Кинжал Зигфрида
Шрифт:
Она молча качала головой. Нельзя. Сестры тоже качали головами. Авксентий вот ни гроша не имел, но Царствие Небесное себе обеспечил.
Михаил взялся ухаживать за Филофеей. Однако куда ему было соперничать с Ангелом? Благо молодой человек не знал, с кем вступил в состязание.
– Она ведь еще не монахиня? – спрашивал он у старушек. – Не постриглась? Значит, дорога в мир ей не заказана.
Инженер бродил с планшетом и приборами по монастырскому тракту, что-то измерял, записывал. Уезжал, снова приезжал. Привозил гостинцы
– Слухи ходят, нечисто тут, на болотах, – как-то сказал он. – Призраки балуют. Или бандиты под них косят.
– Что? – не поняли сестры.
– Осторожней вам надо быть, – посоветовал Михаил. – Двери запирать покрепче. Ружьишко бы тоже не помешало.
Глава 12
Старая Русса
От Грибовых «сыщики» вернулись к Шемякину. Бывший майор сменил гнев на милость и гостеприимно распахнул двери дома. Он привык принимать у себя приезжих, кормить, устраивать на ночлег. Кто бы ни были эти двое, назвавшие себя друзьями Неверова, лучше привлечь их на свою сторону.
Хозяйка – медлительная неразговорчивая особа с льняными, собранными в пучок волосами и круглым лицом – накрыла на стол. Дочка Шемякиных, розовощекая барышня лет шестнадцати, откровенно кокетничала с Матвеем, предлагая то соленых огурчиков, то рыжиков, то домашней рябиновой настойки.
Егору Петровичу это не понравилось.
– Брысь отсюда! – сердито сдвинул он брови. – Поела, иди спать.
– Ну, па-а-ап…
– Брысь, я сказал!
Она вскочила, вильнула бедрами и вышла, не оглядываясь. Хозяйка укоризненно посмотрела на мужа.
– Пусть знает порядок! – хлопнул тот ладонью по столу. – Ишь, распустилась!
Жена Шемякина принесла самовар и блюдо с пирожками. Чай пили молча.
– Убери посуду, – буркнул ей Егор Петрович. – Нам поговорить надо.
– Можно остаться у вас до утра? – спросила Астра.
– Конечно. В гостинице дорого и неуютно. Мне после армии все казенное не по нутру. Я вас в угловой комнате размещу. Выспитесь как следует! А хотите, баньку растоплю?
– Ой, спасибо, – устало улыбнулась она. – Если вам нетрудно.
– Что вы? Какие труды? Приятно услужить красивой женщине.
– Мы заплатим, – сказал Матвей.
Хозяин нахмурился:
– Обидите! Расскажите лучше, что удалось выяснить про вашего друга. Кто-то пошел с ним в лес?
– Грибовы. Влад пообещал им денег за кабанью охоту, братья сделали вид, что согласились. Повезли его черт знает куда – хотели обдурить городского недотепу. Пока егеря прикидывались загонщиками, на стрелков выбежал настоящий секач. Неверов бросился за ним и был таков. В общем, кто кого перехитрил, непонятно.
– Значит, Грибовы остались при своих интересах? – усмехнулся Шемякин. – Так им и надо. Молодец москвич, парень не промах. Он хоть подстрелил кабана-то?
– Похоже, нет. Тушу ведь надо было разделать и все такое. Не утащил же Неверов кабана на своих плечах? Братья думают, он решил сбежать
– Каждый по себе судит. Грибовых жадность до добра не доведет! – Хозяин потянулся к графину с рябиновкой, но на ходу опустил руку и повернулся к Матвею: – А почему же ваш друг машину не забрал?
– Мы сами в недоумении. Неужели он так Грибовых боится, что решил за джипом не возвращаться?
– Эй, он у вас в своем уме? Его тачка уйму бабок стоит!
– Наверное, позже заберет, когда все уляжется, – предположила Астра. – Братья остынут, неудачная охота забудется.
Шемякин в задумчивости потирал щетину на подбородке.
– Нет, странно как-то…
– Что – странно?
– Куда Грибовы его возили?
– Охотничий домик «Вепрь» знаете?
– Знаю. Хозяйство там обширное, но запущенное. У государства средств не хватает содержать угодья как следует. Болота рядом – Дамиановы топи. – Он запнулся и в упор посмотрел на приезжих: – Вы уверены, что с вашим другом ничего не случилось? Места там гиблые, неопытному человеку заблудиться да в трясину угодить – раз плюнуть. У него хоть компас с собой был?
– Грибовы говорят, был.
– Они соврут и не почешутся! Ладно, утро вечера мудренее. Пойду баньку топить, а вы пока отдыхайте.
Астра от рябиновой настойки и обильной еды разомлела, глаза слипались, в голове крутились разрозненные мысли. Леда Куприянова со следами слез на лице. Лукавые братья Грибовы – вдруг действительно наврали с три короба? Джип, который Неверов почему-то оставил во дворе у Шемякина. Дурацкая охота.
Прав Шемякин, странно все выглядит.
– Повидать бы тех егерей, – пробормотала она. – Макара с напарником.
Матвей отказался даже обсуждать этот вопрос.
– У нас не «Нива», если ты помнишь. Дороги там ужасные, о грунтовках я уже молчу! Разве что арендовать лошадь и телегу у местных жителей. А комары? Уволь, дорогая!
Жена и дочка хозяина притихли в другой комнате, через деревянную стенку было слышно, как работает телевизор. Сам Шемякин принес из бани запах березовых поленьев, дыма и сухих трав.
– Парная готова, – радостно заявил он с порога. – Вы вдвоем пойдете?
«Сначала я!» – хотела сказать Астра.
Но Матвей ее опередил:
– Вдвоем.
«Лучше не спорить, – подумала она. – У него в Камышине тоже есть баня, а я толком не умею париться. Угорю, пожалуй. Или обожгусь».
– Венички справа, как войдете, в бадейке преют, – скороговоркой объяснил хозяин. И крикнул жене: – Полотенца неси, Марья!
В бане Астру обдало жаром, душистый пар заполнил легкие. Ее сморила такая усталость, что ни для стыдливости, ни для возбуждения от вида обнаженного мужского тела сил не осталось. «Он хорошо сложен, – лениво отметил ее ум. – Без одежды смотрится великолепно. Везде». Она позволила Матвею пройтись по ее спине веником, остальное помнилось смутно… Кажется, он ее целовал. Потом лил на раскаленные камни травяной отвар… Сквозь горячий туман она едва различала его лицо. Ей было жарко и хорошо…