Чтение онлайн

– Вот какой-то номер, три раза подчеркнуто, – сказал Арман.

– Напрасно теряешь время. Нам надо ждать, и все. Если те не нравится, дуй обратно в Канаду. Мне по барабану.

Держа трубку в руках, Птица слушал гудки, потом покачал головой, собираясь повесить трубку, когда раздался женский голос, который услышал даже стоявший в стороне Ричи.

– Кто это? – спросила женщина.

– Я ищу Уэйна Колсона, – ответил Птица. Повисла пауза.

– Его тут нет.

– А вам известно, где он?

– Кто вам дал мой номер?

Ричи отчетливо слышал голос. Похоже, какая-то старая карга.

– Я нашел его в блокноте, – ответил Птица. Какая ей разница, мать твою так, где он записан!

Ричи покачал головой.

– Понимаете, я ищу Уэйна

Колсона.

Тупой, стебанутый индеец! Ричи подошел к нему и протянул руку. Птица уступил ему трубку.

– Кто это? – спросила женщина.

– Мэм, прошу прощения! С вами разговаривал парень, который тут работает. Это я попросил его позвонить вам. Видите ли, мы пытаемся связаться с Уэйном Колсоном. Он дал этот номер перед отъездом.

– Дал вам мой номер?

– Понимаете, на самом деле он дал его боссу, а босс дал его мне, только его сейчас тут нет. Босс сказал, что вы наверняка знаете, где Уэйн.

– Ничего не понимаю.

Похоже, дамочка явно преклонного возраста!

– Мэм, вы, случайно, не его матушка, а?

– Нет, я мать Кармен. Но я не знаю, где они. Знаю только, что уехали куда-то во Флориду.

– Ну да, верно! Уэйн говорил что-то насчет южных краев. У вас, случайно, нет номера телефона, по которому я мог бы с ним связаться?

На линии повисла тишина. Дамочка, видать, тертый калач…

– Понимаете, мне нужно выслать ему чек, – сказал Ричи, не отводя взгляда от хмурого лица Птицы.

– Так вы с его работы?

– Да, мэм. Он здорово спешил перед отъездом. – Ричи выдержал паузу, выжидая, даст ли ему это что-нибудь. Женщина тоже молчала, тогда Ричи добавил: – Понимаете, босс просил меня переслать ему чек. Думаю, Уэйн и ваша дочь обрадовались бы ему, учитывая, что они в отъезде, во Флориде.

Ричи и Птица ждали, глядя друг на друга.

– У вас нет адреса, а?

– Нет, дочь мне его не сообщила.

– Знаете, я тут подумал, что вы наверняка с ними разговаривали… – Он ждал, пауза затягивалась. – Послушайте, у меня есть идея. А что, если вы дадите мне свой адрес? Я мог бы послать чек вам или заскочить к вам по дороге. Когда узнаете, где они, отошлете им чек. – Ричи снова выдержал паузу, давая ей время для раздумья. – Если бы это был мой чек, я бы хотел его получить.

– Ну хорошо, думаю, вы правы. Я живу на Грейтиот-Бич, если вы знаете, где это. В общем, записывайте…

Кармен заперла дверь ванной и стала под душ, лицом к струям, закрыв глаза и пытаясь ни о чем не думать. Где-то она прочла, что впасть в нирвану можно только тогда, когда удастся освободить мозг от роящихся вокруг картинок и предметов и сконцентрироваться на чем-то аморфном. Поэтому она попыталась сосредоточиться на воде, мурлыча себе под нос. И сразу же вспомнила фильм с Джеком Николсоном, действие которого начинается в Северной Африке, в каком-то арабском поселке, в местной гостинице, где Николсон меняется документами с мужчиной, который умирает в соседнем номере от сердечного приступа. Кармен вспомнила название фильма. «Пассажир» [1] … Николсон, то есть тот, кого он играет, пытается убежать от самого себя и начинает жить жизнью человека, которого уже нет в живых. Он попадает в Англию, потом в Германию, затем в Испанию, где в Барселоне знакомится с девушкой, мечтой всей своей жизни, не подозревая, что его ждет дальше. Кармен подумала, что если сюжет захватывает, когда просто смотришь фильм, то наверняка захватывает дух, когда ты не тот, за кого тебя принимают хотя бы какое-то время. Но что-то странное происходит в этом фильме. Николсон вспоминает, что прежде видел эту девушку в Лондоне, хотя и не находит странным, когда та появляется в Барселоне. Даже не упоминает об этом до самого последнего момента. Живя под чужим именем, он обнаруживает, что втянут в опасный бизнес и что его преследуют какие-то люди. Но ему вроде как на это плевать, он озабочен лишь тем, чтобы убежать от своего прошлого. Поэтому плывет

