Чтение онлайн

Во тьме снова что-то сверкнуло, затем раздался глухой хлопок и тихий мат. Дрожащим маревом прокатилась волна искажения пространства. Вскоре послышались тяжелые шаги. Останься на посту мальчишка, уже бы ляпнул: «Стой, кто идет?» Но оперативники особого отдела рисоваться не спешили.

Из темноты на площадку шагнул мужчина, напоминающий скорее бесплотную тень, чем человека. Его контуры расплывались и шли рябью, вместо лица — серое пятно. Следом вышли еще шестеро. Все вооружены пистолетами и одеты в безликую форму, напоминающую военную, только без погон и знаков различия.

— Если это разводящий или начальник караула, то я — балерина

из Большого театра, — мысленно поделился своими соображениями Девятый, цепким взглядом рассматривая «гостей».

— И где этот щенок? На посту… утро… службу нести …мать! — ветер донес хрипловатый смутно знакомый голос. Речь казалась неестественно замедленной и глухой.

— Тебе не похер? — ответил незнакомый голос со странным акцентом. — В город к девкам рванул. Или забухал. Открывай давай, портал вечно держать никто не будет. Грузовая платформа на подходе.

— А если отлить отошел? Или к этим, на КПП, для сугреву принять? Только начнем грузить — тут и вернется, пару очередей как даст…

— Отошел бы отлить — уже бы давно вернулся, — послышался новый, совсем молодой голос. — Точно, в самоволку дернул, и товарищи с ним. До баб тут меньше километра, а до общежития ученых и того ближе.

— Какого хрена бы они там забыли? — усомнился «знакомец».

— Эх ты, даже не знаешь, что там самогонку варят. А еще командир части!

— Да я им, сукам, такую самогонку с бабами устрою! На «губе» сгною, под трибунал отдам, урою! Будут жалеть, что сегодня не сдохли…

Голос командира части звучал бесцветно, механически, неуверенные движения казались то рваными, то странно замедленными. Спецназовцы переглянулись.

— На заклинание подчинения похоже, — пригляделась Химера. — Право сильного в действии.

— Или под внушением, — отозвался Барсик. — Надо взять живым. Перехватим инициативу — право сильного будет уже за нами.

В дальнейшей болтовне не было смысла. Глаза Химеры резко потемнели, поток Силы разорвал ночь одновременно с автоматными очередями. Командир части, едва не успевший сам открыть ворота, растянулся на заиндевевшем бетоне, оглушенный заклинанием и для надежности связанный “авоськой”. В его вытаращенных глазах не осталось ничего, кроме безраздельного ужаса. Четверым незваным гостям повезло меньше — их трупы уже медленно остывали, заливая кровью бетон. Двое оказались сообразительнее и попытались укрыться среди складских зданий, отстреливаясь в ответ. Но люди, хоть и вооруженные — всего лишь люди, у них не было шансов уйти. Тройка боевых магов спокойно и быстро расправилась с ними парой летальных заклинаний. Зачем зря шуметь и тратить патроны?

Химера устало убрала выбившуюся из-под шапки челку, погладила еще теплый ствол верного автомата и окинула площадку равнодушно-сосредоточенным взглядом.

— Надо вызвать труповозку. И перед начальством отчитаться.

— Тревога уже поднялась, труповозку и без нас вызовут, — махнул рукой Девятый. — Пойдемте, часовых развяжем, замерзнут еще к демонам.

— И этого борова сдадим куда надо, — добавил Шестой, сплевывая под ноги. — Восьмая, визор цел?

— Цел, — браслет на руке брюнетки послушно заиграл разноцветными огоньками, настраиваясь на засекреченную волну их подразделения. — Тайфун-Первый, прием!..

— А где этот, расплывчатый? — деловито спросил магов до этого молчавший оборотень, не обнаружив странного, словно нереального, визитера среди убитых.

Маги замерли.

— С-с-сука, —

обреченно прикрыл глаза Шестой, потянувшись за сигаретой. — Упустили!

— Не совсем, — сверкнула глазами Химера, настраиваясь на свою личную Печать, все дальше удаляющуюся от Свердловска-45.

Это выглядело слишком нереальным, чтобы быть правдой. Пятна крови на снегу казались слишком черными, чтобы быть кровью.

— Мама, догоняй!

Заливистый детский смех смешался со шлепаньем маленьких ножек по деревянному полу.

— Лина, осторожно, лоб расшибешь! — донесся голос матери из соседней комнаты.

Расшалившаяся Полина не успела затормозить и с разбегу врезалась в дверь. Дверь, которой не существовало.

— Мама?

Девочка обернулась и уперлась в глухую кирпичную стену, покрытую копотью и какой-то склизкой мерзостью.

— Мамочка, ты где?

Полина растерянно оглядывалась по сторонам, теребя подол ситцевого платьица, сшитого бабушкой на ее седьмой день рождения. Но не увидела ничего, кроме обгорелой кирпичной кладки. Под ногами прошмыгнула крыса величиной с дворнягу. Издав отвратительный писк, тварь скрылась в вязком сером ничто, медленно расползающемся вокруг.

— Мама, мне страшно! — прошептала девчушка, вжавшись в стену. — Мамочка, забери меня отсюда! Я буду хорошо себя вести, только забери!

С потолка мерно закапала вода, срываясь крупными тяжелыми каплями. В абсолютной тишине этот глухой звук казался противоестественно громким и зловещим. Полина оцепенела от ужаса и попыталась зажать уши, но это не помогло — монотонный звук раздавался как извне, так и изнутри. Все громче. Еще ближе. Ближе… Полина выставила ручонки, словно пытаясь защититься от неведомой угрозы, безликого зла, которым пропиталось все вокруг. И вскрикнула: ее руки оказались по локоть в крови. Вместо воды с потолка капала кровь, собираясь в лужицы. Лужицы сливались, превращаясь в ручейки. Вскоре Полина стояла по щиколотки в крови, беспомощно вжимаясь в холодную обгоревшую стену, кроме которой не осталось ничего.

— Мама! Мамочка!!! — отчаянно закричала девочка, колотя и царапая стену окровавленными руками. Из глаз брызнули слезы, затянувшие все вокруг багровой пеленой. Вместо слез по щекам побежали кровавые капли, так же мерно разбивающиеся об пол, превратившийся в кровавую реку.

— Мама, помоги!

Крик Полины он услышал еще на улице, едва успев выйти из портала. Мольбу о помощи, крик испуганного ребенка, зовущего маму, которая никогда не придет.

Переместиться в комнату было несложно. Намного тяжелее оказалось увидеть скорчившееся дрожащее тело, забившееся в уголок кровати. Ивашин грубо выругался, тряхнув девушку за плечо. Полина дернулась, распахнув глаза в пустоту.

— Лина, это сон. Просто сон, — маг мягко притянул к себе дрожащее тельце. — Успокойся, тебя никто не тронет, обещаю.

Девушка замерла и встряхнула головой, пытаясь вырваться из паутины кошмара.

— Простите, Андрей Аристархович, — едва слышно прошептала она, пытаясь отстраниться. — Я не нарочно.

— Первородная Тьма! — выругался иерарх. — Не собирался действовать так радикально, но отныне ты спишь со мной. Никакие возражения не принимаются.

Подхватив ничего не понимающую Полину на руки, маг переместился в свою комнату. Опустив девушку на постель, он подошел к бару, плеснул в стакан бренди и поднес к губам испуганной гостьи.