Шрифт:
Ветер перемен
1
«Наш самолёт совершил посадку в городе Т. Температура воздуха за бортом +35 °C. Местное время 17 часов 30 минут. Разница по времени с Москвой минус один час. Капитан корабля и экипаж благодарят вас за то, что выбрали нашу авиакомпанию и за приятный полёт. Просим оставаться на ваших местах пристёгнутыми ремнями безопасности до полной остановки авиасудна и отключения табло “пристегните ремни”. Благодарим за внимание».
Вы когда-нибудь бежали? От себя?
Меня зовут Катя. Я всю свою жизнь бегу. Я не помню, чтобы я не бежала. Всё время дорога. Мой путь. Сначала из одного города в другой, чуть позже из одной страны в другую. Бывало, что из одного образа в другой или из одного состояния в другое.
Я действительно немного сумасшедшая и немного устала от своего сумасшествия, как и мы все в той или иной степени.
Я всё время ищу себя. Ищу состояние, в котором мне будет комфортно. В котором я буду самой собой. Приму себя такой, какая я есть. Научусь с собой договариваться. Договариваться с собой такой, какая я есть.
Мои поиски… мои побеги… Это знаете как?
Как будто, например, прилетаешь в страну, а тебе там так хорошо, словно это твоё родное место. И белоснежный песок, и пальмы, и непокорный океан, и пряный ром, и иллюзия свободы… Так, что хочется остаться навсегда. Или возвращаться снова и снова. У меня так с Кубой было около 8 лет назад.
Или, например, случайно меняешь свою внешность из обыкновенной брюнетки в яркую блондинку. И понимаешь, что по-другому уже не будет никогда. Ты блондинка. Яркая и сочная. И пусть ветер перемен вечно бродит в твоей голове, не зная и не ведая приюта. У меня так было с самой собой около 20 лет назад.
Или заходишь в чей-то дом, как будто это твой дом, где ты хочешь жить, любить, творить и создавать и успокоиться на этом наконец-то. Утихомирить свой ветер. Вкусно готовить, чтобы всюду, среди многочисленных комнат, где сотнями колокольчиков звенит громкий детский смех, слышались ароматы овсяных печенек и утки под сладким медовым соусом. И белые ретрозанавески развевались на ветру. А за окнами, за распахнутыми ставнями больших красивых окон шумело море. И лес хранил свои тайны на склонах гор. И пахло хвоей. И соль оставалась на губах. У меня такого не было… Никогда…
Причём я замечала, что каждый раз после этого «как будто» жизнь меняется кардинально. Раз и навсегда. Это как точки невозврата.
Как правило, жизнь после этого «как будто» кажется яркой и полной перспектив, новых свершений.
Потом, как и всё в этой жизни, пыл остывает и переходит в обыденность, повседневность, постоянство и быт. Эти страшные, режущие ухо слова, которые так верно характеризуют реальную жизнь обычного человека. Я никогда не могла с этим смириться. Терпела, но не уживалась. Как-то не могла.
Я не могла смириться со стереотипами, принятыми в обществе правилами поведения и образа жизни. С картинкой, которая считается нормальной для всех и каждого. Я не хотела быть как все, жить как все, чувствовать как все. Хотелось создать свой особенный мир, в основу которого я заложила бы только те принципы, которые сама считала правильными на тот момент времени.
И я бежала, меняя даты, адреса, пароли
Иногда мне казалось, что я мечтаю остановиться на том, что есть, но после очередного витка моей жизненной спирали я понимала, что нет. Момент ещё не настал. И задавалась вопросом: «А настанет ли он вообще?» Найду ли я место, отыщу ли реальность, где мне будет хорошо? И где будет хорошо тем, кого я люблю?
В моей голове была сотня тысяч вопросов, накопленных за годы. Я не знала. Не понимала. Прогибалась под обстоятельства. Путалась. Сомневалась. И пыталась строить заново. Училась творить вслепую. Без ориентира. Без надежды что-то понять.
Вслепую нельзя. Слишком сложно. И легко ошибиться. Свернуть не туда. Но на тот момент у меня не было выбора. А идти вперёд было нужно. И я ведь не просто шла. Я бежала.
Помимо привычки бежать к моим странностям и сумасшествиям добавлялось ещё и то, что я верила и верю во всякого рода знаки, указывающие нам, в каком направлении продолжить свой жизненный путь.
И в то лето, когда мне в очередной раз нужно было разработать план побега, я получила знак и не могла его не принять, потому что он возник как раз в тот момент, когда ему было самое идеальное время…
В прохладный вечер понедельника в конце июня, провожая очередной неописуемый розово-лиловый закат на московском небе, а надо отметить, тем летом все закаты были, каждый по-своему, очень красивы, я заметила на экране своего телефона сообщение от знакомой.
Мы познакомились с Таней во Вьетнаме зимой прошлого года и с тех пор время от времени приятно общались. Таня – красивая умная сильная женщина средних лет – отдыхала на побережье Mui Ne с не менее красивой и талантливой подругой Леной. Я жила там с сыном какое-то время, слушая зов океана и ветра и стук капель тропического ливня по крыше бунгало, в очередной раз сбежав от прошлой жизни, чтобы заниматься йогой и пилатесом на изумрудной траве под крики неведомых птиц и животных.
В сообщении говорилось о том, что Таня предлагает мне с сыном пожить в её небольшой квартирке в городке у моря. Цена была разумная для пика сезона. Страна была незнакомой, я не была там ни разу, но много всего о ней слышала.
Впрочем, на тот момент я не раздумывала ни секунды и лишь потом поняла, что очередной мой вьетнамский побег привёл меня к новому побегу. Так просто. Так банально. А главное, так своевременно.
Мне не могло не понравиться это совпадение. Мне подумалось, что я на правильном пути. Почувствовав принципиально новую свободу, в душном московском воздухе дышать стало как-то легче. И становилось легче с каждым днём. И хоть на какое-то время, но в моём импровизированном мире всё встало на свои места. В ожидании нового, неизведанного…
Мой самый близкий друг L поддержал меня во всём. Он всегда поддерживал меня в моих побегах и был верным спутником и моим неизменным соучастником долгих 16 лет. Он был папой моего сына, за что я безгранично благодарна небесам, и вольным слушателем всех моих жизненных приключений. Я любила внимать его советам и неизменно поступать по-своему. Любила, когда он наливал холодное сухое белое в пузатый бокал и слушал, слушал… А потом изредка соглашался, всё чаще кивая головой или досаждая, как я была неправа. Ах, как же я была неправа…