Чтение онлайн

– А-а, ты, доходяга. Ты что здесь ошиваешься?

Как обычно, сержант поднимал свою широкую ладонь, замахивался, резко бросал руку, останавливая ее перед самым лицом подчиненного, мол: «Если, мол, пикнешь – придушу». Так он заставлял себя уважать и бояться. Этот любимый жест сержанта был резким, ошеломляющим, что молодые сержанты пугались и машинально одергивали со страхом голову. И в этот раз Иродов замахнулся, чтобы в очередной раз, почувствовать и получить удовлетворение от власти, чтобы вознестись и унизить. Но Димка даже не шелохнулся и не моргнул глазом. Ни один мускул не дрогнул на его каменном

лице. Он продолжал стоять, застыв на месте, играя желваками, направив свой дерзкий взгляд прямо в глаза потрясенного командира взвода. Такой наглости и прыткости Иродов, конечно, не ожидал.

– Ты что это, щегол, давно кровью не ссал, портянки слюной давно не стирал?

Димка молчал. Он весь напрягся и сжал кулаки. И здесь более сильный физически Иродов, исподтишка, снизу нанес левой рукой легкий, резкий удар в подбородок подчиненному, следом, правой рукой, ударил рядового в солнечное сплетение. Это был давно отработанный и излюбленный прием сержанта, владеющего боксерской практикой. Пока Димка, присевший на корточки, боролся с приступом острой боли и не мог вздохнуть, сержант поливал его бранной речью:

– Говнюк! Салага! Тварь! Мразь! Ты на кого ощетинился? Не забудь, что сегодня в ночь ты идешь в караул. Там я поговорю с тобой конкретно. Быдло вонючее. Лошадник хренов. Говнюк!.. Молокосос!..

Иродов умолк только тогда, когда за своей спиной услышал радостный, восторженный и трепетный возглас библиотекарши Риты:

– Саша! Саша! Я тебя заждалась.

Иродов обернулся и зло улыбнулся. Когда влюбленная парочка удалилась, Димка долго еще сидел, опустив голову, беззвучно плача, отирая слезы не разжатыми кулаками. Отпор был дан – первая маленькая победа! Но отчего она так горька на вкус?

…В караул ходили по двое. Цель караула состояла в том, чтобы охранять склады с оружием и боеприпасами. Караульное помещение находилось за колючей проволокой, в три ряда по периметру обволакивающей складские здания. В двух углах этого периметра стояли старые, полуразвалившиеся смотровые вышки. Обход совершали по очереди. По одному часу.

В эту ночь дождь лил как из ведра. Он начался еще поздно вечером, с внезапной, возникшей ниоткуда грозы. Гроза перешла в непрерывный поток. Димка любил дождь. Во время дождя ему всегда становилось легче и светлее. Он вспоминал свой дом. Оставшись один в караульном, слабо освещенном помещении, он отвернул лацкан гимнастерки и подошел к маленькому окошку. Шрам на левой груди совсем округлился. Все его мелкие, разрозненные части срослись воедино, и Димка увидел внутри шрама первую заглавную букву своего имени: «D». Димка погладил шрам, так как он гладил своего коня Даймона.

… Когда Димка в очередной раз пришел в «караулку», чтобы смениться, Артур, похлопав друга по плечу, сказал:

– Отдыхай, Димон! Уже никто не придет, тем более в такой дождь. А я пойду на вышку.

Димка скинул с плеча плащ и сел на длинную лавку возле печки, выставив вперед ноги. Он просидел так недолго. Едва лишь по телу прошла первая волна живительного тепла, рядового свалил сон. Он лег на лавку, выпрямился и расслабил окоченевшее тело. Кто-то позвал его: «Даймон! Даймон!». Гнедая молодая кобылица с глазами библиотекарши Риты подошла к нему и прикоснулась губами к

загривку. Конь встрепенулся и помчался сквозь ветер. Пламя от клейма обжигало все тело. Оно горело. «Что-то должно произойти. Только что?».

Дверь с визгом распахнулась. На пороге появился командир взвода Иродов со своим закадычным подпевалой Издевкиным. Сержанты были изрядно пьяны. Их качало из стороны в сторону. Шел третий час ночи. Димка вскочил с лавки. Выпрямился, приветствуя старших по званию согласно уставу. И тут же получил несколько ударов ногой в пах и в лицо. Рядового откинуло назад.

– Ты знаешь, Дева? (это было прозвище командира взвода). Этот слизняк сегодня в библиотеке огрызнулся на меня. – Сержант зло прищурил глаза. – Хватит ему в девственниках ходить, пора ему «ломать целку».

– Этим мы сегодня и займемся, – поддакнул Издевкин.

И оба пошло загоготали.

Когда Димка, отдышавшись, спокойно поднялся и сел на лавку, отирая с лица кровь, Иродов бросился к нему словно зверь и, взяв за грудки, заорал:

– Принеси ведро воды и нагрей на печи. Подмываться будешь. Козел! – Сержант ехидно и высокомерно заулыбался, скривив губы.

Димка, не говоря ни слова в ответ, взял ведро и вышел. Артура не было видно. Он продолжал спокойно спать на вышке. (В части между солдатами, давно ходил слух, что склад давно пуст. Идущим в караул выдавали автомат и один «магазин» с тридцатью патронами. Когда охранники менялись, они передавали оружие друг другу. Единственная пригодная для укрытия вышка находилась в противоположном от караулки углу охраняемой территории).

– Бежать! – мелькнула первая мысль.

И что-то бросило Димку вперед. Выбежав в ночь, под проливной дождь, он долго не мог вздохнуть. Ком слез привалил к горлу. Он с яростью бросил ведро в дверь «караулки».

– Вот вам! Козлы!!! – сказал про себя рядовой. Сказал спокойно, без страха, как можно громче.

И выплюнул изо рта горечь обиды и унижения! Взбрыкнул, как дикий вороной мустанг! Зло и непокорно ухмыльнулся, глядя исподлобья на дверь «караулки», лихорадочно перебирая варианты дальнейших действий.

За дверью послышалась матерая ругань. Клеймо воссияло таким пламенем, что кажется, еще чуть-чуть бы и гимнастерка вспыхнула огнем. Адская боль пронзила тело, так что Димке, в момент промокшему под проливным дождем, стало нестерпимо жарко и душно! Он не помнил, как добежал до вышки. Слепая, смешанная с яростью волна ненависти захлестнула его. Подбежав к вышке, Димка истошно заорал:

– Артур!! Артур!! – Это уже был не то клич, не то рык зверя.

Друг спокойно спустился, позевывая, совершенно недоумевая, что может случиться в столь поздний час, да еще в столь ненастную погоду. Оружие Артур держал в руках.

– Автомат! Дай автомат! – Орал возбужденный Димка. Глаза его горели огнем.

– Ты что?! Димон?! Ты что?!

Не успел Артур опомниться, как Димка быстрым резким движением выхватил из рук изумленного сослуживца автомат и бросился обратно к караульному помещению. Он пробежал всего несколько метров, как в тусклом свете прожекторов, с трудом пробивающих ночную дождевую завесу, перед его глазами выросли две человеческие фигуры. Времени на раздумье не было. Димка опустил предохранитель и нажал на курок. Грянули выстрелы!!!