Катрина
Шрифт:
— Что ты мелишь? Ни на Земле ни, на Лилис никогда не было Демиургов!
— Это ты так думаешь, — сказала Найта с превосходством в голосе.
Лара попыталась огрызнуться, ухитриться послать чертову эльфийку так замысловато, чтобы она ужаснулась и при этом не схватилась за меч, но осеклась, увидев, что я вздрогнул.
— Что такое, патрон?
— Не знаю. Кольнуло какое-то нехорошее предчувствие… Кажется, сейчас нас будут убивать…
— Внимание, говорит СНИЖ, объявлена тревога. Команде занять места согласно штатному расписанию, пассажирам надлежит пройти в свои каюты и пристегнуться ремнями безопасности.
Я
— Что происходит? — спросил я у обернувшегося второго пилота.
Он поднял литое забрало шлема, и я увидел озадаченное молодое лицо:
— Сияющий, сэр, наш конвой был атакован с неизвестного направления плазменными ракетами и, судя по датчиками радиации, снарядами с плутониевой начинкой. Но…
— Но что?
— Мы должны были разделить участь той половины кораблей конвоя, которая превратилась в радиоактивную пыль… но ракеты направленные в наш корабль развернулись на сто восемьдесят градусов и взорвались в нескольких километрах от нас. Скажите, это вы нас спасли?…
— Вы установили местонахождение кораблей противника?
— Нет, сэр, все ракеты были выпущены одним залпом неизвестным и до сих пор не обнаруженным объектом, — ответил первый пилот, так монотонно, словно читал текст с бумаги. — Остатки конвоя перестроились щитом, чтобы закрыть нас от обстрела. Наше судно продолжает идти к Лилис. «Сердце Эльвы» приведен в полную боеготовность, значительные силы флота, при поддержке кораблей радиолокационной борьбы выдвинулись нам на подмогу, но никаких следов противника пока не обнаружено.
Я закрыл глаза и стал ощупывать космос всеми своими чувствами. Божественное начало, которое поставил на постоянную защиту ещё полгода назад, после памятного боя с Личем — слугой бога смерти, только что спасло мне жизнь. Именно оно без моего осознанного вмешательства, развернуло движущиеся в меня ракеты. И я искренне наделся, что оно не подведет и в деле обнаружения врага.
Едва начав «мысленное сканирование», воочию увидел этого самого врага и искренне удивился, что махину вдесятеро большую нашего челнока никто не заметил… Полностью черный, похожий на клюв орла корабль сливался с космосом точно хамелеон с окружающей средой. В пользу того что он тщательно маскируется, говорило то, что никаких габаритных огней, никакого света в иллюминаторах, и даже вспышек дюз двигателей не было в помине. Но ведь это бред. Кому нужна визуальная маскировка, если уже как сто лет, корабли обнаруживаются аппаратным обеспечением?
И все же, почему его не видят?..
— Боже! — вскрикнул пилот, когда увидел, как длинный и широкий лазерный луч, начало которого появилось в пустоте космоса, разрезал напополам сразу два корабля конвоя.
Похоже, капитан корабля–призрака закончил переваривать информацию и принял в разработку новую тактику. «Попробуй-ка отрази луч квантового излучателя!» — словно восклицал он всё азартней с каждым новым лазерным росчерком.
Уже через двадцать секунд от конвоя не осталось ни одного корабля и, казалось бы, теперь «призраку» можно было сосредоточиться лишь на нас, но этого не получалось. Ведь даже самое продолжительное воздействие лазерного луча на мой катер пропадало втуне.
Когда лазер в десятый раз ослепил пилота,
— Сияющий, что происходит, дьявол побери?!
— Ничего особенного, просто на нашем катере стоит энергетическая защита.
— На кораблях конвоя тоже были щиты! Да и не может быть, чтобы лазер их не выжег!
— Он выжигает. Только я поддерживаю энергию в накопителях — она просто не успевает иссякать.
— А–а–а, — как-то сник пилот. — Тогда понятно… Сэр, корабли флота наконец нашли атакующего — его по–прежнему нет на радарах, но визуально он просматривается.
— Еще бы, только слепой не увидит эти вспышки лазера…
— Черт! «Сердце Эльвы» передает, что корабль–призрак выпустил десантные челноки — они приближаются к нам на огромной скорости!
— Уходи вправо! — воскликнул я.
— Но мы почти вошли в атмосферу Лилис… — запротестовал пилот.
— Быстрее!
— Есть, сэр.
Он бросил штурвал в крайне правое положение, но было уже поздно.
Я подумал, что ударившие в корму абордажные катера разодрали нас на кусочки, но сигнала СНИЖ о разгерметизации не поступило. И пропахивая носом приборную панель, я думал о том, что сделаю с тупорылыми налетчиками, когда вновь приму вертикальное положение.
— Вы живы? — спросил я, с трудом отлепляясь от панели управления. — Найта, ты ранена?!
— Все хорошо, небольшой порез.
— Я тоже в порядке, — зло бросила растрепанная Лара, поднимаясь с пола, — спасибо, что поинтересовался.
— Кроме нас на корабле еще кто-нибудь есть? — спросил я оклемавшегося пилота.
— Нет, сэр, это ведь челнок — в нем минимальная команда. А что это было, сэр?
— В нас врезались, неужели не ясно? Оставайтесь здесь, я окажу им теплый прием.
— Я с тобой! — воскликнула Найта, вместе с Ларой вслед за мной бросаясь из кабины.
— Нет, Найта, вы с Ларой охраняйте рубку управления!
По–правде сказать, Лара вовсе не рвалась геройствовать, не собиралась брать в руки лазерную пушку и стоять под огнем энл–фала. Когда она сообразила, что пахнет жареным, от её лица отхлынула кровь, и она принялась оглядываться в поисках надежного укрытия…
Но Найту такие мелочи не интересовали. Её так захватила мысль, что, наконец, можно хоть немного потрепать «наглую блудницу», что она начисто забыла обо всех своих эльвийских заморочках относительно «обязанности верной жены мечом отстаивать честь господина». Господином разумеется она считала своего мужа, то есть меня… Ну что тут можно сказать без чертыханья?
Выкрутив руку и самую малость придушив девочку, Найта потащила её к дверному шлюзу. Вялое сопротивление и негромкий писк, судя по всему, доставили ей несравненное удовольствие.
А я направился навстречу ворвавшейся на челнок десантной команде. Грохот распарываемых перегородок и топот титановых подошв сотрясал пол. И когда я вошел в следующий отсек, лицом к лицу встретился со штурмовиками в черных доспехах.
Неужели это солдаты ОСА?
Полтора десятка солдат, повинуясь беззвучной команде, синхронно направили на меня стволы и открыли огонь. Град частиц лоу–антиматерии вспорол воздух, мгновенно подняв температуру в отсеке. Светящиеся трассеры, будто бы росчерки на холсте, прорезали пространство мерцающими линиями. Они брали начало от дул автоматов и стремились к моей груди…