Киллер для Люси

С уважением

к профессионалам своего дела

и безграничной любовью к женщинам.

Весенний ухажер.

В разгар предпраздничной суеты в торговом центре не протолкнуться. Опьяненные широким выбором желанных подарков, женщины, бьются в шопоголическом припадке, растерянные мужчины, потерявшиеся во времени и пространстве, перепачканные пыльцой от мимозы, несутся со списком покупок, сшибая друг друга на поворотах. Средь оголтелой толпы муж и жена. Она будто парит, окрыленная жаждой наживы, он покорно следует за ней по пятам, не отставая ни на шаг. И не видывал ранее мир, более преданного мужчины, потому как причиной этой

самоотверженности, была его золотая банковская карта, попавшая к жене в руки.

Каждый раз, когда стоя у кассы, Игорь слышал неприятный слуху писк, подтверждающий прошедшую оплату покупки, сердце его сжималось настолько, что казалось вот – вот лопнет. Всеми силами он просил жену остановиться, но взамен получал лишь ехидную ухмылку. В такие моменты, наполненные невыносимой тоской по утекающим финансовым потокам, мужчина особенно остро чувствовал свою беспомощность и тихо ненавидел жену, отчетливо осознавая, насколько сильно желает ей зла. В своих мечтах Игорь часто представлял, какой страшной и мучительной смертью погибает его некогда горячо любимая Люси. И чем дороже совершалась покупка, тем продолжительнее были ее страдания.

Этот поход по магазинам, мог закончиться для Игоря тем же самым, чем и всегда – тотальным опустошением семейного бюджета и нервным подергиванием нижнего века. Но в этот раз отчего-то все сразу пошло не так. Толкнув Игоря в грудь своим изящным пальчиком, жена, точно играя с ним, произнесла:

– Игорь, стой тут и ничего не бойся, уж там-то я точно ничего не куплю,– развернувшись, Люси скрылась за дверью уборной.

Ожидание томило Игоря. Шерстяной свитер под меховым полупальто жарил его изнутри, словно поросенка на вертеле, а шарф, который тот намотал на шею, чтобы казаться моложе и элегантнее колол ему глотку. Вдруг сквозь отворившуюся дверь уборной он увидел, как цыганка, распахивая свой кардиган, демонстрирует его женушке широкий выбор блестящих украшений, ровными рядами, развешенными на подкладке.

– А это точно настоящее золото, – любопытствовала Люси и, завидев в щелку мужа, – закричала, – Игоряша, сюда, скорее!

Мужчина сорвался с места с ловкостью картошки, но что-то вдруг подхватило его и понесло в противоположном от жены направлении. Девушки в шуршащих, коротеньких платьях весенних нимф, вихрем, пышущим дикой свежестью и молодостью, закружили Игоря и увлекли за собой в зону фуд-корта. Феи щебетали, словно беззаботные пташки и без конца подсовывали ему бланки.

– В нашем торговом центре сейчас проходит акция «Весенний ухажер»!

– Спешите поучаствовать!

– Хозяин торгового центра С.С. Селиверстов в преддверии Международного женского дня исполняет любые желания граждан!

– Просто заполните бланк и укажите весомые причины для помощи нуждающемуся человеку.

В тот самый момент, когда сконфуженный Игорь, бережно усаженный в кресло, пытался вспомнить, кому в первую очередь нужна помощь «Весеннего ухажера», к нему навстречу принесся не просто вихрь, а целый антициклон из преисподней, в лице Люси.

– Расходимся, девы, мегера на горизонте, – оповестила фей женщина и принялась отмахиваться от привлекательных зазывал пачкой, вырванных из рук мужа бумаг.

– Так, что здесь? Ага, Ухажер! Ого! Весенний! Увлекательно! И как он интересно выглядит?

– Это господин Селиверстов, – уточнил муж.