по реке своей новой жизни, как пассажир на корабле, до самого конца, и конец захватывает. По крайней мере, этот фильм ее захватил намного сильнее, чем какой-либо другой. Фильм в каком-то смысле показался ей настолько реальным, что она интуитивно угадывала, что должно произойти. И даже теперь она ощущала жалость к Николсону. Бедняга, вечный пассажир…

Закутавшись в махровый халат, Кармен терпеливо накручивала волосы на электрические бигуди, опустив голову вниз. Потом подняла глаза, глядя на себя в зеркало и размышляя о том, что на месте Джека Николсона попыталась бы как-нибудь выпутаться из всего этого, вернулась бы обратно к прежней жизни и нашла бы выход из сложившейся ситуации. Жена Николсона оказалась на высоте, искала его. Но даже если бы не искала, а преступники не гонялись бы за ним и он мог бы уехать, куда вздумается, как долго он смог бы проторчать в Барселоне или колесить по Испании в автомобиле с откидным верхом? А как долго придется ей проезжать мимо риелторского агентства в Кейп-Джирардо в «катлассе» или прогуливаться по торговым рядам «Вест-Парк-Молл». Милые люди вокруг, хотя никто ни разу не остановил и не сказал, что она именно та, с кем хочется познакомиться. Потом она возвращается в их временное пристанище, то и дело выглядывает в окно, не подкатил ли к дому кремовый «плимут». Затем она готовит ужин, дожидается Уэйна, с головой ушедшего в новую работу. Что ей остается? Она должна слушать, как он с вдохновением говорит о том, что переквалифицировался из монтажника в речника, удивляться услышанному. Никаких больше монтировок и кувалд… Теперь толь – ко канаты, тросы, такелажная цепь, какие-то храповики – словом, все, чем крепят баржу к буксиру, учитывая и то, что барже приходится проходить через шлюзы…

Она вышла из ванной в халате и бигуди и застыла на месте. У дверей кухни стоял мужчина, которого она раньше никогда не видела. Коренастый, в желтом спортивном пиджаке, с короткими руками и ногами… Он поднял руки, повернув их к ней ладонями, и сказал:

– Не бойтесь, хорошо? Я не сделаю вам ничего плохого. Я звонил… Послушайте, я не собирался входить без разрешения, тем более – напугать вас, простите.

– Я начинаю к этому привыкать, – ответила Кармен.

Она нисколько не сомневалась, что этот мужчина прежний жилец, свидетель, связанный с мафией, откуда-то с востока. Ростовщик из штата Нью-Джерси. На вид ему было около шестидесяти. Тоненькие, как у жиголо, усики и шапка волос, темных и густых… Наверняка не свои волосы, а парик…

– Вы мистер Молина, я права? Выражение у него лишь слегка изменилось.

– Да, я раньше здесь жил.

– Однако больше не живете. Что вам нужно?

– Моя жена полагает, что могла забыть здесь одно из своих колец, которое не может найти.

– Вы хотите обыскать дом, в котором теперь живу я?

– Ну что вы! Я не собираюсь причинять вам беспокойство.

– Знаете, что я вам скажу? Я вычистила этот дом до последней щели и не нашла ничего, кроме пыли и грязи. Если только оно не там. – Она кивнула в сторону спальни. – О господи! – Она вспомнила о халате и бигуди на голове, перехватив пристальный взгляд мистера Молина. – Я не трогала те коробки.

– Да нет, там всякий хлам. Старая одежда, которую я собирался выбросить или кому-то отдать. Послушайте, мне очень стыдно за то, в каком состоянии был оставлен дом.

Кармен взглянула на него. Похоже, ему и вправду стыдно.

– Моя жена уехала раньше, а когда уезжал я… Одним словом, я бросил все как было.

– Как долго вы прожили здесь?

– Почти пять лет.

– Похоже, долгий срок.

– Вы шутите? Эти пять лет показались бы вам вечностью, знай вы, в какой ситуации я оказался. Раз уж вам известна моя фамилия, полагаю, вы знаете, откуда я и какова моя история.