Кикимора
Шрифт:
***
– Пять главных пунктов следопыта, – наставлял Леший ребенка, присев на одно колено посреди лесной тропинки, – первое: перемещение.
Он указал парню на веточку, лежащую посередине тропинки. Аккуратно покрутил ее в пальцах, показывая со всех сторон.
– Видишь, тут она темная, мокрая, а тут сухая? – Сашка кивнул, с жадностью вглядываясь в первый «триггер», как их называл дядя Леший. – Ветку перевернули. Она лежала вот так и вот тут, – палец мужчины указал на след от веточки. – Второй пункт это изменение цвета. Тут она светлее, лежала вот так, видишь, солнышко ее подсушило, а внизу сыро, она
Мальчик впился взглядом в землю, стараясь понять, что от него требуют, даже язык от усердия высунул. Поводил пальцем по воздуху и радостно сообщил: – След! Это ботинок!
– Верно, – улыбнулся снайпер. – Видишь, тут вмятинка. Тут и тут? Что нужно сделать?
– За-ри-со-ва-ть!
– Опять верно, – похвалил снайпер смышленого ученика, достал блокнот и быстро накидал эскиз отпечатка следа. – Следующий пункт: регулярность. Если ты видишь след, то нужно осмотреться, найти второй или любые повторяемые участки, это может быть сломанная ветка, еще один след или что-то еще. Видишь что-нибудь?
– Вон! – выкрикнул Сашка и пошел было вперед, но снайпер резко остановил парнишку, схватив рукой.
– Осторожнее, – указал он на второй неприметный след. – Затопчешь второй и не узнаешь, что их было двое… Последний пункт для следопыта в чтении следа это «помехи». Давай осмотримся. Видишь что-то, что могло бы человеку изменить свой путь впереди?
– Нет, – осмотрел тропинку парень.
– Хорошо, значит, след пока условно тянется дальше.
Сашка с радостными глазами от того, что у него получается читать следы, все так же, высунув язык, пошел дальше, пристально всматриваясь в землю, словно настоящий следопыт, а Леший, ухмыльнувшись, оставляя точно такие же отпечатки следов, какие паренек усердно изучал еще несколько секунд назад, пошел, что-то насвистывая, следом за ним.
***
– Мамаядома, – пронесся торопливый голос Сашки вместе с быстрым топотом в прихожей.
Тяжело дыша, взмокший и раскрасневшийся он подошел к столу, схватил кружку с водой и жадно, причмокивая, опустошил ее.
– Господи! – провела Надя по его мокрым волосам. – Взмок, как мышь, угорел бедняжка, сядь, посиди, отдохни!
– Мам! – отмахнулся сын, утерев губы. – Ну, мы там в «Лешего» играем…
Коротко поздоровавшись с мужчиной, он вновь стрелой метнулся на улицу, откуда через секунду донеслось злобное «Урррр», изрекаемое десятком детских голосов. Алексей улыбнулся, пожал плечами в ответ на усталый женский взгляд, мол, «Дети, что с них…».
Чехол бережно перекочевал на шкаф, где у Лешего хранилось снаряжение, куда ни Сашке, ни Кате, ни даже Наде доступа не было. Он строго-настрого запретил не то чтобы колупаться в его вещах, но даже открывать двери. Женщина понимала, что у мужика должно быть неприкосновенное место в доме, где его собственные вещи должны лежать в особых, специально отведенных для них местах, на первый взгляд кажущиеся скиданными в одну кучу, как попало. Она, пока мужа нет дома, украдкой частенько прибиралась там, стирая пыль и паутину, выметая комья грязи, отвалившейся с одежды, и постоянно выковыривая из щелей в полу различные веточки и листья, после чего Леший с гордостью
Такие небольшие житейские моменты незаметно стали размягчать суровый характер ее избранника. Лешему поначалу было сложно свыкнуться с мыслью, что его заново отстроенная после пожара берлога больше не будет той, какой он ее помнил. На окнах появились цветы, шторы, да и сами окна стали мыться не только во время дождя, в сезон ливней, а намного чаще. В доме стало чище, светлее и свежее. Несмотря на суровый нрав, ему все же нравилось, что, приходя домой, он ощущает приятный аромат готового ужина и чисто вымытых полов, а не только въедливый запах пороха и пота.
– Олег заходил, тебя спрашивал, – вернувшись к стряпне, закрывая до этого момента спиной подарок от внезапно появившегося сына, проговорила Надя. – Говорил, что ты его просил зайти до совещания, он минут десять назад был.
– Ага, – кивнул Леший, смывая водой из-под крана маскировочную маску с лица. – Сейчас переоденусь и пойду в администрацию. Сегодня надо вопросы решить по зиме. Скоро похолодает…
– Ты долго? – снова вытирая пот, чуть прищурившись, с какой-то загадкой в голосе поинтересовалась женщина. – Сашка к Петьке собирался с ночевкой, Олег не против… а Катька к подружке, так что-о-о-о-о…
Женщина чуть приподняла одну бровь, губы ее дрогнули в лисьей улыбке. Леший сощурился, подошел ближе, обнял жену, нежно поцеловал в щеку, зарылся лицом в ее волосы и вдохнул приятный цветочный аромат.
– Я понял, – прошептал он, ощущая, как в животе, спускаясь ниже, образовалось приятно тепло. – Постараюсь не задерживаться.
– Хорошо, – с дрожью в голосе от шепота в самую шею прошептала женщина и вывернулась из объятий.
Вильнув бедрами, слегка толкнув мужа, рассмеялась и напомнила, что его ждут. Леший улыбнулся, покачал головой и, вздохнув, предвкушая романтический вечер и бурную ночь, отправился в комнату на втором этаже переодеваться.
***
– Лех, звал? – Олег вошел в кабинет, коротко постучав в дверь.
– Заходи, – встав из-за стола, пригласил Леший друга.
– Что-то случилось?
Начальник безопасности острова сел рядом с другом, готовясь внимательного того слушать. То, что Леший вызвал его до основного совещания, говорило о том, что информация, которую он хочет сообщить, не для всех ушей, а значит, что-то серьезное или уже случилось или вот-вот случится.
– Да расслабься, – видя напряженность друга, откинулся на стуле снайпер. – Я не по работе… – Олег выдохнул. – Тут дело есть. У Сашки день рождения завтра…
– О! Поздравляю, – улыбнулся парень, протягивая руку.
– Спасибо, – Леший ответил на рукопожатие. – Сашка просил тебе передать, что приглашает тебя с Петькой.
– О! Так это мы всегда… Что подарить?
– Да тут сам решай, я ему вон винтовку мелкашку подарю, специально утром смотался в землянку…
– Круто!.. Я ему тогда нож свой, он давно такой хотел. Помнишь, тот, из кости белой…
– Дааааа, – поморщился Леший. Олег нахмурился. – Надя не хочет, чтобы мы оружие дарили, мол, пацан и так всякое пережил…