Чтение онлайн

— Господин Извольский, вы, как человек, наиболее близкий к социалистам, часто бываете за границей, расскажите, где живут лидеры социалистических партий, скажите, на что живут революционеры, откуда они берут деньги на свои конференции, проживание, еду? На пожертвования и партийные взносы?

— Мммм, мне надо подготовиться, Михаил Александрович.

— Не надо! Всё и так понятно, они живут на деньги Германии и Англии. Это нам надо готовиться к революции, а вам к тому, чтобы об этом говорить с главой французского и английского МИДа. С немецким бесполезно, но я всё равно бы хотел,

чтобы вы переговорили с ними.

— Хорошо, я сделаю всё, что в моих силах.

— Господа, — решил подытожить тяжёлый разговор Столыпин, — надеюсь, общими усилиями мы сможем предотвратить катастрофу и удержать Россию от поражения и революции. Честь имею!

— Честь имею!

— Честь имею!

И, тяжело встав из-за стола, министры по очереди покинули помещение. Каждый из них думал о своём, кто-то о России, а кто-то и о солнечной Ницце и кафе-шантанах на берегу лазоревого моря.

Положение дел не было критическим, но каждый оценивал его по-своему. Никто из них не предполагал, с чем предстоит столкнуться, и никто не верил, что эту провокацию затеял какой-то чёрный дикарь. Это просто не укладывалось в их головах, как не укладывалось и в головах немцев, французов и, частично, англичан.

Каждый из них думал, что это затеяли свою игру их принципиальные противники, и никто из них не был до конца прав. Что ж, у кого больше прав, тот и прав. А кто владеет информацией, тот правит миром. Но будущее всё ещё было очень туманным и не все фигуры были пока выставлены на шахматную доску.

Драган Жуткович был ничем не примечательным молодым человеком, худощавого телосложения, с чёрной, вечно всклокоченной, шевелюрой, жидкими усиками и чёрными, как уголь, глазами. Родился и жил он в небольшом местечке Сербии, под названием Дубровник, что находится на побережье Адриатического моря.

Характер у него был сложный, нервный, полный различных комплексов и нереализованных желаний, склоняющих его к метанию из крайности в крайность. Он поступал в университет в Белграде, но с треском оттуда вылетал за прогулы. Денег постоянно не было, несмотря на помощь престарелых родителей.

Пытался работать официантом, рыбаком, швейцаром, пока не познакомился с активистами сербской националистической организации «Чёрная рука». Идея возрождения революционного духа сербов поначалу захватила его, и он стал активным участником их боевой ячейки. Затем, постепенно, он охладел к ней, но связей с ними не прерывал. Ведь они снабжали его деньгами, а его услуги были минимальны.

Как-то, в один из дней, Драган, расположившись в кафе в Сараево, неторопливо потягивал из чашечки недорогой кофе, когда недалеко от него присела за соседний столик шикарная рыжеволосая молодая дама, в свежем красивом белом платье. На голове у неё красовалась кокетливая шляпка, а в руках она сжимала длинные перчатки.

Дама заказала себе кофе и небольшой круассан и, томно вздыхая, стала смотреть с открытой веранды кафе на красивый пейзаж, открывавшийся её взору.

Женщина была очень красива, и именно такой типаж очень нравился Драгану, не избалованному

женским вниманием. Её нежные голубые глаза, точёный носик и матовая белая кожа будили в нём неистовое желание и бурную любовь. Он стал исподтишка бросать на неё взгляды, одновременно желая подойти к ней и, в то же время, боясь её отказа.

Вдруг женщина обернулась к нему, почувствовав его внимание, и мило улыбнулась. Это шанс! — подумал Драган и, одёрнув пиджак, встал, решившись подойти к ней и познакомиться.

— Госпожа, не в силах удержаться от взгляда на вас, я решился, всё же, подойти. Разрешите Вас угостить чашечкой кофе и чем-нибудь ещё, на ваш выбор?!

— О, вы так милы, юноша! Признаться, я впервые в Сараево и изрядно устала от его красот. Я ничего и никого тут не знаю, вы не поможете мне? Я буду вам очень благодарна.

Драган аж задохнулся от радости. Какая удача, такая леди и попросила его о помощи. Конечно, он поможет ей. Он готов бродить с ней целыми днями, не уставая. Эти мысли вихрем пронеслись в его голове, закружившейся от счастья, а вслух он сказал.

— Я почту это за честь. Вы очень милы, мой долг, как настоящего мужчины, спасти вас от усталости. Вы уже разместились?

— Да, я остановилась в маленькой гостинице, на краю города. Оставила там вещи, пошла прогуляться и, кажется, немного заблудилась. Вы не поможете мне добраться до неё?

— Конечно! Давайте пока с вами попьём кофе, а потом я с удовольствием провожу вас до гостиницы.

Они мило болтали, и Драган постепенно растворялся в голубых глазах незнакомки, в таких милых, немного насмешливых глазах. Дальнейшее он помнил смутно. Они шагали с ней рука об руку, болтали, смеялись, пока он не довёл её до гостиницы и не попрощался там с ней.

Домой он не шёл, и не бежал, он летел, иначе и не скажешь. Летел на крыльях любви. Весь мир казался ему огромным и цветным. Небо синим, до прозрачности, заходящее солнце красивым, до безумия, а нежная зелень деревьев напоминала о рае земном.

Он каждый день приходил к ней, а потом они гуляли, почти до вечера. Близость её молодого тела и его нежный запах сводили юношу с ума. Он безумно её хотел, но не решался на следующий шаг, пока она сама не позвала Драгана к себе. Но, дав себя обнять, не позволила большее. Весь распалённый, кипящий страстью, с гудящей головой и тем органом, в котором сосредоточилась вся его любовь к ней, он с жаром воскликнул.

— Любимая, я готов пасть у ваших ног, станьте моею женой!

— О, дорогой, я тоже вас люблю, но я связана определёнными обязательствами и не могу переступить через них.

— Вы замужем? — с разочарованием спросил он.

— Нет, нет! Вы ошибаетесь. Я не настолько ветрена, что быть замужем и крутить роман с другим. О, нет! Но у меня есть обязательства перед определённым человеком. На мне висит долг семьи, и пока я не расплачусь, я не смогу быть с вами!

— Сколько вы должны? — с ужасом от неизбежного спросил Драган. У него было очень мало денег, в принципе, их вообще уже не осталось. Но ради неё он был готов пойти даже на преступление. Ограбить банк, старушку, другую девушку, да любого, лишь бы достать для неё денег.