Клиентка по вызову

Тоненькая фигурка топталась у двери в подъезд.

Кирилл никак не мог увидеть лицо девушки — она будто специально отворачивалась от камеры. Звонка снаружи не было — у квартиры в старом доме на Арбате есть свои недостатки. Например, в дом постоянно кто-то ломится, от бомжей до заблудившихся иностранцев. С некоторых пор, чтобы попасть к нему домой, гостям Кирилла приходилось звонить от калитки ему на мобильный.

С завидной регулярностью гости об этом забывали, а курьеры так

и вовсе не читали примечания к заказу и потом потерянно топтались перед массивной дверью в подъезд, не зная, как дозваться хозяина. Девушку Кирилл заметил почти случайно. Только потому, что ждал.

Он нажал кнопку разблокировки, дверь снаружи пискнула и зажужжала, и девушка додумалась потянуть ее на себя. Как там зовут эту прелестницу?

Странное имя такое было… Геката? Астарта?

Дурацкое, сразу видно — «рабочий» псевдоним.

Кирилл вдохнул, выдохнул, огляделся по сторонам в поисках незамеченного хлама, глянул на себя в зеркало в коридоре, пригладил волосы и заржал от того, что ведет себя как жених перед визитом даже не невесты, а тещи.

И распахнул дверь, прежде чем гостья успела нажать на кнопку звонка.

Звонок в квартиру у него был бешеный, верещал так, что, бывало, ныне покойный пес Архип, оставшийся от отца, ссался под себя во сне, когда слышал. Кириллу тоже иногда хотелось, если звон заставал его в коридоре. Но он был солидным взрослым мужчиной и держался.

Хотя подозревал, что однажды сдохнет от инфаркта, услышав звон, и курьер с пиццей будет долго-долго жать кнопку, а звонок истерически вопить над бездыханным телом.

Щелкнул замок, дверь распахнулась, и девушка шагнула внутрь, сразу внося с собой в квартиру запах зимы и пряничный дух арбатской ярмарки.

— Здравствуйте, я Веста, — сказала она. — Вам должны были обо мне…

— Шшш… — Кирилл взял девушку за руку, завел в квартиру и прижал палец к ее губам. — Давайте обойдемся без лишних слов.

Ему ужасно не хотелось погружаться в эту пошлятину, в примитив товарно-денежных отношений прямо с порога. Потому что девушка была… удивительной.

Юной, свежей. Красивой той неброской красотой, которая раскрывается только со второго взгляда, зато не отпускает потом очень долго.

Черные блестящие волосы гладкой волной перетекали со спины на плечи, кожа сияла фарфоровой белизной, а пухлые вишневые губки навевали мысли одновременно грешные и невинные. Длинные пушистые ресницы обрамляли колдовские ореховые глаза с золотыми искрами в глубине.

Фигурка была под стать: тонкая талия, которую не сумел спрятать даже объемный пуховик, аппетитная грудь, раскрывшаяся во всей красе, когда гостья потянула вниз молнию куртки, идеальная круглая попка, обтянутая черным платьем.

Стройные ножки Кирилл оценил, пока она расстегивала свои ботильоны, поставив ногу на скамеечку. Правда потом он замешкался, растерянно глядя на ее босые ступни в черных колготках. Ей что — тапочки предложить? Вид будет — зашибись. Но и предполагать, что она возит с собой сменку, было бы странно.

Женщин в гостях у него не было давно, он даже не подозревал, как нынче со всем

этим обходятся.

Девушка по имени Веста покачнулась, неловко наступив на край коврика, и Кирилл подхватил ее под руку, с неожиданным трепетом коснувшись маленьких тонких пальчиков с аккуратным маникюром. Замерзших с улицы — не хотелось их отпускать, хотелось согреть дыханием.

Он сам себе удивился.

Страшно представить, сколько парни заплатили за профессионалку такого уровня. Вызывающую с порога такие чувства. Это запредельный какой-то профессионализм.

Или он отстал от жизни, и теперь в Москве можно заказать не только такси, еду и уборку по демпинговым ценам, но и проститутки хай-класса приезжают по тарифу «плечевых» на трассе?

Кирилл решил, что об этом всегда можно спросить потом. Или у ребят, заплативших за этот подарок ему. Или… никогда.

Какая разница, если эта малышка, которая должна была стать неудачной шуткой идиотов-друзей, вдруг вызвала в нем такие почти забытые чувства? Робость, нежность, желание… понравиться?

Он так и не выпустил пальчики из своей руки, потянул девушку за собой и она, почему-то поколебавшись, пошла следом.

— Хочешь выпить? Воды? Вина? Чего-нибудь покрепче? — предложил он и тут же прикусил язык, сам вспомнив, что запретил болтать.

Она качнула головой:

— Не надо… ничего не надо. Давайте начнем…

Кирилл почему-то думал, что жрицы любви сразу переходят на «ты» и вываливают полный арсенал презервативов и дополнительных средств, вроде виагры и мирамистина. Но, честно сказать, опыт его ограничивался фильмом «Красотка», парой зацепленных краем глаза бесед в интернете, где девушек по вызову называли «феями» и оценивали искренность их фальшивого оргазма, да убийством проституток в видеоиграх.

Возможно, настоящие «феи» ведут себя именно так: скромно опускают глаза, называют на «вы» и не рассусоливают с вином и сыром.

Кстати, сыр у Кирилла тоже был. Целая сырная тарелка, упакованная вместе с виноградом, орехами и медом прямо в «Азбуке Вкуса». Он купил ее как-то автоматически, совсем не думая о том, что вечером придет в гости девушка. Но на самом деле, конечно, думая, только очень уж на заднем плане. Поэтому и вышло так странновато — набор для романтического свидания там, где подразумеваются строго деловые отношения. Приход-расход, сунул-вынул.

Да, он, Кирилл, разволновался перед профессионалом своего дела, как девственник перед первым поцелуем.

В каком-то смысле и девственник. У него ни разу в жизни не было такого опыта. Как-то… не приходилось. Всегда женщины любили его сами и временами даже навязывались.

Тащить проститутку в свою спальню показалось почему-то слишком пошлым, да и не хотелось «осквернять» личную постель общественным сексом. Черт знает, чего в его мотивации было больше.

Так что он завел Весту в гостиную, осторожно снял с ее плеча сумочку, поставил рядом с диваном и жестом пригласил гостью располагаться.