Кицунэ
Шрифт:
Мияко подняла на меня глаза, приложила мне палец к губам и едва заметно покачала головой.
«Ни во что не вмешивайся, что бы ты ни увидел. Я люблю тебя, Альёша-сан…»
Прежде чем я хотя бы успел открыть рот, она вдруг исчезла, а господин Лю с поклоном передал котодемону ту самую открытку.
– Я не мог поздравить
Профессор Сакаи вдруг повис у меня на плечах. А Нэкомата, торжественно подняв открытку с рисунком кицунэ над головой, продемонстрировал её толпе нечисти внизу и вдруг резко разорвал на четыре куска. Каковые он медленно и торжественно выбросил вниз, за край зева…
Я смутно помню, что произошло потом. Кажется, снизу повалил дым. Потом восторженный рёв толпы внизу перекрыл все звуки мира. Солнце поднялось над горизонтом, знаменуя рождение нового дня и нового порядка. Японская нечисть внизу вопила от возбуждения, видимо, жертвоприношение удалось на славу.
В груди всё клокотало. Профессор полетел с моих плеч, как пушинка, под ноги отца моей…
Моей невесты… моей жены… моей Мияко?! Я шагнул вперёд, обхватывая Нэкомату обеими руками и легко приподнимая его над землёй. Всего два шага до пропасти.
– А вы сильный человек, – с уважением успел прошептать он, когда мы с ним летели на дно дремлющего вулкана. – Но не забывайте, я ваш томадати. Больно не будет.
…Когда жара стала совершенно нестерпимой, а дыхание кончилось, я закрыл глаза. Где-то там, за гранью, в другом мире, меня ждёт маленькая верная кицунэ, которую я никогда не оставлю…
– Хозяин, ты живой? – Чьи-то твёрдые кулачки начали хлопать меня по щекам, по лбу, по вискам.
Возможно, да, возможно, нет. Не помню. А это вообще кому-то важно?
– Живой, чё ты сразу ногами-то?
– А ты его вообще вилкой тыкал…
–
– Кто тут главный?
– Точно, а ну повтори?! Ой, кажись, глаза открывает…
– Тикаем, парни!
…Да, я открыл глаза. Мой дом, моя квартира. Кроме меня, в доме никого, так что чьи голоса раздавались в моей бедной голове – непонятно. Я лежу на полу, ничего не болит, одежда ровно та же, в которой обычно и хожу.
Кажется, Нэкомата говорил, что сёстры Инари и Мёбу дождутся меня здесь.
Их нет. Я встал и тупо обошёл все углы. Вот здесь стоял японский меч, именно им моя Мияко сражалась против ледяной невесты. А вот здесь в шкафу лежала её одежда, которую я ей нарисовал.
Кажется, где-то на кухне ещё витал запах риса, приготовленного её тонкими пальчиками…
Я искал хоть что-то!
Ни-че-го…
P.S.
Остров Хоккайдо, Япония
– Ты уверена? Всё-таки это очень серьёзное решение?
– Да, отец.
– Что ж, твоя идея о переселении в рисунок вместо открытки была очень хитрым ходом.
– Я же лиса.
– Нэкомата оценил это.
– И я твоя дочь.
– Достойная дочь. Когда ты улетаешь к своему гайдзину?
– Сегодня.