Чтение онлайн

— Можно, только нужно, чтобы в миг, когда душа отлетает к Богу, «такая же» стояла рядом с умирающей и держала ее за руку.

Кассандра сказала «такая же», значит, мужчин с таким даром не бывает? Смущенная Лиза постеснялась об этом переспросить и, чтобы скрыть растерянность, перевела разговор, указав на золотой медальон с огромным аметистом, украшавшим крышку, на груди собеседницы.

— Какой красивый камень, я заметила, что вы носите медальон постоянно.

— Я дала матушке слово, что пока жива, не сниму его с шеи, — грустно ответила девушка, — это — печальная история, которая началась давно, но пока еще не закончена.

Не снимая с шеи золотой цепи, она открыла крышку медальона и показала Лизе написанный на слоновой кости парный портрет, где красивый мужчина средних лет держал за руку Кассандру,

одетую в роскошное голубое платье и величественную диадему.

— Какая вы здесь красивая, — восхитилась Лиза, глядя на прелестное лицо, улыбающееся с портрета.

— Это не я, это — матушка, когда она еще была герцогиней Молибра, а мужчина — мой отец, кузен испанского короля герцог Молибра. Это грустный рассказ, но если хотите, я вам расскажу.

Лицо Кассандры стало совсем печальным, и Лиза, протянув руку, коснулась плеча девушки, утешая. Она тут же почувствовала поток холодного пламени, побежавшего по ее ладони, и отдернула руку.

— Привыкайте, между «такими же» всегда пробегает огонь нашей силы, — заметила Кассандра, потом немного помолчала и начала свой рассказ.

— Моя бабушка, которую тоже звали Кассандрой, родилась в пещерах Сакрамонте — цыганском районе Гранады. Мы с матушкой очень похожи на нее в молодости, да и голос у бабушки был такой же, но не поставленный, а песни, которые она пела, исполняют только в Испании. Так получилось, что ее увидел на празднике, где она танцевала и пела, молодой граф. Он влюбился в красивую цыганку с первого взгляда и начал преследовать девушку. Но тогда все решалось просто. Он пришел в пещеру, где жили родители Кассандры, и предложил им за дочь много золота. Это и сейчас не редкость в цыганских семьях, а тогда и подавно, так что девушку ему продали. Граф забрал красавицу в свой замок, где счастливо прожил с ней три года. Когда он узнал, что любимая беременна, то в тайне от родных женился на ней. В положенный срок родилась моя матушка, унаследовавшая от своего отца только белоснежную кожу, а все остальное взявшая от Кассандры. Граф назвал дочку Каэтаной, в честь своей матери, в надежде, что его родные когда-нибудь примут ее. Но два года спустя началась война, дед был вынужден вернуться в полк, который возглавлял до женитьбы на бабушке, а через месяц погиб. Наследники, во главе с гордой герцогиней — матерью погибшего молодого человека, презрительно посмотрели на одетую в черное платье цыганку с маленькой девочкой на руках. Они не сочли нужным даже поговорить с ней и выгнали за ворота замка.

Кассандра замолчала, тяжело вздохнув, потом посмотрела на замершую Лизу и продолжила:

— Бабушка вернулась к своему народу и вырастила мою мать в той же пещере в Сакрамонте, в которой родилась сама. А потом история повторилась. Матушка, уже тогда обладавшая удивительным голосом, с детских лет пела в монастыре святой Каталины. Католическая церковь запрещает женщинам петь в храмах, и добрые монахини, любившие девочку, разрешали ей петь хоралы в монастырском саду, а сами приходили ее слушать и были самыми первыми зрителями будущей оперной звезды. Девушке было шестнадцать лет, когда ее пение услышал герцог, недавно похоронивший жену в фамильном склепе на монастырском кладбище. Он решил, что поет ангел, прилетевший облегчить его боль, и начал молиться об упокоении своей супруги, и на душе герцога стало легче. Он начал приходить в монастырь, где пела матушка, и слушать ее, а потом увидел девушку, идущую из сада в сопровождении монахинь. Так же, как и мой дед, отец влюбился с первого взгляда. Он тоже пришел в пещеру, предлагая золото в обмен на мою мать, но бабушка отказалась с ним даже разговаривать. Тогда он начал преследовать матушку, устраивая с ней неожиданные встречи, засыпая признаниями и подарками, и, наконец, покорил сердце юной девушки. Она сама убежала с настойчивым поклонником.

Кассандра задумалась, взвешивая, стоит ли продолжать, раскрывая секреты своих родителей, потом вгляделась в лицо собеседницы и, увидев в ее глазах неподдельный интерес и сочувствие, стала рассказывать дальше.

