Чтение онлайн

Кривить душой не стану. Я ожидал чего-то бредового, но чтобы вот настолько — НЕТ! Это ж реально уже совсем клиника! Предложи я что-то подобное и страшно представить какой вой бы поднялся.

Стратеги, мать их! Но ведь предложение поступило не от меня. Так что, а почему бы и нет.

Я согласен. Гы.

В принципе вариант, несмотря на дикость, казался вполне рабочим. Даже более того, уже был проверен в поле. И вероятность успеха, по моим скромным прикидкам, возрастала прямо пропорционально размерам чудовищ, с которыми придётся столкнуться.

Сюда

как нельзя лучше вписывалось правило “чем больше шкаф, тем громче падает”.

Итак. Мой фамильяр, который в пьяном угаре дошёл до того, что назвался как мазь от геморроя, пошёл ещё дальше. Он решил стать смертником — камикадзе.

Одной из особенностей Везена было перевоплощение. Он мог принять облик любой известной ему птицы. Разве что был ограничен только её размерами. Например, в страуса или грифона при всём желании мой фамильяр не обратится. У меня банально не хватит сил, чтобы провернуть подобное.

Либо просто не сработает, либо не сработает и при этом я ещё и потеряю сознание из-за резкого и значительного оттока жизненной энергии.

Но страус нам и не нужен. А вот от грифона, как от ездового маунта, я бы не отказался, но не судьба.

Зато в воробья или что ещё круче, точнее мельче, в колибри Везен перевоплощался вообще запросто. И для меня это совсем не затратно в плане расходования сил.

А дальше мы повторяем фокус с убийством саблезуба на арене. По ситуации и зависимо от вида противника фамильяр в облике колибри либо просто подставляется и позволяет монстру себя сожрать, либо как высокоточное оружие сам влетает в его пасть, как только уличит подходящий момент.

Неприятный момент — Везен стопроцентно погибает. Собственно в этом и заключается вся суть плана. Приятный момент — я сразу же его воскрешаю, и мы побеждаем.

Как и дурацкого саблезуба, какой бы монстр нам ни противостоял, чёрное пламя перерождения феникса гарантированно прикончит чудовище. Независимо от размеров. Единственное, что определял размер врага, так это, насколько легко будет фамильяру залететь к нему в пасть.

Вуаля.

— План дибильный, но оттого он нереально крутой. Боз, признаю, я совсем не ожидал. Точнее, ожидал, но совсем другое. Что-то… а ладно, неважно же теперь. Чего это я.

— А й-йа (ик) тебе гов-ворил, что мы не прос-сто так т-тут бухали.

В этот момент в дверь тихонько постучали.

С кухни прибыл наш заказ. Мясо и глаза.

В библиотеку юркнула миловидная девчушка. Совсем ещё юная, лет шестнадцати, не больше. Она с трудом, но удерживала поднос в идеально горизонтальном положении, не позволяя ему наклоняться в какую-либо сторону.

Немудрено, ведь на подносе красовались запечённые до золотистой корочки три весьма упитанных зайца. Для кроля размер тушки слишком великоват.

— Куда можно поставить? — девушка вошла в библиотеку всего на пару шагов и остановилась, ожидая указаний. По всему видно, что ей очень неловко и непривычно тут находиться. Возможно, даже

впервые оказалась в обители жуткого чудовища — совуха.

— Давайте прямо сюда, — рукой указываю на стол.

— Ой, — девица ойкает, когда приблизившись замечает обгоревшую столешницу, и замирает, не решаясь опустить поднос на стол.

Приходится отобрать у неё поднос и самому водрузить его по центру стола. Предварительно выждав несколько мгновений, пока совух аккуратно не сместил тарелку со спящим вороном немного в сторону.

Ох… как же пахло запечённое мясо.

Боз моментально пустил слюни. Сейчас, под действием алкоголя, он не особо волновался об этикете. Да и я был лучше. Хотя всё-таки и утёрся по-быстрому рукавом, чтобы совсем уж не упасть в глазах девушки, показав себя дикарём.

— Чего-то ещё желаете? — девушка невозмутимо хлопает ресницами, ожидая, когда позволим ей уйти.

— Нет, спасибо вам большое, больше ничего не нужно. Спасибо.

— Тогда я вас оставлю, — он почтительно кланяется Бозу, а затем уже мне и добавляет. — Гута просила обязательно вам напомнить, что сегодня вы отвечаете за уборку в помещении кухни. Приятного аппетита.

На этом девушка разворачивается, прежде прихватив и плотно прижав к груди, как дорогую ношу, пустые винные бутылки, и на цыпочках выскакивает из библиотеки.

За те десять секунд, что я взглядом провожал нашу кормилицу к выходу, за столом произошли удивительные вещи. Один кроль или заяц исчез. Он просто испарился. И судя по устремлённому взгляду совуха, вторая запечённая тушка тоже вот-вот исчезнет.

А нет. Соврал. Кое-что таки осталось.

Несмотря на разгулявшийся аппетит совух не забыл о своём собутыльнике. Он сожрал тушу зайца, отделив перед этим от неё голову. Так что, когда ворон проснётся, ему будет чем угоститься.

А вот, к слову, и он. Стоило только подумать о нём и его излюбленном деликатесе, как феникс тут же зашевелился.

— Выспался, пьянь? — несмотря на подкол, я переместил заячью голову к ворону, чтобы тот мог выклевать глаза. — Угощайся.

Ага, как же. Я слишком быстро что-то позабыл о скверном характере фамильяра. С прискорбием пришлось констатировать факт того, что когда Везен трезвый — он мудак.

Необъяснимо, но факт: птица проснулась абсолютно трезвой. Видимо тут играло немалую роль то, что он всё же пришлый в наш мир и его организм устроен иначе.

Ворон, как ни в чём не бывало, выскочил из тарелки с вином и отряхнулся, забрызгав всё вокруг себя.

Сперва, не менее четверти часа, он любил мой мозг по поводу того, что даже самому идиотскому идиоту должно быть известно о том, что сырые глаза самые вкусные. И полезные. Витамины там всякие: Ц, Д, Ы, Э и прочие. А я ему что приволок?

Но при этом падла выклевал и сожрал все шесть запечённых. И даже спасибо не сказал.

А вот после этого началось поистине настоящее шоу. Его нытьё об испорченных глазах оказалось просто цветочками.