Чтение онлайн

Но всё изменилось, когда в их класс пришёл новый ученик. Звали его Март Штиль. Валентин сразу же почувствовал в новичке конкурента. К Штилю потянулись ребята. И скоро, привыкший командовать, Валя Гордый ощутил вокруг себя "пустоту". Втайне он завидовал Штилю. Тот был почти на голову выше его. А светлые вьющиеся волосы и голубые глаза делали новичка похожим на героев из любимых комиксов Вали. Завидовал он и его имени - Март Штиль - короткое и звучное, словно порыв ветра. В раннем возрасте и в начальных классах школы Валя Гордый не чувствовал никакого неудобства из-за своего имени. Но именно новенький первый назвал его имя девчачьим. Скажи это

кто-то другой, может быть, мальчишка и не обратил внимание. Но здесь не стерпел и прямо в классе затеял драку, которая, увы, закончилась не в его пользу. Самолюбию был нанесён жестокий удар...

Валентин решил сменить имя и выбрал созвучное - Вилли. Где убеждением, а где с помощью кулаков добился, чтобы сверстники называли его так. И только Штиль, словно издеваясь, продолжал звать его по-прежнему. Но снова лезть в драку Валентин не решался.

Однажды вечером Вилли пробрался в учительскую и исправил своё имя во всех электронных журналах и даже в рукописных дневниках. И хотя ему здорово за это попало, постепенно добился, что и учителя стали называть его по-новому.

Март Штиль проучился в их группе всего полгода. Потом его родителей - они были военными - перевели в другой округ. Постепенно Вилли возвращал лидерские позиции. Но скоро понял, что выскочек не очень то и любят. И тогда научился сдерживать свои эмоции.

Шли годы, а вместе с ними росли амбиции. Втайне Вилли завидовал сначала учителям-наставникам, имеющим власть над нескольким десятками, таких, как он. Потом - директору, являющемуся почти полновластным хозяином школы, но почему-то не пользующимся этим... В старших классах он вдруг понял, что и фамилия Гордый не совсем подходит ему. Из некоторых уст она звучала, как издёвка. И тогда Валентин Гордый превратился в Вилли Гордона.

Поступив в военный колледж, он не без удивления обнаружил, что те качества, которые долгие годы сдерживал, - стремление к лидерству, желание командовать и даже помыкать людьми, здесь приветствуются и даже поощряются. И вот тогда-то он развернулся! Показал себя во всей красе. Карьера стремительно росла. Но каких бы высот Гордон не достигал - всё ему было мало. В итоге из колледжа Вилли вышел капитаном, в то время как другим присваивалось звание сержанта и лишь редко кому - лейтенанта.

...Порой часами он просиживал в своей рубке, напротив обзорного экрана, вперив взгляд в одну точку, а именно в блестящий шарик, летящий параллельным курсом. Да, именно он - этот шарик, казавшийся отсюда таким маленьким и беззащитным, мешал его честолюбивым планам.

Мешал до такой степени, что Гордон готов был отдать приказ открыть огонь, но всякий раз, когда рука уже тянулась к заветной панели, что-то останавливало его. Вряд ли население поймет и поддержит, если он развяжет военные действия против соотечественников. И даже в кругу своих единомышленников (а таковых насчитывалось уже немало - он умел работать с кадрами) вряд ли найдет понимание.

Конечно, постепенно меняя курс и скорость, они могли бы отдалиться и затеряться в просторах бескрайней Вселенной, тем самым навсегда избавиться от ненавистного опекуна. Тогда ничто и никто не помешал бы ему почувствовать себя безграничным властителем. Возможно, в будущем так и поступит, однако сейчас этого делать не стоило.

Дело в том, что на "Смелом" находился весь цвет науки - так называемых интеллектуальных мозгов, а без науки, он это прекрасно понимал, хотя и являлся военным до мозга костей,

они пока обойтись не смогут. Надо ещё многое довести "до ума". Начиная от совершенствования силового злака, до проблем с атмосферой на корабле и искусственной гравитацией. Правда, еще на Земле удалось переманить на свой звездолёт нескольких учёных якобы лучшими условиями работы (что частично было правдой), но этого явно недостаточно. Здесь надо было действовать тоньше и умнее... Подходил к концу третий месяц полета, в лабораториях трудилось уже более десятка переманенных со "Смелого" учёных. Правда, многие говорили, что они здесь временно. Но кто же их отпустит!? Полковник криво усмехнулся.

Однажды его бессменный адъютант сержант Хейм немало удивил, сказав:

– Полковник, а почему бы нам не использовать эти разгрузочные комнаты?

Гордон непонимающе уставился на него. Смысл сказанного ещё не дошёл до сознания. Никогда ранее Хейм ничего не предлагал и тем более не задавал вопросов.

– Какие комнаты?
– грубо спросил он.

Спокойным голосом Хейм начал пояснять:

– Разгрузочные модули, которые, неизвестно зачем, создали учёные, а строители понатыкали на каждом углу. Я побывал в одном. В этих модулях мозг человека сканируется специальной программой и...

– Я это знаю, - нетерпеливо перебил полковник.
– Дальше...

– Что если эти разгрузочные комнаты превратить в зомбо-комнаты? Я не специалист, но думаю, устроить это несложно и тогда каждый человек готов будет поддержать...

– Стоп!
– снова перебил Гордон. Ему всё было ясно. Несколько минут с удивлением рассматривал своего адъютанта. Полковник привык видеть в нём лишь исполнительную машину, не способную на самостоятельные действия. "Что это? Кто это? Ай да умница!" - думал он. Даже ему не приходила в голову эта идея. "Промыть мозги" людям, сделать их послушными его воле. Так снимется сразу множество проблем. И для этого почти всё готово.

– Действуйте, сержант! Да, и ещё, - уже в дверях остановил полковник Хейма.

– Сэр?
– обернулся тот.

– Некоторые взяли с собой собак и кошек. Нам они ни к чему...

– Я понял. Что прикажете делать с животными?

– За борт!

С этого момента Гордон стал ещё больше доверять своему адъютанту и прислушиваться к его советам.

Да, пора было действовать.

Сначала в квартирках жителей погасли дисплеи мониторов, а в городе все обзорные экраны. Тем самым обитатели планеты-звездолёта, по крайней мере, основная ее часть, потеряла возможность наблюдать за тем, что происходит за бортом и слушать трансляции со "Смелого". И вообще лишилась всякой информации, которая, по утверждению многих, и есть сама жизнь. Власти объясняли всё поломкой, которая вскоре будет исправлена, но естественно никакой поломки не было, и никто ничего исправлять не собирался.

Была введена распределительная система. Лишь для половины населения нашлась работа в научных центрах, на заводах и фабриках. Остальные же, так называемые бесполезные, обеспечивались минимумом необходимого - не более того.

Система автоматизированной тотальной слежки была введена в действие. С ее помощью выявлялись недовольные. Однако физически устранять бесполезных и недовольных полковник пока не решался.

Одна за другой рвались ниточки, связывавшие корабли. До минимума свелись полеты челноков между звездолётами. В ближайшее время Гордон планировал отменить эти визиты.