Кататония. Палач миров

Глава 1

– Миледи, а сундук-то синий тож намок, кажись!

Амайя резко обернулась и кинулась в угол. Какое там «кажись», сундук плавал в воде.

– Где Брен?!

– С милордом наверху…

– Ох…

Амайя взялась за кованую ручку, потянула вверх. Тяжело, конечно.

– Ну-ка, Рада, помогай.

Служанка, поджав губы, подошла к сундуку и взялась с другой стороны. Амайя тыльной стороной ладони свободной руки утомленно убрала со лба прилипшие волосы.

В каком

там сундуке была самая ценная книга Фредерика? Вряд ли в синем, но Амайя точно не знала. Фредерик любил перепрятывать свое сокровище, так что лучше уж спросить у него самого. Книга вполне могла как остаться в кабинете, так и отправиться с хозяином в поездку.

Амайя дернула сундук на себя, подтаскивая в сторону выхода. Ценные там книги, или нет, ей без разницы. Это все вещи ее мужа, чего-то да стоят.

Всю прошлую неделю Фредерик готовился к отъезду. Но что-то теперь Амайя сильно сомневалась, что торговая поездка состоится…

– Ты сама-то за ручки не хватайся, – голос мужа гулко разнесся по подвалу. – Сейчас Брен придет, достанет.

– Я про Брена уже час назад слышала, – ответила Амайя. – Его все нет и нет, а воды все больше и больше.

– В следующий раз я до дня отъезда продержу товар на втором этаже, – мрачно пошутил Фредерик, оттеснил жену, взявшись за ручку, волоком потащил сундук к лестнице. – Подвал оказался плохой идеей…

Амайя смолчала. Книги для продажи сложены в полтора десятка сундуков и заняли бы пол кабинета. Можно было, конечно, расставить по комнатам… и натыкаться на них все время.

Лучше бы натыкались…

Вода все прибывала. С десяток минут назад вдали раздался грохот, и Амайя подумала, что над городом разразилась гроза, а значит, воды станет еще больше.

Фредерик согнал в подвал всех слуг. Без разбору: и мужчины, и женщины – все вытаскивали хозяйское добро. Амайя, раздав указания, следила за работой. Она слышала, как хлопнула наверху дверь, слышала голос мужа, что-то кому-то отвечающий, слышала обеспокоенные интонации говорившего. Чувствуя неприятности, не выдержала. Поднялась по лестнице.

В проеме распахнутой двери она увидела сына бургомистра. Всегда аккуратный молодой человек сейчас выглядел на редкость неряшливо: всклокоченные волосы, местами порванная одежда. Фредерик, стоявший подле него, был очень бледен.

– Что случилось, дорогой? – спросила Амайя.

– Большая неприятность, – ответил Фредерик, а дополнил гость:

– Миледи, обрушилась ратуша. К счастью, мой отец был на улице, как и я, нас не задело. Но там люди под завалами. Все оставшиеся служащие ходят по домам, мы просим помощи, нужно разобрать завалы. Но помощи мало: все спасаются от наводнения.

Выходит, причиной услышанного из подвала страшного грохота была вовсе не гроза. Это падала ратуша.

Фредерик посмотрел на Амайю:

– Что там с подвалом?

– Почти все вынесли, – ответила она.

Муж перевел взгляд на сына бургомистра:

– Я пришлю людей. Двоих или троих точно. В таком горе нельзя не помочь.

Тот кивнул, скомкано поблагодарил и направился к следующему дому.

Амайя подошла к двери.

Улицы тонули не

только в воде, но и в суете. У каждого дома бегали люди, тащили вещи. Кто-то ограничился тем, что перенес скарб на верхние этажи, а кто-то, опасаясь прибывающей воды, грузил сундуки на телеги, готовясь покинуть город. Воды на улицах стояло по щиколотку, она залила подвалы, но первые этажи в домах знати еще оставались сухими – их строили не вровень с землей, и жилые части домов наводнение зацепить не могло. Что творится в домах простолюдинов, где с улицы можно сразу шагнуть в комнату, Амайя думать не бралась.

– Брен так и не пришел, – заметил Фредерик. – Боюсь, с ним случилось что-то в этом столпотворении. – Если нет, он у меня получит. Лишние руки нам бы пригодились.

– Ты сам пойдешь к ратуше?

– Да, – Фредерик нахмурился. – Ты бургомистра знаешь. Он теряется, когда предстоит что-то сложнее устройства благотворительного обеда. Если никто с организацией не поможет, большого толку не выйдет.

Амайя уважительно посмотрела на мужа. Какой он все-таки надежный и серьезный, ее Фредерик. Не только своими делами, своей семьей интересуется. Не боится замарать одежду: бывало, что и телеги вместе со слугами из грязи вытаскивал. Если понадобится, он и на развалины ратуши полезет. Разбирать.

– Возьми меня с собой, – внезапно сказала она.

Живя в девичестве в родительском доме, Амайя и предположить не могла, что однажды захочет выйти в охваченный смятением город во время наводнения. Что вообще сможет об этом попросить. Но семейная жизнь с Фредериком была гораздо проще того утонченного бытия, что вела Амайя до замужества. Фредерик не бедствовал, но жил проще. Он не считал зазорным зайти на рынок и лично выбрать там птицу на ужин. За столом в его доме часто собирались люди, которых в доме отца Амайи не пустили бы дальше приемной: разного рода торговцы, главы гильдий, художники и музыканты. Сначала Амайя пугалась разнообразия людей в жизни ее мужа, но потом ей даже стало нравиться. Муж жил жизнью более полной, чем большинство знати.

Фредерик пристально посмотрел на жену.

– Пойдем, конечно, если хочешь. Возьми тогда с собой марли и спирту, если мы достанем людей из-под завалов, им понадобится помощь.

Спустя несколько минут Фредерик, Амайя и несколько слуг шли к площади. Они были не одиноки: другие люди тоже выходили из домов. Кто-то шел помогать, кто-то поглазеть. Из окон высовывались встревоженные растерянные женщины и сразу же принимались смотреть на восток. Вглядывались в пустоту, на месте которой раньше была ратуша с часами.

Надвигалась гроза. Страшная фиолетовая туча ползла с востока, и молнии озаряли ее изнутри вспышками, будто грозя разорвать. Но страшнее всего была не туча, а то, что за ней.

Ни единого просвета. Одна сплошная мгла.

Площадь, посреди которой раньше высилась ратуша, ничем больше не напоминала ранее спокойный центр города. Повсюду валялись куски стен и черепицы. По осколкам когда-то красивого здания потерянно бродил бургомистр. Фредерик оказался прав – управитель города не понимал, с чего начать и чего требовать от людей.