— Герцог был вдовцом, у него уже был наследник, прекрасный молодой человек — продолжатель рода, и он посчитал, что теперь свободен от обязательств перед титулом и может поступить так, как велит ему сердце. Он женился на своей избраннице, и они жили счастливо почти год. В Гранаду даже приехал

познакомиться с молодой мачехой наследник герцога. Семья воссоединилась, и все были рады. А потом в замке появился дон Альваро, племянник хозяина, он, как доверенное лицо, управлял огромным состоянием дяди и, прожив в замке меньше недели, хитрый молодой человек убедил герцога в том, что у его молодой жены преступная связь с его сыном. Двойное предательство убило любовь герцога, он приказал сыну убираться из дома, а жену запер в ее комнате. Когда же Каэтана, надеясь смягчить ненависть непримиримого мужа, через месяц сообщила ему, что беременна, герцог потребовал, чтобы она избавилась от ребенка. Юная женщина отказалась выполнить такое чудовищное требование, а ночью, связав простыни и спустившись по ним из окна, сбежала. Она вернулась к матери, и в ту же ночь цыгане переправили обеих женщин на корабль, идущий в Италию. Там мама училась пению, а бабушка стала самой знаменитой гадалкой Неаполя. Когда я родилась, мама назвала меня в честь бабушки и отдала ей на воспитание, сама же она уже начала выступать в театрах Италии и тяжело пробивалась к успеху, а за признание ей пришлось долго бороться. Матушка взяла себе героический псевдоним Юдифь, переделав его на итальянский манер, и я знаю, что она всю жизнь мечтает отомстить обоим: моему отцу и его племяннику.

Кассандра закончила рассказ и, посмотрев в полные сочувствия глаза Лизы, улыбнулась.

— Не все так плохо, — заметила она, — мы с матушкой — семья, и любим друг друга. А в медальоне находятся доказательства моих прав. За портретом спрятаны свидетельство о венчании родителей и моя метрика. Матушка боится, что дон Альваро, не постеснявшийся тогда устранить ее со своей дороги к богатству, узнает о том, что я существую, и станет охотиться за мной, поэтому я всегда должна быть готова к бегству. Она взяла с меня клятву, что эти бумаги и портрет родителей всегда будут находиться в медальоне, а я буду его постоянно носить.

— Вы правы, история очень печальная. Я понимаю ваше горе, ведь сама рано потеряла родителей, а потом и бабушку, которая растила меня и сестер после их смерти. Я до сих пор тоскую по ним. Но вы — счастливица, ведь у вас есть мама, — сказала Лиза, улыбаясь собеседнице. — Но позвольте у вас спросить — вы говорите, что у вашей бабушки были такие же способности. Они у нее не пропали, когда она стала женой своего графа?

— Бабушка говорила, что до замужества могла еще беседовать с духами, а после того, как она стала женщиной, этот ее дар пропал. Но она читала мысли людей и предсказывала им судьбу до самой своей смерти, — вспомнила Кассандра.

Девушек от разговора отвлекли звук закрываемой крышки фортепьяно и голоса Джона и Генриетты, благодарящих свою наставницу за урок.

— Как жаль, что они уже закончили, мы не успели с вами поговорить, — расстроилась Кассандра, но тут же предложила: — Приходите к нам завтра в это же время. Матушка будет заниматься с вашими друзьями, а мы приятно проведем часок-другой.

Лиза с благодарностью согласилась, она тоже хотела снова увидеть Кассандру и задать ей массу вопросов. А сейчас княжна попрощалась с синьорой Джудиттой и вместе с Джоном и Генриеттой поехала на Аппер-Брук-стрит.

Молодые люди вернулись в дом Черкасских к обеду. Сегодня Долли с Чарльзом собирались на бал, но обещали прийти пообедать с семьей, поэтому графиня Апраксина распорядилась накрыть на стол на полчаса раньше. Когда Лиза, быстро переодевшись, вошла в гостиную, где собрались родные и друзья, первым, кого она увидела, оказался приехавший из Парижа поверенный семьи Штерн.

— Здравствуйте, Иван Иванович, — поздоровалась княжна, подав мужчине руку.

— Рад вас видеть, Елизавета Николаевна, — улыбнулся Штерн, — вы все хорошеете.

Пальцы Штерна легко сжали ладонь Лизы, и пока он нес ее руку к губам, этого мгновения хватило, чтобы девушка поняла, что поверенный очень несчастен. Иван Иванович был влюблен в Луизу де Гримон, но боялся признаться ей в своих чувствах, он проклинал свою нерешительность и то, что не сделал предложения до того, как Луиза получила письмо из канцелярии нового короля Франции о восстановлении титула и передаче имущества их семьи. Теперь Штерн уже не был ровней тетушке новой герцогини де Гримон, а открыть свое сердце — и получить отказ для гордого мужчины было невыносимо.