Катья
Шрифт:
– Чтобы знать, когда нам выйти и во сколько мы с ним встретимся там.
Он продолжал смотреть на меня удивленно, с легкой улыбкой.
Повторив адрес Валентину, я спросила:
– Когда ты подъедешь?
– Я сам не могу, мой человек будет через полчаса, – он говорил сухо и обиженно. – А кто этот Джонни?
– Я тебе потом обьясню. Никто. Вернее, я не знаю, кто он. Бывший полицейский. Я с ним вчера ночью познакомилась... У меня машина сломалась, я ночевала у
– Надеюсь, ты меня не будешь посвящать во все детали прошедшей ночи?!
– Ты что, ревнуешь?! – это предположение было настолько смешным, что я громко расхохоталась.
– Я хочу понять: тебя забирать, или тебе там настолько хорошо, что...
– Мне здесь замечательно! – я со злостью швырнула трубку.
Пусть идет ко всем чертям! Мне сейчас не до того, чтобы выслушивать его наставления! Какое он имеет право быть мною недовольным?! Прошло уже четыре дня, а его «мальчики» до сих пор не могут найти Дэвида! И это в Бруклине, где он, по собственному признанию, чувствует себя королем!
Что хорошего ты сделал для меня, кроме того, что разрушил мою жизнь?! Теперь ты будешь учить меня нравственности? Более смешную ситуацию придумать трудно.
– Что произошло? – Я почувствовала теплую ладонь у себя на плече. – Когда тебя встретят?
– Никогда! – резко бросила я, затем схватила его руку. – Извини, это не имело к тебе отношения...
– Я это понял, – он возвышался надо мной и ласково улыбался. – Что будем делать?
– Есть омлет! Он не остыл еще? А затем пойдем за моей машиной, и... ты расскажешь мне о своей женщине.
Джонни рассмеялся.
– И не надейся! О своей женщине я говорю только с Господом Богом!
– Ты ее так любишь?
– Не твое дело! Ешь омлет и лучше расскажи мне подробнее как и когда исчез твой брат. Может быть, я смогу тебе чем-то помочь. Все-таки двенадцать лет работы в бруклинском полицейском участке, думаю, не прошли зря. Но сначала, завтрак. Это святое! Ты пьешь кофе с молоком или без? С сахаром или без? И вообще, ты пьешь кофе?..
ГЛАВА 39
В ночном клубе «Карусель» на авеню М в семь часов вечера было пустынно, любители танцев собирались здесь после десяти. У столиков, стоящих по периметру полутемного огромного зала суетились официатки в коротеньких ярких платьицах, у бара сидела компания молодых людей. Джонни уверенно пересек танцплощадку и подошел к ним. Я, чтобы поспевать за его широкими шагами, семенила сзади.
– Привет, ребята! Ди-ди здесь? – жестко спросил Джонни.
Они молча смотрели на него.
– Ди-ди здесь? – повторил он свой вопрос. – Мне надо с ним
– Надо... А ты кто? – не поднимая глаз от стойки и не поворачиваясь в нашу сторону, спросил щуплый, коротко стриженный парень. Он сидел от нас дальше всех, его почти не было видно.
– Я... у меня к нему дело.
– Что тебе нужно? Можешь сказать, я ему передам, – щуплый с неохотой повернул лицо в нашу сторону и посмотрел на Джонни. У него были выпуклые желтые глаза с тяжелыми веками, которые смотрели неподвижно и печально. Сколько людей перед этими глазами лишались жизни, почему-то подумалось мне.
– Ди-ди должен мне...
Вначале засмеялся, вернее хмыкнул, издав крякающий звук, щуплый, остальные с подчеркнутым удовольствием расхохотались за ним.
– Ди-ди должен только Господу Богу, – сказал кто-то.
Джонни улыбнулся и, подождав, пока смех затихнет, обьяснил:
– Я имел в виду, что Ди-ди обещал кое-что узнать для меня...
– Как тебя зовут? – спросил щуплый латиноамериканец в коричневой широкополой шляпе.
– Джонни...
– Джони-коп? – улыбнулся латиноамериканец. – Слышал о тебе, слышал.
– Бывший, – поправил его Джонни.
– Конечно, бывший! Если бы ты все еще служил, боюсь, мы разговаривали бы с тобой по-другому...
Все одобрительно улыбнулись.
– Ди-ди здесь? – настойчиво переспросил Джонни.
– Ди-ди занят. Расслабься. Эта конфетка с тобой? – снова вступил в разговор щуплый. Он бросал слова медленно и значительно, как будто за ними скрывался глубокий смысл.
Джонни мельком взглянул на меня и кивнул.
– Это у нее пропал брат? – заинтересованно оглядев меня с ног до головы, спросил латиноамериканец.
– Да, семнадцатилетний пацан.
– Если Ди-ди взялся найти кого-то, он это сделает, даже если тот отправился на Луну, – латиноамериканец улыбнулся и подмигнул мне. – Он знает, что ты придешь?
– Да, мы договорились на семь.
– Ди-ди редко опаздывает. Ди-ди может только задержаться по делу. Отдыхай.
Мне пришлось опереться на руку Джонни, потому что от внезапно накатившего волнения ноги ослабели. Неужели всемогущему Ди-ди удалось найти Дэвида?! Мне казалось, что латиноамериканец смотрел на меня так, будто хотел сказать: твой мальчик нашелся, с ним все в порядке!
Джонни посадил меня за столик у стены и ненадолго вернулся к бару.
– Это коньяк, выпей, легче станет – сказал он, поставив передо мной бокал. Он сделал глоток из высокого запотевшего стакана с газированной водой, в котором плавала корочка лимона, оглянулся вокруг и сел напротив.