Чтение онлайн

Хранится и «Дело» Дюма. На каждом из десяти документов, составлявших «Дело», выведено: «Секретно» или «Весьма секретно», на полях некоторых стояло: «Доложено Его Величеству», на обложке же категорически начертано: «Хранить навсегда». И дата — 18 июля 1858 г. (ф. 3-й экс; № 1858, ед. хр. 125).

Г. начальнику 2-го округа корпуса жандармов.

Известный французский писатель Александр Дюма (отец), прибыв в недавнем времени из Парижа в С.-Петербург, намерен посетить и внутренние губернии России, для каковой цели собирается ехать в Москву.

Уведомляя о сем Ваше превосходительство,

предлагаю Вам во время пребывания Александра Дюма в Москве приказать учредить за действиями его секретное наблюдение и о том, что замечено будет, донести мне в свое время.

Генерал-адъютант князь Долгорукий [5] ,

18 июля 1858 г.

Г. наместнику кавказскому.

Известный французский писатель Александр Дюма (отец) прибыв в недавнем времени туристом из Парижа в С.-Петербург, отправляется ныне вовнутрь России с намерением быть также в Тифлисе.

Сообщая о сем Вашему Сиятельству, с тем не изволите ли Вы, милостивый государь, признать нужным учредить за Александром Дюма во время его пребывания в Тифлисе секретное наблюдение, покорнейше прошу о последующем почтить меня Вашим отзывом.

Генерал-адъютант князь Долгорукий,

19 июля 1858 г.

(отослан из Тифлиса 20 августа, получен в С.-Петербурге 4 сентября 1858 г.).

Вследствие отношения ко мне Вашего Сиятельства от 19 июля настоящего года за № 676 по предмету надзора за г. Дюма, честь имею сообщить Вам, милостивый государь, что по приезде г. Дюма в Тифлис мною будет назначен для нахождения при нем в качестве переводчика и путеводителя благонадежный чиновник, которому вместе с тем будет поручено и наблюдать за ним.

Этою мерой я полагаю совершенно удовлетворительно заменить полицейский надзор.

Генерал-адъютант князь Барятинский.

(от 18 сентября 1858 г, получен 25 сентября).

От начальника 2-го округа корпуса жандармов, № 67,

Москва.

Во исполнение секретного предписания Вашего Сиятельства от 18 июля сего года за № 658 я имею честь донести, что французский писатель Дюма (отец) с приезда своего в Москву в июле месяце сего года жил у г.г. Нарышкиных — знакомых ему по жизни их в Париже; многие почитатели литературного таланта Дюма и литераторы здешние искали его знакомства и были представлены ему 25 июля на публичном гулянье в саду Элдорадо литератором князем Когушёвым, князем Владимиром Голицыным и Лихаревым, которые постоянно находились при Дюма в тот вечер; 27 же июля в означенном саду в честь Дюма устроен был праздник, названный НОЧЬ ГРАФА МОНТЕ КРИСТО. Сад был прекрасно иллюминован, и транспарантный вензель А.Д. украшен был гирляндами и лавровым венком.

В тот день в честь Дюма князь Голицын давал обед, и оттуда прямо Дюма приехал на праздник в Элдорадо; в тот вечер с ним были двое Нарышкиных, живописец Моне и мадам Вильне, сестра бывшего в Москве французского актера, которая, как говорят, постоянно путешествует в месте с Дюма.

В Москве Дюма

посещал все достопримечательности и ездил в предместья Москвы; в начале августа с сыновьями генерала Арженевского он ездил в имение отца их, находящееся близ села Бородина, где осматривал памятник и бывшие в 1812 году батареи, был в Спасо-Бородинской пустыне, в Колоцком монастыре и в Бородинском дворце, который в то время отделывался в ожидании Высочайшего приезда Императорской фамилии.

В семействе Нарышкиных, где жил Дюма, его очень хвалят, как человека уживчивого, без претензий и приятного собеседника. Он имеет страсть приготовлять сам на кухне кушанья и, говорят, мастер этого дела (последнюю фразу кто-то из читателей донесения подчеркнул: возможно, и сам царь — М.Б.). Многие, признавая в нем литературные достоинства, понимают его за человека пустого и потому избегали или сдерживались при разговорах с ним, опасаясь, что он выставит их в записках и будет передавать слышанное от них вопреки истине.

7 сентября Дюма выехал из Москвы с семейством Д. П. Нарышкина в имение его Владимирской губернии Переславль-Залесского уезда село Елпатьево, где, как говорят, намерен пробыть дней 15, а оттуда вместе с живописцем Моне намерен отправиться в Нижний Новгород. Владимирскому и Нижегородскому штаб-офицерам корпуса жандармов сообщено о сем для зависящего с их стороны распоряжения к секретному наблюдению за Дюма.

Генерал-лейтенант Перфильев.

(1 октября отправлен, 11 октября получен).

Шефу жандармов и Главному начальнику III отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии господину генерал-адъютанту и кавалеру князю Долгорукому.

Корпуса жандармов подполковник Коптев от 26 минувшего сентября за № 364 донес мне, что французский писатель Александр Дюма во время пребывания своего в Нижнем Новгороде отправил в Париж 24 того же сентября конверт по адресу в Амстердамскую линию в дом № 77. Письмо это отправлено через Москву, по объему надобно полагать, что оно заключает в себе статью литературную.

Ныне г. Дюма прибыл из Нижнего Новгорода в Казань в сопровождении студента Московского университета Колино и художника Моне, и, как известно, намеревается выехать в города Симбирск, Самару, Саратов и Астрахань, а по тому я дал предписание штаб-офицерам этих губерний, чтобы они имели за действиями Дюма самое аккуратное секретное наблюдение и о последствиях мне донести.

Почтительнейше донеся о сем Вашему Сиятельству на основании предписания от 18 июля сего года за № 660 имею честь присовокупить, что о пребывании в Казани и выезде из оной Дюма я буду иметь честь донести особо.

Генерал-лейтенант Львов.

(отправлен из Владимира 6 октября, получен в Петербурге 11 октября).

От штаб-офицера корпуса жандармов, находящегося во Владимирской губернии.

Имею честь почтительнейше донести Вашему Сиятельству, что известный писатель Александр Дюма (отец), пробыв в Переславль-Залесском уезде в имении тамошнего помещика Дмитрия Павловича Нарышкина, в селе Елпатьеве несколько дней, отправился с ним вместе в Нижний Новгород, о чем сообщено мною тамошнему жандармскому штаб-офицеру: во время пребывания его во Владимирской губернии ничего предосудительного замечено не было.