– Фу, бе-е-е, он же вылитая жаба! А, ты мог бы и промолчать, вечно все портишь, – негодуя, заключила Люси, презрительно глянув на Игоря, – хотя мне с ним детей не крестить, и, как говорится воды с лица не пить, сказал, что исполнит желание нуждающихся, пусть подарит мне

новую шубу, – заключила женщина. Я тоже, извините, нуждающаяся. Зимы у нас длинные и непроглядные, как моя жизнь, а ночи холодные, как мой мужик, – слегка повысила голос Люси и покосилась на равнодушного к ее болтовне мужа.

– А ты еще говоришь я совсем о тебе, горемычном не думаю. Если Селиверстов подарит мне шубу, тебе этого делать уже не придется. Кто у нас умница?

– Ты у нас умница, – вздохнул Игорь, ища повсюду глазами внезапно скрывшихся фей.

Пока тот ротозейничал, Люси уверенно и красиво вывела на бумаге: «ЖЕЛАЮ ШИНШИЛЛУ!!! Скромную шубку 48 размера. Считаю себя остро нуждающейся в помощи, потому что без меха не живу, а мучаюсь».

– Думаю, я была вполне убедительна, – на полном серьезе заявила женщина и, бросив бланк в ящик, прикрепленный к пластиковой фигуре С.С. Селиверстова, на которой было написано: «Весенний ухажер. Мужик сказал, мужик сделал», унеслась в поисках подарка для одной из своих подружек.

Игорю, оставалось лишь обреченно ждать, пока расточительница выбьется из сил, угомонившись, присядет рядом, увешенная покупками, и из-под вороха пакетов и коробочек, еле дыша, произнесет: «Устала, будто поле перепахала, вези меня домой».

Сонечка.

Не спеша, потягивая горячий кофе, Игорь смотрел на лежавший перед ним бланк и думал о том, кто же из его знакомых, более других нуждается в помощи «Весеннего ухажера». Он хотел было сразу вписать туда свою престарелую соседку, но вспомнил один неприятный случай и сморщился. Как то во время сильного гололеда, Игорь подхватил под руку старушонку и попытался помочь ей подняться по обледеневшим ступенькам лестницы, ведущей к подъезду, как вдруг вредная старушенция, с силой одернула руку и, обернувшись, будто прожгла Игоря своим ястребиным взглядом, вдобавок, больно стукнув его костылем.

– Убери руки, чудик! Квартиру не подпишу, у меня дарственная на внука.

Припоминая это событие, сердобольный Игорь решил, что к великому празднику 8 марта бабке хватит и пачки гречки, принесенной из собеса. Лучше он попросит золотое колечко для своей милой любовницы Сонечки, ведь его жена, хоть и расточительная женщина, но все же однозначно умная и дурного не посоветует. Раз господин Селиверстов решил побаловать нуждающихся, пусть он за все и платит, в то время, как Игорь, сможет, наконец, подумать о себе, а не ломать голову над тем, как незаметно от одной, сделать подарок другой женщине.

Сонечка, милая Сонечка, и почему только он не встретил ее раньше? Может потому, что во времена, когда у Игоря на голове так явно не выделялись проплешины, Сонечка еще носила цветастые колготки в горошек и букеты гладиолусов на первое сентября? Ах, эта чертова разница в возрасте! Это красивое, идеальное тело его молоденькой секретарши, ее большие серые глаза, бархатистая кожа, высокая девичья грудь! И эта жуткая надоедливая женщина, которая каждый раз всплывает в его сознании, руша сладостные мечты. Женщина, которую за пятнадцать лет брака он изучил и вдоль и поперек. Женщина, каждая мелкая морщинка которой, при детальном рассмотрении кажется ему расщелиной, размером с «Гранд-Каньон». Его жена, его наказание господне, пиявка, сумевшая присосаться к тонюсенькому и худому кошельку Игоря еще в те времена, когда он был молод и беден. Не понятно как теперь от нее избавляться, ведь такие женщины, как Люси, сами не уходят, как их не изводи, как не издевайся над ними. Они будто не замечают твоего дурного настроения, недовольства, брезгливого взгляда, отсутствия комплиментов. Живут себе и радуются и все тратят, тратят, тратят.