затем направил лук вверх и чуть левее.
— Вы же не туда целитесь, — озабоченно сказала Алина, но Брасти не обратил на ее слова никакого внимания и выпустил стрелу.
Сначала я подумал, что он промазал, но дул легкий ветерок, и стрела полетела по дуге, забирая вправо, а потом угодила прямо в яблоко, сбив его с дерева.
Алина радостно захлопала в ладоши.
— У вас получилось, сударь!
Рассматривая ногти, Брасти небрежно сказал:
— Воистину кто способен на такое великое и ужасное дело?
— Тот, кому лень самому собирать яблоки? — предположил я.
Алина чересчур старательно пренебрегла моей шуткой и все внимание отдала Брасти.
— Но как у вас это вышло? Вы же целились намного левее.
— Ветер, — сказал он. — Необходимо всегда учитывать ветер.
— Но он такой слабый.
— Посмотри на тонкие ветки на том дереве. Видишь, как они раскачиваются? Эта часть дороги защищена от ветра склоном холма, но деревья впереди стоят на открытом месте.
Она посмотрела на него с восхищением.
— А вы можете…
— Еще что–нибудь сбить? Дяде Брасти нужно оставить несколько стрел для негодяев, милая.
— Нет, я не то имела в виду… Я просто думала… — Она сглотнула, глаза ее светились надеждой. — А вы можете и меня научить так стрелять?
Брасти взглянул на нее сверху вниз, потом посмотрел на меня.
Я пожал плечами. Не мне решать.
—
Алина торжественно кивнула:
— Договорились.
— Тебе понадобится лук.
Девочка задумалась.
— У меня нет лука. И денег нет.
Брасти скрестил руки на груди и поглядел на нас.
— Полагаю, если уж я собираюсь обучать тебя мастерству стрельбы из лука, то должен отдать тебе тот лук, который подарил мне мой мастер, когда я у него учился.
— Правда? — спросила она, совершенно очарованная.
Он ушел к последней повозке и принялся копаться в вещах. Брасти вернулся, держа руки прямо перед собой, словно нес нечто драгоценное. Но в них ничего не было.
— Вот, — сказал он. — Твой первый лук.
Шутка, похоже, зашла слишком далеко: девочка едва не плакала.
— Ох, зачем же так жестоко, — сказал Крюг и помахал ей мощной медвежьей рукой. — Иди сюда, крошка. Я сделаю тебе хороший деревянный меч для игр.
Алине совсем не хотелось играть с деревянным мечом, но она шагнула к нему.
— Значит, ты все уже решила? — спросил Брасти.
— Что?
— Что больше не хочешь учиться стрелять?
— Вы же знаете, что это неправда. Почему вы такой злой? Почему вы все такие злые?
Валиана выглянула из повозки.
— Иди ко мне, Алина. Пусть эти болваны сами играют со своими игрушками.
Алина шагнула к ней, но Брасти ее остановил.
— Последний шанс, — сказал он без тени насмешки.
— Вы же и так знаете, чего я хочу, — вздохнула она с несчастным видом.
— Скажи это вслух, — потребовал Брасти; он все еще держал руки так, словно в них лежал лук.
— Я хочу научиться стрелять из лука.
— Еще раз.
— Я хочу научиться стрелять из лука.
Брасти преклонил колено и сказал:
— Тогда прими его.
Она замешкалась.
— Бери.
Она робко протянула руки и сделала вид, будто берет воображаемый лук из его рук.
— А теперь поклянись, Алина. Поклянись, что будешь следовать моим урокам, всегда метко целиться и, более всего, относиться к луку так, словно это твое последнее оружие.
Ничего не понимая, она кое–как произнесла:
— К-клянусь.
Брасти встал.
— Хорошо. Иди, спрячь лук и возвращайся. Для первого урока он тебе не понадобится.
Алина убежала к повозке, делая вид, будто аккуратно прячет лук среди припасов.
Кест посмотрел на Брасти.
— Должен признаться, что я никогда не учился стрельбе.
— Слишком уж утонченное искусство для вашего брата, Кест.
— Возможно… Признаюсь, что никак не возьму в толк, в чем смысл воображаемого лука.