Кинг
Шрифт:
– Я? Нет, вы не поняли. Я не приглашаю вас на свидание. Я просто предлагаю вам поучаствовать в местных развлечениях. Фестивали, ярмарки, распродажи.
– А я и не говорю о свидании. Предлагаю выпить кофе сейчас, а ты пока расскажешь мне об этих мероприятиях. – Ее румянец становится гуще, когда она понимает, что я предложил ей напиток из вежливости, не имея цели заигрывать.
– Нет, я… м-м-м… спешу.
– Правда? – склоняю голову набок и всматриваюсь в Дейзи внимательнее, а она краснеет еще сильнее. – Но пара минут у
– Спасибо, мне удобно, – снова суетится она, ровняя уголки проспектов в руках.
– Что ж, – улыбаюсь только уголками губ. – Тогда какие мероприятия посоветуешь мне ты? Не проспекты, – снова качаю головой, когда она протягивает их мне. – Лично ты. Что мне стоит посетить?
– Эм-м-м, – ненадолго зависает она, прикусив пухленькую губу. – Церковь! – выпаливает после некоторой паузы.
– Церковь? – усмехаюсь я.
М-да, в церковь я могу попасть только по одной причине: чтобы изгнать дьявола из себя же. Я столько раз нарушал заповеди, что даже бог, наверное, махнул на меня рукой, осознав, что я – его самое безнадежное дитя.
– Да. Мой отец пастор, и каждое воскресенье он читает проповеди. Все жители нашего города приходят их послушать. Поверьте, – распаляется она, – его речи совсем не занудные. Папа умеет даже самую скучную тему превратить в интересный материал для дискуссий. И он просил передать вам, что с нетерпением ждет вас в следующее воскресенье.
– Может, воды? – прерываю ее пламенную речь, и Дейзи снова зависает.
– Воды? – киваю. – Нет, спасибо. Я уже сейчас поеду.
Хмыкаю. Она так рвется прочь из моего дома, что это даже забавно.
– Продолжай, – киваю на ее проспекты.
Она вытаскивает из стопки яркий оранжево-черный флайер и демонстрирует его мне.
– Это реклама предстоящего осеннего фестиваля. Его проводят накануне Хэллоуина.
– Вы разве празднуете этот праздник?
– А почему нет? – после некоторой паузы спрашивает она. – Мы тоже любим угощать детей конфетами, когда они переодеваются в забавные костюмы.
– Я думал, что глубоко верующее общество отрицает такой праздник.
– Откуда вы знаете, насколько мы верующие? – прищуривается она.
– Догадываюсь по тому, как ты начала рекламу города с церкви. Продолжай, Дейзи. Что там за фестиваль?
– Это не в честь Хэллоуина, просто так совпало что фестиваль проходит накануне этого праздника. На самом деле мы всего лишь празднуем уходящую осень. Там будет ярмарка с местными товарами, выступление хора, смотр детской самодеятельности и даже бесплатный бар с напитками.
– Неужели подадут виски? – дразню Дейзи, а ее глаза расширяются.
– С горячими напитками. Какао, кофе, чай, глинтвейн. – Когда она видит, как поднимаются мои брови, быстро добавляет: – Безалкогольный!
Ну конечно. Они тут, наверное, и пиво не пьют. Интересный городок. Обычно в таком идеальном обществе скрыто множество страшных
– Что-то еще? – спрашиваю, подходя ближе к Дейзи, а она слегка сжимается. Пока еще боится меня красавица. Но это ничего, я разморожу ее.
Вблизи Дейзи еще красивее. Кристально чистый взгляд голубых глаз. Немного испуганный, но мы над этим поработаем. Тонкий, вздернутый носик, пухлые губы, румяные щеки. Волосы светлые с проблесками рыжины. Фигура… нормальная. Без лишнего веса, и все же не тощая.
– Н-нет, – снова бормочет Дейзи. – Остальные мероприятия будут уже в декабре, так что… у вас будет время… ознакомиться с проспектами. – Она зависает всякий раз, когда я медленно придвигаюсь к ней, внимательно рассматриваю, склонив голову набок. – Вот, – выдыхает, всовывая мне в руку проспекты, когда между нами остается не больше фута.
Беру из ее рук проспекты и отбрасываю их на столик справа, а сам поднимаю руку и приглаживаю ее волосы на виске, аккуратно, едва касаясь кончиками пальцев ее ушка. Обвожу его контур, с удовольствием отмечая, как она легонько содрогается, а ресницы начинают порхать медленнее.
– Тогда тебе стоит оставить мне свой номер телефона, Дейзи. Вдруг у меня возникнут какие-то вопросы? – произношу низким голосом, и ее шея покрывается мурашками. Попалась.
Глава 8
Дейзи
Я несусь к машине, как будто за мной гонятся все черти преисподней. Стопы горят не меньше, чем лицо. Зачем я дала ему свой номер? Я ведь даже имени его не знаю. И какая в принципе разница, как его зовут? Вообще-то я волонтер и обязана это знать. Но возвращаться и выяснять точно не стану. Уж лучше пусть меня настигнут черти.
Запрыгнув в машину, стараюсь ехать на обычной скорости, не превышая ее, как бы сильно ни хотелось. Доехав до перекрестка в центре города, сворачиваю не домой, а в церковь. Папы там уже нет, так что он не будет задавать вопросы.
Припарковавшись, открываю заднюю дверь своим ключом и, запершись, иду по темному помещению прямо к иконе. Падаю на колени и, зажмурившись, прошу бога освободить меня от этого наваждения. Самое страшное, что я испытываю не столько страх, сколько возбуждение. Рядом с мистером Кингом на меня то и дело накатывают горячие волны, остановить которые я не в силах.
Позже вернувшись в дом, запираю дверь и включаю свет в гостиной. Внезапно вспоминаю, как Кинг смотрел на меня, и мои щеки снова вспыхивают. А я еще и номер свой ему дала. Зачем? А, ну я же волонтер, и у нового жителя должна быть возможность связаться со мной на случай, если у него возникнут вопросы. Только вот какая-то крохотная и совершенно новая, необузданная часть меня надеется, что он использует номер не по назначению.
– Господи, Дейзи! – восклицаю негромко. – О чем ты думаешь?